Наследник для генерала-дракона (СИ)

Тут же растеряв всю свою ярость, я разрыдалась и обняла Дэна, горестно плача у него на груди.
Так мы и стояли некоторое время: я выплакивала всю свою боль, позволив себе немного побыть слабой, а отчим легонечко поглаживал меня по спине и старался не душить объятиями – берег мой беременный животик.
- У меня мало времени, - начал он говорить, когда моя истерика немного утихла. – В нашем мире большие-пребольшие проблемы. А здесь у тебя – вообще катастрофа!
- Что случилось? – хлюпая носом, отстранилась я и вытерла рукавами зареванные глаза.
- Во-первых, лавочку военные прикрыли: никаких больше путешествий, - Дэн подвел меня к одной из солдатских коек и бережно усадил на нее. – Препарат для слияния с аватаром днем с огнем теперь не сыщешь, и запаса у меня больше нет. Его хватит, только чтобы вернуть нас с тобой обратно.
Я шмыгнула носом, не зная, как к этой новости относиться.
С одной стороны, я хотела родить ребенка и остаться здесь.
С другой, новость о том, что проход между мирами закрывается навсегда, напугала меня очень даже по-настоящему.
Это же насколько серьезное я должна принять сейчас решение… Не только по поводу себя, Раштона и малыша… Но и насчет Сафир! Хочет ли она остаться в моем мире?
- А во-вторых? – поторопила я, потому что Дэн явно не все мне рассказал.
- Если ты останешься, тебе нужно срочно отсюда бежать. Прямо сейчас, не медля!
- Но… - облизнула я соленые от слез губы и непроизвольно посмотрела на выход из палатки. – Как же мой дракон? Я не могу оставить его в плену врага.
- Можешь и должна.
Дэн взял меня за руки и выглядел непривычно зрело. Как реально переживающий обо мне отчим, а не похотливый, легкомысленный дурак.
- Тебе нужно думать о ребенке, а не о взрослом мужике, тем более о драконе и солдате. Он сам позаботится о себе!
- Но он сильно ранен…
- Мила! – рявкнул на меня Дэн. – Время в наших мирах идет неодинаково, я оттуда могу заглядывать немного вперед. Как через линзу, помнишь? Часть событий прошлого и часть из будущего мне видна. Я знаю, что тебя ждет, и поверь, тебе не нужно здесь оставаться!
- Да скажи же толком, в чем дело! – потребовала я, впадая в отчаяние. - Что будет, если я останусь?
Если знать будущее, его можно изменить!
- Драконы сейчас отправятся туда, куда хочет Эрлон Гранн, - торопливо рассказал Дэн, поняв, что без подробностей я ему не поверю. – У нас есть несколько спокойных часов до их возвращения. Я выведу тебя отсюда как-нибудь. Если ты останешься… - поморщился отчим болезненно. – В общем, Гранн не найдет в своем замке то, что ищет. То, что он там оставил, когда туда докатилась война. Он найдет там только смерть и будет в ярости и отчаянии. Сейчас ты видела его с хорошей стороны. Ты думаешь, он воспитан и добр, но это далеко не так. Он чертов убийца, и когда он обнаружит в замке лишь останки своих людей, то казнит вас обоих!
Вся кровь отлила от моего лица. Ведь даже если я спасусь, Раштона точно не пощадят.
Дэн предлагал мне сделать невозможный выбор между сыном и его отцом. Между помощью любимому мужчине и трусливым бегством.
Бросить дракона еще раз?! Особенно сейчас, когда он ранен и слаб и не сможет дать бой многочисленному врагу. Он еле мог передвигать ноги, опираясь на меч как на посох! Чувство вины и так было неподъемным, а теперь вовсе душило.
 
Если я оставлю его умирать, как смогу жить дальше после этого? Как смотреть сыну в глаза, рассказывая о том, что его отец погиб, потому что у меня не хватило духу его спасти?
Что бы ни произошло между нами прежде, он прилетел сюда один. Сразу, как почувствовал метку. Чуть не умер, проламывая барьер. Рискнул всем.
А что я? Просто сбегу и брошу его опять?
Но что я могла? Одна, с тяжелым пузом и без оружия против целой армии…
Что же мне делать?!
 Глава 54. Возмездие 
Дэн знал, что я погибну вместе с Раштоном, если останусь. Поэтому взял ответственность за мое спасение на себя.
Как только драконы отправились в путь, а лагерь еще не успели наводнить возвращающиеся с плато солдаты, Дэн просто зажал мне рот рукой и силой потащил в лес.
Я плакала в три ручья. Это не выбор, а предательство! Жестокие мужчины, жестокая война! Ужасная несправедливость!
Сердце обливалось кровью за моего дракона. Придерживая рукой живот, я мысленно просила прощения у ребенка за отца, понимая, что он никогда не простит мне этого поступка. Я и сама себя не прощу.
Спустя несколько часов мы вышли к барьеру, сквозь который ничто живое не могло проникнуть. Потянуло гарью, и я сглотнула неприятную тошноту.
Дэн озадаченно уставился на мерцающую преграду и почесал лоб. Упёр руки в бока.
Мда, вот и весь его план. И как же мы выберемся? Дэн этого не предусмотрел?
Я села на мягкий мох и устало прислонилась к шершавому стволу дерева, чувствуя себя полностью опустошенной.
На лес потихоньку наползали сумерки, темнело и становилось прохладно. Насыщенно пахло хвоей, озоном и смертью.
С собой – ничего, мы ушли пустые. Ни еды, ни воды, ни теплых вещей, ни спичек. О выживании в лесах Дэн, судя по всему, не имел никакого представления. Думал, все получится само.
Я очень устала. Ничего не хотелось, даже думать. Какая жизнь ждет меня впереди? Можно ли это назвать теперь жизнью?
Одна с ребенком в чуждом мире, лишившаяся всего: любимого, жилья, шанса на взаимность. Такая вот жестокая плата судьбе за возможность стать матерью. Не так я представляла себе будущее.
И речи не шло о возвращении в свой мир, эту мысль я отбросила непоколебимо. Я не оставлю ребенка в руках матери, которой он не нужен. Моя жизнь продолжится здесь, как бы трудно ни было.
Настоящая Сафир не даст ребенку любви, которую он заслуживает. Он мне родной, а для нее – просто плод в утробе от человека, которого она совсем не знает и с которыми близка не была. С Раштоном спала я, не она. Сафир – жертва нашего обмена телами.
Я даже имя свое старое уже не воспринимала, привыкнув, что все зовут меня Сафир. Я не смогу уйти, уже нет. Сроднилась с этим миром, с этим телом и всем, что с ним связано…
Я обняла живот, гадая о том, каким отцом мог стать герцог Блэдмор, если бы так не упрямился. И снова заплакала.
Дэн громко ругался, ходя вдоль барьера и кидая в него что попало – то камни, то палки. Бормотал что-то про кнопку отключения.
Я знала, где она: осталась в центре военного лагеря – в клетке.