Наследник для генерала-дракона (СИ)

Барьер не остановит дракона! Я разорву его собой, просто пройду насквозь, плевать, что со мной станет при этом!
 Глава 50. Пленник 
- Тебе нечего бояться, я не трону тебя и ребенка. Пока что… Если Раштон Блэдмор выполнит моё условие, вы вернетесь домой целыми и невредимыми.
Светловолосый генерал армии Лессандрии разговаривал со мной холодно и высокомерно – должно быть, такое поведение присуще всем драконам этого мира.
Они смотрели на людишек свысока, а на женщин – тем более. И его обещанию мне не было никакого резона верить.
«Если Раштон выполнит». А если не выполнит?!
Дрожа, я стояла перед генералом в его военном шатре, вспоминая весь этот жуткий путь от барьера до сердца вражеского лагеря.
Ашхард – так назвался то ли демон, то ли маг, то ли тоже дракон, напугавший меня до полусмерти у барьера.
Он небрежно взмахнул рукой, и его магия сама потянулась к куполу, штопая брешь.
Этот пузырь, растянувшийся на множество километров в небе и на земле, словно бы целиком состоял из его энергии. Красные всполохи на поверхности были такими же, что в его ладонях и глазах.
Он с любопытством рассматривал меня, словно пытался понять, что во мне такого особенного. А я минута за минутой меняла впечатление о нем.
У него оказалась потрясающая улыбка. Если бы не страшные глаза, из которых непрерывно сочилась магия, делая его похожим на цербера преисподней, я бы посчитала его красивым.
Он и был красивым, просто невероятно привлекательным мужчиной лет тридцати. В Раштоне была суровая красота, подчеркнуто грубая и мужественная. Но Ашхард покорял совсем другой энергетикой.
Темные волосы с красноватыми нитями, будто ручейками магмы среди черной воды, забраны в хвост. Благородные черты лица, прямой нос, чувственно очерченные губы. Ямочки на щеках.
Его харизма сражала наповал, накрывая мощнейшей волной из адской смеси притяжения и угрозы. Я словно оказалась внутри эмоциональной воронки, даже волосы приподнялись, будто их наэлектризовала его необузданная магия.
В движениях присутствовала спокойная уверенность и кошачья грация – обманчиво плавная, хищная и смертельно опасная. Вся его суть будто кричала всем, кто посмел бы приблизиться: не стоит, спалю дотла, лучше держитесь подальше.
Его запястья охватывали тяжеленные кандалы, толстенные цепи от них тянулись к тем четверым рыцарям. Он был пленником, как и я. Его сопровождающие были не помощниками, а стражниками.
Когда мы пришли в лагерь, я видела, как его препроводили в клетку, а цепи растянули на четыре стороны и прикрепили к массивным кольцам. Дверь закрыли на несколько мощных замков, а ключи… Что ж, я видела, куда их повесил один из стражей.
После этого о пленнике будто забыли.
- Вы будете шантажировать мной генерала Блэдмора? – подавленно произнесла я, глядя на своего нового мучителя – генерала Эрлона Гранна, врага Раштона.
Среди его солдат невозмутимо стоял Данатиел, и я то и дело бросала на него обиженные, ненавидящие взгляды. Предатель!
В этом мире вообще есть нормальные мужчины? Или только морально ущербные, на которых нельзя рассчитывать?
 
- Конечно, буду! – самодовольно усмехнулся медовый блондин, устало восседающий в генеральском кресле.
Его глаза сверкнули желтым драконьим огнем. Если цвет волос отражал суть, его зверь был или золотистым, или белым.
Но по характеру светлым Гранн точно не был. Суровое выражение лица, жестко обозначенные скулы и волевой подбородок демонстрировали закаленного в боях воина. Уверенный голос и манера всех ментально подавлять была точно такая же, как у Блэдмора.
Он выглядел моложе по сравнению с Раштоном, лет на двадцать пять. Но это ощущение было каким-то обманчивым, словно ему в разы больше на самом деле. Глаза… в них крылись опыт и мудрость зрелого мужчины.
- Мне бы поесть… - попросила я неуверенно.
Маленький драконёнок сделал меня прожорливой до такой степени, что я питалась за пятерых.
Пока мы жили с Лориель, повара постоянно что-то готовили, и я хомячила как не в себя. Только поставь рядом тарелку – вмиг смету все, что лежит. Лори посмеивалась и тепло мечтала о том, что когда-нибудь так же будет наслаждаться беременностью.
И вот теперь где мы обе? Надеюсь, хоть ей повезло и она сбежала от своего короля! И теперь ей не угрожает никакая опасность, она будет свободна и счастлива.
Длинный путь через лес истощил меня до такой степени, что я еле стояла на ногах и думать могла только о еде. Желудок прилип к позвоночнику, голова кружилась.
Ребенок был требовательным и бескомпромиссным, как его отец. Вынь да положь ему еды немедленно, а то худо будет. Мне было очень худо.
- Проводите ее на кухню, - дал указания Эрлон Гранн своим подчиненным, - и проследите, чтобы у нашей гостьи было все необходимое.
«Гостья». Это походило на жестокую шутку. Я никому здесь не верила.
- Вы что, не посадите меня в темницу? – удивилась я его щедрости, боясь, что не так все поняла.
Сейчас мне навесят третьи кандалы и кинут в грязную камеру. Ну, или будут пытать, чтобы я раскрыла секреты, которых сама не знаю.
Эрлон устало приподнял уголки губ, глаз это не коснулось.
- Ты далеко не убежишь в своем положении, - кивнул он на мой живот. - Через барьер не пройдешь, а вот заблудиться, переломать ноги или угодить в зубы хищников вполне можешь, пока тебя искать будут. Упадешь или замерзнешь и потеряешь ребенка. Не дури. Завтра твой генерал сам заберет тебя, нужно лишь подождать.
Я не была так уверена.
- Раштону Блэдмору плевать на меня, - начала было я, но ухмылка блондина лишь стала немного шире.
- Ага, ага, - не поверил ни капельки он и дал отмашку рукой, чтобы меня увели из шатра.
Меня действительно сытно накормили. Мясное рагу с какой-то кашей, отдаленно напоминающей перловую.
Выделили место в шатре с несколькими другими женщинами, выполняющими в лагере разные работы. Приготовили горячей воды, чтобы я умылась, дали теплые вещи, чтобы я не мерзла, если решу прогуляться по лагерю.
Я бы ни за что не уснула. В моей голове созрел новый план, для его исполнения нужно было лишь заручиться поддержкой еще одного пленника…
За мной никто не следил. Какой-то солдат проводил меня скучающим взглядом, когда я выскользнула из женского шатра и направилась к клетке, расположенной в центре лагеря.