Лето, в котором нас не будет (СИ)

Директриса едва заметно вздрогнула, а я чуть не фыркнула. Да уж, Аннет предложение поработать сочла как минимум за оскорбление, о чём, конечно, не преминула высказаться.
— Но также я слышала о твоём интересе к работе Сената, и хотя это, безусловно, не самая подходящая работа для юной замужней малье…
Доносчики у неё тут, что ли повсюду? Магические уши в стенах? Впрочем, какими бы чудо-артефактами мы, одарённые, не располагали, о таких «прослушка» я слышала только россказни. А это значит, что подобные существуют только в тайных лабораториях Сената.
…если не думать о том, что кое-кто умеет разговаривать с предметами.
— Думаю, это была бы для тебя хорошая практика. А в случае принятия положительного решения, ты имела бы на руках ценную рекомендацию…
— Можно мне подумать до завтра? — неопределённо сказала я. — Это очень интересно, но скоро начнётся подготовка к итоговым экзаменам…
— Фи, экзамены — это формальность! — махнула директриса рукой, и облачко с запахом её духов медленно поплыло в мою сторону. Не шучу: я его почти видела. — Мы тут и так за два года узнали, кто что из себя представляет и кто чего достоин, неужели ты думаешь, что этого недостаточно?
— И всё же я подумаю…
— Завтра, — неожиданно стальным тоном отчеканила директриса. И тут же обезоруживающе улыбнулась. — Мои дела не терпят отлагательств, Флорис. Надеюсь, мы придём к взаимовыгодному решению. Мне нужен секретарь, тебе — опыт работы, рекомендации и… небольшая снисходительность на экзамене по лайгону, верно? У нас, кстати, новый преподаватель. К сожалению, достаточно молодой и не настолько опытный, как мальёк Стимпак. Возможно, более лояльный. Но экзамен будет принимать не он, имей это в виду.
Я кивнула, мысленно злясь на Аннет. Ну, да, ей это не нужно, но и мне за просто так помогать директрисе, которая умела течь медовым пряником, но при этом имела отвратительную привычку избегать проблемные ситуации или вовремя закрывать на них глаза, тоже не очень-то хотелось.
Ладно, решим завтра. Три месяца можно и потерпеть, кто же спорит.
* * *
Аннет меня дождалась, правда, с таким непроницаемо-холодным лицом, что в другой ситуации я бы предпочла выпрыгнуть через окно, только бы с ней не разговаривать.
— Что тебе нужно? — сухо спросила она, когда мы отошли на несколько метров дальше по коридору и опустились на одну из скамеек.
— Просто хотела узнать, как… как у тебя дела, — почти зажмурившись, выговорила я. — И… Армаль сделал мне предложение вчера. Дата свадьбы ещё не назначена, но… Но я бы хотела, чтобы и ты тоже пришла. В конце концов ты тоже… поучаствовала.
— Посидеть за одним столом, подержаться за руки с этим отребьем, с которым ты сейчас дружишь? Не лучшая идея. Впрочем, надеюсь, мальёк Гийом как-то будет контролировать твой круг общения в будущем. В любом случае, поздравляю.
— Анн, — тихо сказала я и взяла её за руку — узкую и тонкую, с овальными нежно-розовыми ноготками. Холёную руку потомственной аристократки. Благородной хрупкой малье, умеющей, однако, быть более чем мстительной и жестокой. — Что тогда между вами произошло? Откуда такая ненависть?
— А что, подружка не поделилась с тобой своей версией событий? — неожиданно горько спросила Аннет. Я покачала головой:
— Мне кажется, она ни с кем ничем не делилась. Ни разу я не слышала никаких слухов или что-то в этом роде… Но я случайно подслушала ваш разговор… однажды.
Аннет молчала.
— Что произошло?
— Сама не знаю, — вдруг как-то устало ответила Аннет. — Ничего особенного, и в то же время так глупо… Она меня раздражала, это правда, но всё было более-менее терпимо до этой игры, в Маргофуса. Помнишь, я обменяла имя Армаля на имя, — девушка сморщилась, словно у неё заболело несколько зубов одновременно. — Дикьена.
— Да, конечно.
— Я, конечно, не хотела ничего ему дарить… Но игра есть игра, в итоге я что-то ему купила… книгу, — Аннет выдохнула. — А она об этом узнала. Как-то разнюхала, может, рылась в моих вещах… с неё станется. Мерзкая тварь.
— Крысы в бассейне оказались до игры в Маргофуса! — не выдержала я.
 
— Как выяснилось, она их любит, — брезгливо передёрнула плечами Аннет. — Подобное тянется к подобному, знаешь ли. Но дело не в крысах! Эта узнала о Дикьене и начала всячески издеваться надо мной по этому поводу, подкалывать, как она умеет.
— Но… — прервала я очередную паузу. — Мы же все друг друга подкалываем. И меня, и Лиссу. Что в этом такого?
Конечно, если бы на месте рыжеволосого заморыша был какой-нибудь роскошный мальёк вроде Армаля, всё вышло бы иначе.
— А потом, сама не знаю, как это случилось, — жалко сказала Аннет и опустила голову на колени. — Я… я была сама не своя. С того момента, как отца уволили…
— Твоего отца уволили?!
— Ну, не то что бы… временно отстранили от должности, так это официально называется, но по сути, это одно и то же, — никогда ещё на моей памяти бывшая подруга не выглядела такой несчастной. — Сфабрикованное дело о взятке, можешь себе представить! Зачем моему отцу нужны какие-то взятки, полнейший бред! Это «временно» продолжается уже больше года, а тогда всё только начиналось, и мне казалось, земля из-под ног уходит.
— Мне очень жаль, — тихо сказала я. — Давай я спрошу у Армаля…
— Не стоит. Ты всё-таки ему ещё не жена, вот после свадьбы… В общем, я была очень расстроенной, вышла в сад, не наш, возле КИЛ, а тот, скверик за его пределами, если ты помнишь, там ещё такие огромные шестиугольные клумбы.
— И встретила Дикьена, — я уже смутно догадывалась, чем может закончиться исповедь Аннет.
— И встретила Дикьена, — кивнула Аннет. — Никогда бы в других обстоятельствах… Но тогда он что-то мне сказал, и мы… разговорились.
Зная Аннет, даже просто быть застигнутой мирно беседующей в уединённом сквере с простым малем, известным на весь Колледж задохликом, уже было бы достаточно для того, чтобы лишиться чувств от стыда.
— Мы разговаривали, и тогда мне вдруг показалось, что он… ну… вполне неплохой. К тому же, всё было так… так по-особенному. Фонари мерцали, темнота сгущалась, снежинки в воздухе кружились, хотя для снега было ещё рано. Звёзды с неба падали, ты представляешь? В общем… А потом появилась эта. Стала хохотать чуть ли не в голос.
«Можно подумать, ты бы на её месте поступила иначе»
— Ну, я ей ответила, как полагается и хотела было уйти, а вот потом… Потом со мной что-то случилось, — лицо Аннет перекосилось. — Такое странное чувство, что я себя не контролирую. Как будто я пьяна, нет, даже хуже. Как будто я — не я, а кто-то другой. Не знаю, как объяснить точнее.
— И что случилось дальше?
— Всё-таки есть в тебе что-то, что заставляет тебе доверять, — выдохнула Аннет. — Я стала говорить совершенно не то, что хотела. Я сказала, что он, Дикьен, он мне нравится и всё в таком духе, он рассердился… или испугался, не знаю, закричал на эту и хотел уйти, а я схватила его за руку, и… не отпустила. У неё на глазах, у этой Делайн, — Аннет уткнулась лицом в ладони. — Не иначе как я сошла с ума. Я его даже поцеловала, Хортенс. Потом-то, разумеется, очнулась и поняла, что произошло… точнее, ничего не поняла, но сомневаться не приходилось, что я это делала. А она это слышала. И видела. Ей было смешно, Хортенс! То есть, Дикьен тоже, конечно, но он вроде бы всё понял, что я была не в себе, и поклялся молчать… А вот этой нравилось меня унижать. И ей действительно не было нужды трепаться повсюду — достаточно того, что она знала и могла демонстрировать мне своё знание в каждом жесте, каждом взгляде. Как же я её ненавидела. И не знала, что сделать, чтобы она перестала наконец на меня так смотреть!
— Ты… он действительно совсем тебе не нравился тогда? — глупо спросила я. Аннет метнула на меня яростный взгляд и фыркнула, и я замолчала.
— Время идти на ужин, — Аннет встала. — Глупо всё вышло, и тогда, и потом. Я жалею. Но уже ничего не изменить. Доказательств у неё нет, но… Скоро всё это закончится, я имею в виду — наша учёба в одних стенах. И наши дороги навсегда разойдутся, так что не стоит об этом. Забудь.