Как устроить личную жизнь (СИ)

— А красота? Идеальная же красотка, но никто не влюбился, не сделал предложение, не захотел ей луну с неба достать. И тем более в жены взять.
— Потому что Лусия высоко прыгает! Завышенное самомнение и уверенность в неотразимости играют над девушкой злую шутку. Вернее, мозгов у нее не хватает объективно ситуацию оценить и вести себя нормально. Парни попроще давно бы с руками оторвали, но наши-то умные — понимают, что жить придется не с лицом и фигурой, а с характером. И не сравнивай себя с Лусией, ей до тебя как до той луны. Ты тоже очень красивая, более того — ты баронесса с дипломом и с изюминкой.
— Вау! Это с какой такой усохшей виноградинкой? — не поняла я, снова укладываясь на спину и нервно прыснула: — На себя намекаешь? Ты моя маленькая изюминка!
— Нет, дурочка, на твое иномирное происхождение, — не став возмущаться спокойно объяснила синичка. — Хотя и это тоже. Но ты гораздо умнее местных девушек, согласись? Ты ведь до академии прошла другую школу. И пусть не помнишь в подробностях, но все равно по интеллекту на порядок выше местных девиц. Не спорь.
С фактами и не поспоришь. Но если раньше я долго не могла привыкнуть к магии и больше верила в физику, то сейчас все наоборот. Этот мир почти полностью вытеснил из сознания тот — другой. Что я там помню больше положенного? фигурное катание и так, по мелочи — словечки заковыристые. А вот фильмы про любовь почти не смотрела, мне больше нравилось фэнтези, поэтому и блуждаю теперь в трех соснах.
На следующий день Муся выбрала себе в качестве транспортного средства плечо мэтра Ивлиса, и начала болтать с ним рассказывая, как студентка-криворучка из простой синички сделала человека. Я это поняла по доносившимся время от времени фразам: "Ага, щаз тебе формулу! Кто б ее ещё знал? Говорю же — второкурсница. Недоучка без царя в голове. Тучу хотела оживить".
Перед этим мелкая сводница успела шепнуть мне на ухо "действуй" и больно клюнула в щеку. Намек на последующую расправу в случае непослушания был более чем толстый — меня будет пару дней третировать надутый желтый комочек с крыльями. Да подумаешь. Я не испугалась, но поскольку и сама обещала герцогу объяснить вчерашнее поведение, уверенно направила Мустанга к жеребцу лорда. Подруга права — надо действовать. Сердце тянется только к этому мужчине и категорически против повторения судьбы бабушки Ласкальи. Я за свое счастье буду бороться.
Герцог моей компании искренне обрадовался и с большим интересом, иногда заговорщически оглядываясь на синичку, выслушал историю о четырех кукушках-почтальонах, которым я втихаря втайне от королевы сунула в клювы записки. Все взяли ни одна не отказалась. Даже не пришлось припугивать и напоминать чье зерно они клевали.
Майоран от души посмеялся, и весело принялся рассуждать, верна ли теория о короткой памяти диких птиц. Муся ведь их в железном кулаке держит. Как же хотелось в этот момент рассказать о горных орлах и Клёке, но язык ожидаемо прилип к нёбу. Сильна драконья магия, но ничего — при желании тему для разговора всегда можно подобрать. А желания у меня хоть отбавляй и интересных историй тоже. За три года в Момыше чего только не произошло.
В непринужденном общении, когда не надо решать судьбу государства, мужчина оказался на удивление приятным. А мое имя "Апрелия" из его уст вместо официального "магесса Фрейн" звучало в ушах прекрасной музыкой.
Время за беседой прошло до обидного быстро.
Я даже не поняла сначала, почему кони резко остановились посреди дороги и отказались идти дальше, обижено фыркая и мотая головами. Как оказалось, просто уперлись в невидимую границу и занервничали.
— Уже полдень что ли? — я удивленно огляделась по сторонам и подняла голову вверх в надежде увидеть стоящее в зените солнце.
Муся сорвалась с плеча и полетела наводить панику в рядах пограничников, если таковые здесь имеются. Ну, парочка привратников точно должна быть.
 
— Эй, открывайте дорогу! Синица пришла! Алё, спите что ли? Встречайте гостей! Мы прибыли по приглашению Дарривена! Мы Венькины друзья! Есть кто живой-то? Йо-хо-хo! Отключайте вашу систему! Мне она все равно пo барабану!
Вопли королевы с большим энтузиазмом подхватило неимоверное количество птиц. В одну какофонию слились звуки человеческой речи, щебет и переливчатые напевы самых голосистых певцов. Это вам не молчаливые горные орлы — лесным птахам только дай повод почирикать.
— Кто тут хулиганит? — через некоторое время раздался грозный мужской голос, который с трудом перекричал помехи.
Лично я его еле расслышала из-за поднявшегося шума, а пернатая королева, обладающая идеальным слухом, радостно кинулась на новый звук.
— Марривер, дорогой, — синичка опустилась на плечо вышедшего навстречу кареглазого брюнета с посеребренными сединой висками и на птичьем языке объявила своим "отбой".
Ближайшие птицы сразу замолкли, только издалека раздавались одинокие приятные рулады местного соловья, который видимо, не услышал сигнала. Над лесом разом воцарилась эвфония — антоним какофонии. Я задумчиво почесала подбородок — даже такое помню. Права Муся — девушка из другого мира… не от мира сего. Лучше бы вспомнила, как телефон устроен.
Тем временем отец Веньки ухватил за повод Мустанга, и я, перекинув ногу, скатилась с седла на землю. Друзья тоже спешились и начали подтягиваться к нам.
— Здравствуйте, Морривер! — радостно улыбнулась я жилистому, невысокому, еще не старому оборотню. — Не ожидала, что вы лично придете нас встречать на самую границу.
— А как же, — обнажил белоснежные зубы в широкой клыкастой улыбке мужчина. — После атаки кукушек-то.
— В смысле — атаки? — искренне изумилась Муся. — Это был один почтальон! Мирный!
Медленно ведя Мустанга в поводу чтобы сразу перевести наш отряд через границу, оборотень усмехнулся и начал объяснять:
— Я как раз на улице был и вдруг на меня кукушка летит. Смело так, не боится. На плечо села и бумажкой в щеку тычет. Смотрю, отцу Дарривена адресовано, мне то есть. А тут сосед кричит, мол, Марривер, записка тебе от кукушки. С каких пор ты с ними переписываться начал? И ржет, балбес. И еще два соседа бегут, несут письма адресованные Дарривену и Оррисии. Я, даже не читая, сообразил, что это происки одной мелкой птахи. Насмотрелся на чудеса в вашем Момыше-то. И помчался на границу.
По мере повествования, чувствуя на себе колкий полный подозрений взгляд пернатой подруги, я как проштрафившаяся хулиганка втягивала голову в плечи. Стрельнула глазами в сторону герцога и не удержалась, прыснула. Беледер, следя за реакцией синички, довольно рассмеялся и заговорщицки мне подмигнул. Теория ожидаемо оказалась неверной, зато шалость удалась и нам очень весело.
— Апрелия, — с подозрительностью протянула Мусинда, но, видимо решив, что после наедине пропесочит лучше, махнула на меня крылом и всё внимание уделила оборотню: — Марривер, познакомься с нашими попутчиками.
— Многих я знаю, — отозвался мужчина. — Добро пожаловать в наш лес лорд Беледер, Шонан, Майрос.
Парни дружно ответили на приветствие.
— Да-да, с ними ты давно знаком. А это Дик и Беата друзья Апрелии пo академии, — чинно продолжила синичка, словно и не она, выделывая пируэты, взбудоражила весь лес. — И мэтр Ивлис. Еще один член посольской делегации.
— Погодите, — оборотень внезапно остановился. — Так вы как послы прибыли? Договаривались вроде просто в гости. Горки строить как в Момыше.
— Ой, ну как бы, да. Изначально мы так и планировали, — на долю секунды смутилась Муся. — Но так получилось, понимаешь. Никто отставать не хотел, а там и его величество подсуетился с приказом. Но это же не страшно, правда? Будем совмещать приятное с полезным. Горки построим, а заодно и мирный договор подпишем. Чего там? — Обратив внимание на заломленную бровь хозяина леса, пернатая королева сообразила, что сболтнула глупость (мы же не воюем) и перевела стрелки на начальство. — Чего там, Майрос, мы должны подписать? Напомни, запамятовала.