Как устроить личную жизнь (СИ)
Я возмущенно сжала кулаки и выпалила, добавив в голос тонну презрения:
— Предлагаешь навязываться как ты, запрыгнув ему на шею, или как Лусия моргать и призывно выгибаться? Декольте на блузке увеличить?
— Нет, в обоих случаях перебор, — захихикала синичка, видимо представив меня сидящей на лордовской шее. — Но хотя бы не сторониться можешь? Вы ведь давно знакомы и в Момыше Майчик с парнями не раз бывал. Помнишь, он как-то просил сообщить, когда в гости драконы с оборотнями прилетят? Ну, Анжей с Венькой сильно скучали и их привозили к нам? Когда это было-то? Запамятовала.
Вот уж не поверю, что бы моя королева страдала склерозом. Не иначе какой-нибудь коронный психологический трюк применяет, любит она это дело. Я на миг закатила глаза, но послушно ответила:
— Около года назад.
— Ну вот! Есть же общая тема для разговоров. Он тогда не только с Григорасом и Анжаей встретился, но и познакомился с родителями Веньки — Оррисией и Марривером. И парни его там были и Майрос, — окунулась в воспоминания подруга и, покачав головой, сокрушенно вздохнула. — А ты все с детьми да с детьми. То на горки убежите, то на реку. Наедине не пообщалась ни разу. Допустим, тогда ты только созревала для отношений, но сейчас-то в самом соку. Чего ждать? Когда превратишься в перезрелую грушу? Апри, шанс! Майрос и Шонан хорошо, но твоя судьба Майоран. Я это сразу почувствовала. Еще давно в академии. И он на тебя заинтересованно поглядывает, не спорь, всегда поглядывал. Но ты же… статуя ледяная. Фигуристка. Вечно ускользаешь, балда. Хватит смущаться, Апрелия, нормальный же парень. Вон, веселый какой оказался. Чувства юмора не занимать.
На это возразить было нечего. Я задумчиво мягко улыбнулась, вспомнив, как Майоран произнес "Преля". Нет, личный психолог это круто. Всегда все по полочкам разложит и снова хочется жить. Я повеселела.
— Согласна, приятно было посмотреть, как он втянулся в игру. Как мальчишка честное слово, не ожидала. Хорошо, что с нами поехал. Отдохнет хоть от своих государственных дел, расслабится. Умеешь ты человека раскрепостить.
— Вот видишь! И я о том же. Я тружусь не покладая ног на благо светлого будущего давай, и ты подключайся. Начинай разговаривать с ним хоть изредка, — нравоучительным тоном защебетала синичка. — Глядишь и втянешься — тут словечко, там словечко… И ты оттаешь и он. Только мне одной отдуваться что ли? Вертишься, понимаешь, как заведенная, стараешься личную жизнь подруги устроить, а она платит черной неблагодарностью. Предательницей называет.
— Ладно, прости, солнышко, — искренне повинилась и, повернувшись, вытянула губы уточкой для дружеского поцелуя. Муська в ответ подставила клювик. Примирение двух неразлучных подруг состоялось, но тема ещё не была закрыта и я продолжила: — Не будем ссориться. Знаешь, я так долго не интересовалась парнями, что теперь вся в сомнениях. Чувство такое… словно с упорным постоянством пропускала лекции на тему "обращение с мужчинами" и в конце обучения обнаружила огромный пробел в образовании. Думала, не пригодится в жизни, а оказалось — надо.
— Хи-хи! Или инструкцию по применению потеряла, — съехидничала птаха. — Шкаф — вот он! А собрать не получается.
— Да ну какой же он шкаф? Тут конструкция посложнее, — я несогласно прищурилась, исподлобья поглядывая на едущего впереди лорда. — Многофункциональная консоль с десятком выдвижных ящичков! Тонкая психология и все такое. В общем, прости, Мусь.
— То-то же! Но если ревнуешь, могу с тобой посидеть. Как раз песню придумала про себя любимую, щас спою!
— Ой, нет, — я дернула плечом. — С песней, да еще собственного сочинения, как раз к приправке своей лети. Что-то не хочется становиться центром всеобщего внимания. Всё, кыш.
— Ага, щас! В этом-то вся и фишка, прогульщица! Петь буду я, а смотреть все мужчины будут на тебя. Так — покусала губки, улыбочку на лицо и… поехали. Да не бойся, хорошая же песенка. Тоже подпевай!
Доморощенная артистка показательно откашлялась, и через минуту лес огласил тоненький проказливый голосок, ожидаемо заставив всех членов делегации повернуться в мою сторону.
Я вся такая не такая, как все!
На вид синичка, а в душе человек.
Я как жемчужинка на утренней росе.
Я вся такая не такая, как все!
Песня оказалась настолько задорной и заразительной, что мы с Беатой не сговариваясь, с удовольствием принялись подпевать первую и последнюю строчки. Она поглядывала на Дика, а я училась "стрелять глазками" в каждого парня восполняя пробел в "образовании". И даже получалось! Хотя, встречаясь взглядом с Майораном, хотелось пропеть: на вид я человек, а в душе синичка. Трусливая, дикая, глупая, неопытная. Это не тебя, а меня приручать надо. Но ничего, какие мои годы, приручусь… тьфу, то есть научусь. И подумаешь — консоль, пусть даже многофункциональная. Артефактор и не с такими задачами справится. Главное я определилась и вижу цель — мне нужен только Майоран.
Благодаря затейнице Мусе дорога напоминала увеселительное путешествие. Легкое, беззаботное и нисколько не утомительное. Синичка тонко чувствовала настроение окружающих и степень усталости каждого. Она точно угадывала моменты, когда нужно поиграть, когда вызвать на разговор, а когда нашептать чтобы пришпорили коней и промчались с ветерком. Последнее, конечно, после проверки дороги шумной воробьиной стайкой на наличие вылезших из под земли корней. Ездили здесь редко, и природа, не смотря на защитную магию трассы, старалась отвоевать своё. Это хищники боялись отпугивающих артефактов и не подходили близко, а деревьям в три обхвата не запретишь вольготно раскидывать корни.
На очередном, то есть последнем привале перед марш броском Дик сверился с картой и резюмировал, что к следующему полудню достигнем границы.
— Хорошо бы сообщить, что мы завтра прибудем, — глядя на меня, подмигнул парень. — Чтобы встретили, и никаких накладок не было. Апрелия, будем открытку делать?
Я подняла голову, посмотрела на почти полностью закрытое кронами темнеющее небо и пожала плечами.
— В принципе можно, но боюсь, она застрянет в макушках. Это не горные просторы. Облачная Муся при таком ландшафте может и не долететь. Зацепится и останется трепаться на ветру. Вы заметили, деревья стали намного выше.
— Я давно заметила. И выше и толще. А если открытку по дороге как по коридору пустить? Понизу, — подала идею Беата. — Дорога ровная. Можно вычислить расстояние…
— Нет-нет, к чему эти мучения? Не хватало еще трепаться на ветру! — перебила подругу синичка и взмахнула крылышками. — Я королева как-никак, а мы в лесу! Здесь почтальонов завались. С птицей записку пошлем. Близко ведь уже.
— Точно! — обрадовано согласилась я и полезла в сумку за блокнотом, ручкой и ножницами. — Ночь не считается, значит, до конечной цели рукой подать.
Мужчины примолкли, заинтересованно поглядывая на наши действия. Мэтр Ивлис вообще превратился в слух и замер, лишь поглаживая пальцами бородку, словно ребенок ожидающий увидеть чудо. Надо ему посоветовать, в Момыш съездить, последнее время там птицы без записок в клювах не летают.
— Не режь так мелко, — остановила меня Муся, увидев, как я отмеряю крохотный кусочек бумаги. — Воробьишку не будем посылать, найдем птичку покрупнее. — Пернатое величество задумалось и принялось рассуждать вслух: — Кого же выбрать-то? Хищники не подойдут — не знаю, как на них в городе отреагируют. Рябчики, глухари… съедобные, прости господи. Скорей всего оборотни на них охотятся и употребляют в пищу.
— Вот будет прикол, если они сожрут почтальона! — расхохотался Шонан.
— Это не прикол будет, а моё фиаско. Несостоятельность как королевы, — сердито огрызнулась Мусинда. — Сразу лишусь уважения и доверия. Знаете, пожалуй, кукушку припашем. Она больше воробья, выносливей и никаких сомнений не вызывает. И времени вагон — птенцов-то сама не высиживает. Безработная недомохозяйка получается. Точно, идеальный вариант! Апри, половину листика отрежь. Это ей по силам будет.