Наследник для генерала-дракона (СИ)

Тихо выругавшись, я избавилась от мокрой рубашки и размотала плотную ткань. Вздохнула с огромным облегчением, когда кровь заструилась по пережатым сосудам.
Боже, как холодно. Вот бы сейчас в горячий душ, к любимому клубничному шампуню и чистому полотенцу. А еще бы глотнуть воды – просто чистой воды. В горле словно пустыня.
Как ни странно, тишина пустой камеры потихоньку привела мои мысли в некий порядок. Воспоминания из прошлого – из нормальной жизни – стали возвращаться короткими, но яркими вспышками.
…наглая ухмылка отчима, в очередной раз требующего плату за то, что живу в его квартире…
…горы посуды, которые приходилось мыть после работы и учёбы по вечерам. Пустой холодильник, одиночество, тоска. Острое желание куда-нибудь от этого сбежать…
…пропавшие деньги, которые я копила на съем собственного жилья. Моя решимость найти краденое в комнате отчима и странная штука на его столе, которую я опрометчиво примерила…
…трах, бах, тарарах. Острая боль в виске и отголоски радостного пожелания счастливого путешествия… Куда?!
Так все вокруг меня – ненастоящее? Я что, оказалась в какой-то игре?
Не может быть, ощущения были слишком живыми. Как и страх смерти. Наши технологии до такой реалистичности точно еще не дошли.
Я напрягла извилины, гадая, кто я теперь: словившая галлюцинацию студентка или попаданка в пленницу. Сафир Астен – так звали девушку, чье тело я заняла.
Хотелось надеяться, что временно. Этот абсурд обязан был прекратиться, как только я пойму, как вернуться!
Воспоминания из жизни Сафир выплывали тягуче и медленно, я будто пробиралась наощупь в темноте со свечой в руке.
Сафир – своенравная дочь кузнеца, оставшаяся без отца и тут же пристроенная в невесты старому, толстому булочнику.
Из-под венца девица благополучно сбежала, прикинувшись юношей и поступив на военную службу в подчинение к Раштону Блэдмору, генералу армии Фаргаросы. Надеялась таким необычным способом перебраться к тетке, живущей в тысяче миль от родного города.
На первый взгляд, план был не так уж и плох: пусть на войне и опасно, зато искать там беглянку точно не станут, да и кормят отменно. Все лучше, чем путешествовать девице одной через всю страну без гроша в кармане.
Но, как и следовало ожидать, подобный секрет невозможно было хранить вечно. В одну из ночей Сафир была поймана на берегу реки, где она тайком от мужчин смывала с себя копоть и грязь сражений.
Из-за того, что ее нашли за пределами лагеря, а дежурящего на периметре часового никто не предупредил, в ней заподозрили шпионку армии врага, расположившегося на противоположном берегу реки Дьявори.
Никто из солдат не узнал в ней однополчанина. А если и узнал, то предпочел об этом умолчать. Ведь им тогда пришлось бы признать, что какая-то девка несколько месяцев водила их за нос, прикидывалась мужчиной, и никто, ни солдаты, ни офицеры не заметили наглой подмены.
Генерал за такой просчет по головке точно не погладит. Разжалует, уволит, расстреляет – кто знает. Проверять это на деле, очевидно, никому не захотелось.
И что оставалось мне? Только ждать, когда вернусь домой? Это стрёмное «счастливое путешествие» должно же когда-то само завершиться?
 
Морщась от холода, я брезгливо влезла обратно в мокрую рубашку: не ходить же мне голой.
Снаружи происходило движение: то приближались, то отдалялись мужские голоса, лязгал металл, хлопали далекие выстрелы. Пахло жареным мясом и костром – очень вкусно, и от голода сводило желудок.
За дверью моей камеры скучал стражник, лениво насвистывая какую-то незамысловатую мелодию и бряцая винтовкой.
Подойдя поближе, я попыталась рассмотреть его сквозь неровные дверные щели. Стройный и наверняка молодой, он сидел на земле, расслабленно прислонившись спиной к большому ящику в тени матерчатого тента.
Светлые волосы и загорелая щека – все, что я могла разглядеть из своего укрытия. Из ровных прядей, откинутых за спину, торчал кончик заостренного уха, из-за чего парнишка очень напоминал эльфа.
Я откашлялась. Может, юный солдатик будет добрее ко мне, чем те палачи.
- Эй, приятель… хм, как тебя там… - споткнулась на полуслове, понятия не имея, какое здесь принято обращение.
Солдат слегка повернул голову на звук, и я приободрилась.
- Тебя не затруднит принести мне теплой чистой воды и сухое полотенце?
Ямочка на загорелой щеке появилась, вероятно, из-за улыбки. Руки, чистящие винтовку, замерли.
- Прежде вас не беспокоили лишения солдатской жизни, леди или не леди, уж не знаю, как вас там, - в его тоне сквозил ничем не прикрытый сарказм.
Ах, стервец! А я-то думала, раз юный, то добрый!
Значит, он меня знал, и очень хорошо знал. Он – мой единственный шанс на спасение из плена.
 Глава 5. Выбор невелик 
- Ну, а теперь волнует! – рассердилась я, что ко мне продолжают относиться без уважения.
Даже дурацкий рядовой смеет оскорблять девушку, которая, кстати, ничего вообще плохого не сделала!
Стражник повернулся всем корпусом, и я смогла рассмотреть его лицо. Кхм, не такое уж и молодое.
Белые пряди волос контрастировали с загаром. Острые, худощавые скулы, тонкие губы и орлиный нос. И насмешливый, почти презрительный взгляд светлых глаз, то ли голубых, то ли серых.
Лет на вид около двадцати пяти. Судя по звездам на воротничке, все-таки офицер. Этот солдат – вовсе не наивный юнец, которого я могла бы использовать. Эх, засада.
- Не положено! – рявкнул он в ответ на мой капризный тон, и я съежилась.
- А что положено? – сменила тон на просящий.
- Ничего не положено, - он вернулся к винтовке, собирая разложенные части в единое целое, и я обратила внимание, что форма оружия очень уж походит на то, что было создано в моем мире примерно в восемнадцатом веке.
- Ну, хотя бы водички мне можно попить? - жалостливо взмолилась я, прижимаясь к своей стороне двери и выглядывая через щелочку.
- Если разрешит генерал, - по-злодейски рассмеялся солдат, - перед казнью.
Ой, что-то мне от его слов стало так страшно, аж в глазах потемнело и сухость в горле усилилась.
- Что?.. – тихо выдохнула, надеясь, что мне послышалось.
- Казнят тебя на закате, я сказал, - повторил солдатик безжалостно. – За шпионаж. За отказ сотрудничать. За оскорбления офицеров, коих накопилось немало. Но вначале как следует проучат, мало не покажется, леди или не леди.