В объятиях варвара (СИ)

— Да. И всегда была.
— Зачем подсунул меня Мариосу?
Майкл обхватил меня и резко развернул. Заглянул в глаза. Боже, как он близко.
— Мари, я ничего за тебя не решал. Ты хотела уйти — я не мешал, хотя все, что мне хотелось, — это связать тебя и утащить в свою пещеру. Ты хотела выбирать — и выбрала эту работу сама, хотя могла бы продолжить поиски.
— Тогда почему, чтобы я ни выбирала, все дороги приводят к тебе?
— А ты сама как считаешь?
— Потому что мне нужен только ты, — прошептала я. Наши губы встретились на полпути.
Раньше мне казалось, что жадный поцелуй — это всего лишь романтическая метафора. Но Майкл целовал так, как пловец, нырнувший со скалы, хватает на поверхности первый глоток воздуха. Или как горький пьяница с высушенным нутром припадает к горлышку случайно попавшего в руки дорогого вина. Не самый красивый образ; но Майкл и не соблазнял, и не дразнил, а просто терзал мои губы. Мстил за то, что заставила так долго ждать.
— Здесь не так далеко до моего дома по берегу моря, — задыхаясь, я почти оттолкнула от себя стратега и, взяв за руку, утянула с веранды в темноту. Напряжённый, он последовал за мной. Я вела его по длинному пляжу, молча торжествуя и празднуя каждым шагом исполнение мечты. Несколько раз Майкл останавливал меня и сжимал в руках до боли. К дому я дошла с распухшими губами и хмельной головой, в которой не осталось почти ни одной мысли.
Когда в ночи проявились очертания приютившего меня бунгало и тусклого фонаря на веранде, я ускорила шаг, потеряв осторожность. Острая галька больно впилась в ногу; я вскрикнула и чуть не упала. Стратег подхватил на руки, донес до веранды, бережно опустил в плетеное кресло и снял сандалии.
Время захлестнулось петлей, зациклилось. Майкл сидел у моих ног, положив теплую руку на голень, глядел снизу вверх невозможными светло-голубыми глазами. Я протянула руку и погладила шрам, он поцеловал тыльную сторону ладони. Все повторялось, но не было прежним.
— Ты поранилась, — хрипло произнес стратег.
— Не говори ерунды. Вспомни себя на плавучей базе.
— Это была симуляция.
— Если больно, нет никакой разницы.
— А тебе до сих пор больно, Мари?
— Нет, — твердо произнесла я.
Майкл посмотрел испытующе. А потом произнес то, чего я никак не ожидала услышать:
— Я не был с ней.
— Что? О чем ты?
— Я не был с Алисой. Тогда, когда она стала твоей копией.
— Зачем, Майкл? Я же сказала, что мне все равно! — Я не понимала, что он пытается сказать, и оттолкнула его руку.
— Послушай меня! — Властно велел стратег. — Я не сказал этого при нашей последней встрече в офисе, хотя и собирался. А раньше ты хранила обет молчания и не дала мне ни единого шанса объясниться.
— Но как? А со мной тогда… — я, кажется, сейчас умру от разрыва сердца.
— С тобой был я. Конечно же, это был я, черт возьми! — У стратега сдавали нервы. Я поняла, что он говорит правду.
— Просто расскажи по порядку.
— Вы попали в симуляцию первыми, помнишь? Я задержался. Чтобы поменяться местами со Стронским. Он использовал мой аватар. Был с ней. А потом ушел в душ и набрал команду принудительного вывода. Я одел нейрошлем и впервые вошёл в симуляцию под своим обликом. Я не спал с Алисой. Так понятнее? Не занимался с ней сексом. Как и сказал тогда, я был только с тобой.
Я смотрела на стратега в немом шоке. Постепенно до меня дошла вся схема. В ужасе закрыла лицо ладонями.
— Майк, но так ещё хуже!
— Это почему? — прищурился он.
— Потому что он, он … поимел мое тело, а я смотрела на это со стороны.
— Да не было там никаких тел! Только сознание. Думаешь, мне это понравилось? Мне пришлось предложить этому красавчику то, о чем он сам втайне мечтал. Но это уже не имеет никакого значения. Так для тебя это важно или нет?
— Конечно, Майкл. — Я виновато улыбнулась. — Я такая дура. К тому же, четверо — это даже круче, чем трое, правда? Настоящая групповуха. Жизнь удалась, будет что вспомнить.
Майкл несколько секунд молчал.
— Сейчас это звучит гораздо более грязно, чем когда я планировал в своей голове. Для меня это была всего лишь задачка. Прости меня. Иногда я действую, как голая функция.
 
— И ты меня прости. Это просто нервы.
— Ты устала? Хочешь отдохнуть?
— Что?! Нет, черт возьми, я не хочу отдыхать.
— Просто пытаюсь быть заботливым.
Я резко встала и, невзирая на боль в ноге, открыла дверь бунгало и решительно вошла внутрь. При моем появлении в коридоре зажглось мягкое освещение.
— Я могу переночевать в другом месте, — глухо донеслось с веранды.
Я убью его.
— Майкл! — Я кипела, словно ядро звезды. — А ну тащи сюда свой гениальный зад!
Стратег появится в дверном проеме. Я демонстративно стянула платье через голову и отбросила на пол. Всегда хотела это сделать, предаваясь тайному позорному увлечению — чтению любовных романов. В них дерзкие юные героини часто поступали именно так. Не верила, что и мне когда-нибудь доведется. Это не про меня! Но после всего, что с нами случилось, было уже все равно. Хватит раздумывать, оценивать, подбирать слова! Я готова наброситься на Майкла и жестоко его изнасиловать, покусать и поцарапать спину — сделать все то, о чем прежняя Мари не могла и подумать.
Мужчина окинул меня тяжелым взглядом и прислонился к косяку.
— А знаешь, — протянул он. — Я собирался быть паинькой. Мне стоило бы встать на колени и зацеловать тебя всю.
— Но тебе хочется другого? Например, схватить за волосы и прижать к стене?
Давай, сделай это наконец! Не нужна мне сейчас ни твоя забота, ни нежность с долгими разговорами.
— Примерно так, — ответил Майкл угрожающе, пинком закрыв дверь. Я отступала, он приближался. С каждым шагом в нем пробуждался скрытый хищник. Вновь слетала цивилизованная шелуха, отключалось сознание, стирались рамки. Не сегодня, малыш. Сейчас все будет по-моему. Я стояла в одних тонких трусиках, а стратег до сих пор одет. Я хотела лишить его превосходства.
— Снимай штаны.
— Сама справишься. — Насмешливо поднятая бровь, но глаза выдают возбуждение и… любопытство? Удиви меня, Мари.
Что ж, будь по-твоему. Преодолела разделяющее нас ничтожное расстояние, с трудом расстегнула предельно натянувшуюся ширинку. Кое-кто находится в полной боевой готовности. Стянула боксеры и освободила налитое кровью достоинство Майкла.
— Помнишь, как мучал меня в своей квартире? — Прошептала, опускаясь на колени.
— Месть — сладкая штука, да, моя девочка?
— Очень сладкая, — с этими словами я обхватила губами упругую головку и принялась старательно ублажать стратега. Так старательно, как решала в школе задачки по математике; мой восторг могут понять только отличницы, которым вручают диплом за первенство на международной олимпиаде. Хотя нет, о чем это я? Это упоение можно сравнить с озарением ученого, который делает открытие века. Если бы рот не был занят, я завопила бы "Эврика!", что было бы весьма не к месту. Почему я раньше этого не сделала? Стыд и отчаянная гордость за собственное бесстрашие — пожалуй, более странного коктейля невозможно было себе вообразить.
Прерывистое дыхание и едва слышный мучительный стон подсказали, что мужчина близок к разрядке. Отстранилась и облизала губы, слегка подула на подрагивающий ствол. Прекрасное зрелище: почти как горящий огонь в камине или струящийся водопад. Разница лишь в том, что вид напряженного, гладкого, толстого члена Майкла не умиротворял, а действовал прямо противоположным образом. То есть пробуждал дикое первобытное возбуждение. Сегодня я возьму тебя — так, как хочу, на своих условиях. Я больше не буду убегать, словно добыча; буду смотреть на твое желание и впитывать его, насыщаться им, контролировать.
— С ума меня решила свести?
— Заткнись… — О, я знала, что моя грубость заводит Майкла больше, чем податливость.
Снова с тайным восторгом приняла в себя восхитительный член любимого мужчины. Мое греховное таинство. Вновь стало неимоверно стыдно от собственных мыслей, которые отдавали прямым богохульством и наверняка не понравились бы моей маме. Прочь, прочь, проклятые комплексы и зажатость! Обласкала языком, отстранилась, глянула снизу вверх. Показалось, что лицо Майкла полыхнуло гневом. Его не устраивала эта игра, но другой у меня для него не было.