О голубка моя
– И так еле выбрались все, едва подгадали. Встречаемся днем, в будни. Лизин день рождения решили в компании отметить. Юбилей как-никак – тридцать лет ей на днях исполнилось.
– Поздравляю ее.
– Спасибо. Будут Юрка с Марьяной, Ася, Иван, Тягуновы – Пашка с Настей. А, и Кошель еще обещал появиться.
– Кошель… – задумчиво повторила Тая. – Да, помню их всех. Им тоже привет. А кто такая Марьяна?
– Марьяна – Юркина жена. Да ты ее не знаешь… Она после… после появилась. Ладно, пойду. Тебя подвезти, может? Если недалеко только…
– Нет-нет, я сама.
– Был рад тебя увидеть. Рад, что у тебя все хорошо.
– Спасибо, – улыбнулась Тая. – И я за тебя рада.
Кажется, она и говорила, и улыбалась вполне искренне. И совсем не выглядела несчастной.
– Пока, Таисия. – Егор поднялся, дружески чмокнул бывшую жену в щеку.
– Пока-пока… – опять улыбнулась та, пошевелила пальцами, прощаясь.
Через десять минут Егор уже был возле ресторана, в котором должна была собраться их компания.
Припарковался в переулке, в гардеробной скинул куртку и зашел внутрь – пустой зал, оформленный в стиле прованс. В углу возле окна маячила знакомая физиономия. Ася Каткова.
…Они когда-то жили в одном дворе, окруженном строем «хрущевок». Егор, Юра, Иван, Ася, Пашка, Настя и Володька Кошелев (он же просто Кошель, с ударением на первом слоге). Кто помладше на пару лет, кто постарше… Впрочем, небольшая разница в возрасте им никогда не мешала. Проводили почти все время во дворе, ходили друг к другу в гости.
Потом «хрущевки», согласно плану, снесли, друзья тогда уже выросли (к тому моменту одни заканчивали школу, другие уже учились на первых курсах вуза, Ивана Широкова забрали в армию, Кошель работал где-то…) Словом, семьи друзей расселились по всей Москве. Но разлука не помешала старым «корешам». И после того как разъехались – встречались часто, созванивались.
Егор женился на Тае, потом разошелся, в его жизни появилась Лиза. Затем Юрка (он, кстати, до сих пор – лучший друг) привел в их компанию Марьяну. Павел и Настя поженились. Что же касается Ивана, Аси Катковой и Кошеля – то их половинки так и не влились в дружную компанию. Вернее, у Аси никакой половинки не имелось (или она тщательно скрывала), красавец Иван находился, что называется, в свободном плавании – вокруг него постоянно вились какие-то одноразовые девицы, только он их всех держал в стороне, друзьям не представлял, ну а Кошель, подобно Асе, тоже предпочитал не афишировать свою личную жизнь. Была она у него или нет – неизвестно.
– Привет! – Егор подошел к столу возле окна, расположился напротив подруги детства на мягком диванчике. – Ты первая? Представь, я тоже не рассчитал время… Без пробок доехал.
– Я-то на такси сюда добиралась… – поздоровавшись, лениво ответила Ася. – И тоже слишком быстро. Вот, лимонад какой-то пью. Еще ведь день? Негоже днем надираться…
– Я за рулем.
– С тобой все понятно, а вот Ванька точно надерется, а то я его не знаю, – усмехнулась Ася.
Ася – на четыре года старше Егора (они с Кошелем и Иваном – одного возраста, из одного класса), особой красотой никогда не отличалась. Грузная, короткостриженая особа, в очках, вечно в каких-то черных балахонах. Грубоватая и циничная. Ася – что называется, свободный художник, занималась «ювелиркой» на дому. Изготавливала украшения из драгоценных металлов и камней, продавала их – у нее было несколько павильончиков, разбросанных по Москве, обычно при торговых центрах. Иногда Ася работала на заказ, по эскизам клиентов. Судя по всему, дела у нее шли неплохо. Она никогда не жаловалась на финансовые трудности, любила вкусно поесть, дорогие часы и добротные кожаные сумки хороших фирм. Смеялась над собой: «Вот, наверное, все думают, что я с подделками хожу, а это настоящая Шанель, настоящий Лонжин…»
Ее постоянно кто-то агитировал купить машину, но Ася отказывалась – никчемная покупка, тем более что на работу Асе ездить не надо было. Зачем покупать себе бесполезную игрушку, думать о том, где ее держать. Платить налоги и штрафы, беспокоиться о парковке и прочее…
– Ничего, я Ваньку до дома довезу, – благодушно произнес Егор. – Не впервой.
– Не впервой, – передразнила Ася. – Его лечить надо. Эх вы, мужики…
– Ась, ты не понимаешь. Пока он сам не захочет…
– Ай, перестань! – разозлилась Ася. – Пропадает человек, а вам плевать. Я лучше с Лизой это обсужу.
– Да, ты права, – вздохнул Егор. – Кстати, знаешь, кого я сейчас встретил? Таисию.
– Кого? – Асины брови, черные и широкие, взметнулись. Поднялись над оправой очков.
– Таю. Мою первую жену. Помнишь ее?
– Помню… Ну надо же. Сто лет ее не видела. Сильно она изменилась?
– Да почти нет.
– И как у нее дела?
– Неплохо, судя по всему.
– Погоди-погоди… Я пытаюсь вспомнить, когда ее в последний раз видела…
– Наверное, перед нашим разводом.
– Не-ет. Я ее видела… – Ася покачала головой. – Я ее видела, дай бог памяти, где-то через неделю после вашего развода. Да, точно. Мы тогда все этот развод отмечали, напились сильно, и Лизка уже была в нашей компании, а на следующий день я пошла к врачу. С бодунища, представляешь? Голова так трещала… А в коридоре напротив меня, к другому врачу, сидела эта твоя Тая. Причем, подлая, без очереди пробралась. Если бы она передо мной была, к моему врачу направлялась, я бы точно поскандалила…
– И что?
– А ничего. – Ася допила лимонад, отставила пустой стакан. Быстро подскользнул официант, забрал посуду, спросил, будет ли Егор делать заказ. Егор ответил, что позже, когда все соберутся.
Ася все это время сидела наклонив голову и задумчиво рассматривала скатерть.
– Ты чего, Ась?
– Я вот не могу понять. Почему Таю тогда без очереди пропустили? А, забыла сказать, я в женской консультации тогда была, в очереди к гинекологу.
– К кому ты в очереди была? – мягким голосом спросил Иван, подкравшись откуда-то сзади, незаметно.
– Ванька… – Егор вскочил, пожал Ивану руку. Каждый раз, как он видел друга детства, испытывал странное чувство – смесь жалости и раздражения.
Иван Широков внешне – красавец, мачо и плейбой, достойный сниматься в мужских журналах. Всегда хорошо одет, побрит и причесан. На вид – метросексуал, надменный зазнайка и сволочь. Но это только на вид. На деле Иван – добрый и мягкий человек. Слабый. Вероятно, его сломала армия. Лет шестнадцать тому назад, вернувшись из армии едва живым, без половины зубов, Иван долго приходил в себя. Никогда и никому не рассказывал, что же там происходило. Но стал пить, много и часто. Зубы потом вставил, нашел работу непыльную, стал нарасхват у девушек… И только пил по-прежнему, словно стараясь забыть о чем-то.
– Так к кому ты в очереди была? – дурашливым голосом переспросил Иван. Сел рядом с Асей на диван, деликатно поцеловал ее в щеку. Иван всегда немного дурачился – но это у него с детства… Веселый и несерьезный товарищ, при всех своих скелетах в шкафу.
– У гинеколога.
– Ась, зачем тебе гинеколог? – простодушно спросил Иван. – У тебя ж мужика сроду не было… А, ты, может, эта самая… лесби… лебзи… лебзиянка?!
– Идиот! – плачущим голосом простонала Ася и стукнула Ивана по лбу кончиками пальцев. – Господи. Какие же вы, мужики, идиоты! Есть врачи, которых надо посещать обязательно, если тебе не совсем плевать на свое здоровье.
– И как у тебя со здоровьем?
– Сейчас – хреново. Лишний вес, и холестерин зашкаливает. Сейчас я по врачам стараюсь не ходить, одно расстройство… Да и, боюсь, гинекологическое кресло подо мной треснет. Здоровой – по поликлиникам бегала, больная – никуда не хожу. Парадокс! – с досадой воскликнула она. – Да я не о том. Я об одной давней встрече. Сколько прошло? Лет семь, наверное. Ну да, семь лет назад. Я рассказывала сейчас Егору, когда в последний раз видела его жену, Таю. Ты помнишь Таю, Ванька?
– Очень смутно, – наморщив лоб с дурашливым выражением произнес Иван.