Муля, не нервируй… Книга 3 (СИ)

— Муля, у нас давно не было собраний, — возмущённо сказала Оля-кареглазка, — мы с девочками посовещались и просим, чтобы ты прямо сейчас провёл нам небольшое занятие!
— Сейчас? — удивился я, — но я ем.
— Ты уже доел, — не повелась на мою отмазку Надя и быстро добавила с ехидством, — мы подождём, пока ты не допьешь весь компот.
— Видите, я с девушкой, — попытался жахнуть вторую отмазку я, — кстати, знакомьтесь.
  
И я представил друг другу девушек.
— Ну так пусть Валентина с нами на твою лекцию идёт! — воскликнула Оля, да так громко, что из-за соседнего столика оживлённо спросили:
— Что, Муля, сейчас будет лекцию вести? А через сколько? Мы доесть хоть успеем?
— Да вот уговариваем, — пожаловалась Надя.
От соседнего стола тоже начали просить лекцию. Потом от столика справа. Потом — слева. Поднялся шум. Все хотели мою лекцию.
Валентина смотрела на меня во все глаза. Даже о булочке забыла.
— Ладно! — кивнул я, залпом допивая компот, — сейчас Валентина доест, и мы придём. Оля, если народу будет много, мы все в библиотеке не поместимся. Нужен актовый зал и я даже не знаю…
— Муля, к тебе на лекции всегда много народу приходит, — хмыкнула Оля и подмигнула ошарашенной Валентине, — поэтому мы сразу за актовый зал и договорились. Так что приходите. Там уже наши ждут.
Они ушли. Валентина еле слышно выдавила:
— А что за лекции?
— Это комсомольские собрания такие мы проводим. В формате лекций, — ответил я, — я же комсорг тут.
Валентина скривилась. Помолчала. Отхлебнула компоту. Наконец, не выдержала и спросила:
— У вас тут все такие рьяные комсомольцы? Или темы лекций какие-то интересные?
— Увидишь, — улыбнулся я.
Народу в актовый зал набилось много. Не всем даже мест хватило, многие стояли, причём плотно. Но никто не возмущался. Валентине, кстати, места тоже не хватило. Но услужливые девчата притащили ей из какого-то кабинета персональный стул. Так что сидела она, как королева.
— Товарищи! — сказал я и шум утих мгновенно, словно по мановению волшебной палочки, у нас до конца обеда осталось не так много времени.
— Двадцать пять минут! — выкрикнул кто-то из зала.
На него сразу сердито зашикали. Все ловили каждое мое слово.
— Спасибо! — кивнул я, — Двадцать пять минут для полноценной лекции мало. Поэтому я дам ответ на любой из вопросов, которые рано или поздно возникают перед нами. Вопрос первый. Как моментально, за три секунды, расположить к себе незнакомых людей? Вопрос второй. Что делать, если рядом нет любимого человека? Вопрос третий. Если с вами в коллективе не хотят общаться — как выйти из этого статуса без ущерба для репутации? Вопрос четвёртый. Как правильно общаться с недовольным твоей работой начальником? И пятый вопрос. Как обрести уверенность и, невзирая на мнение других, построить для себя жизнь мечты?
Я сделал паузу и весь зал, словно загипнотизированный, затаился.
Тишина была такая, что было слышно, как тикают часики на руке у Оли (Оля сидела на сцене, в президиуме, совсем рядом с моей трибуной, откуда я вещал).
— Итак, товарищи! — продолжил я после паузы. Я сейчас буду называть номер вопроса, а вы поднимайте руки. Оля и Надя будут смотреть. Какой вопрос наберёт самое большее количество рук, на такую тему и поговорим. Договорились?
Зал взревел в едином порыве:
— Даа-а-а-а-а!!!
— Отлично. Итак, вопрос первый!
В зале поднялся лес рук.
Оля и Надя бросились подсчитывать.
— Товарищи, ещё момент! Голосовать можно только за один вопрос!
Сразу несколько рук исчезли.
— Вопрос номер два!
Опять лес рук, опять повторились подсчёты.
— Вопрос три! Четыре! Пять!
Девчата считали, зал бурлил, а я уже видел, что симпатии на стороне последнего вопроса. Вот и ладненько. Именно на это я и рассчитывал. Это для меня самый лёгкий вопрос, и я на него могу отвечать без всякой подготовки часами.
Я оглянулся. Валентина смотрела на меня таким взглядом, что я аж поёжился.
  
Глава 18
 
— А здесь я завернула кастрюлю с котлетами и тушенным мясом с подливой. Как доберёшься на место, нужно будет сразу же в холодильник поставить. Ты понял, Муля?
— Но Дуся, это же охотничий домик! — взмолился я, — ну откуда там холодильник может быть?
— Ничего не знаю! — безапелляционно заявила Дуся, — погреб там, значит, должен быть.
— Тоже сомневаюсь, — вздохнул я.
— Дык если мясо испортится, ты же всех отравишь! — всплеснула руками Дуся, — тогда найдёшь ручей и под проточную воду поставишь. Только сразу съесть всё надо будет.
— Дуся, мы пол ящика консервов взяли. Если даже протухнет, мы кашу с тушенкой сделаем. И нормально будет.
— Консервы! — от возмущения Дуся аж побагровела, — консервы, Муля, это не еда, а срань Господня, прости Господи! Наберёшь в бочку воды и туда кастрюлю поставишь!
— Да откуда там бочка?
— В ведро с холодной водой поставишь!
— Думаю, ведро там найдётся, — прикинул я, и временный консенсус с Дусей был установлен.
На целых две минуты.
Только-только я отвлёкся, как Дуся опять:
— Муля! Вот в этом казане я мясо замариновала. Его можно в холодильник не ставить, но в холодное место хотя бы надо. И пожарите его сразу!
— Дуся, но сразу мы будем котлеты есть, — попытался воззвать к голосу разума я, но тщетно.
— Муля! Вас там четверо или пятеро здоровых голодных мужиков! Вы эти котлеты за один присест съедите. А что потом целых два дня, голодными будете?
— Рыбу поймаем, — ответил я (о тушенке я старался больше при Дусе не упоминать).
— Какую рыбу, Муля⁈ Кто из вас её ловить умеет! Даже не говори мне! Я сказала поставить в холодное место и сразу пожарить — значит слушай и не возмущайся!
Я больше не возмущался. Дуся поворчала ещё немного для порядка и захлопотала над другой сумкой с кастрюлями и горшочками. Поначалу я ещё пытался как-то запоминать, чтобы ориентироваться. Но всех этих кастрюль и казанков было столько, что я в конце концов плюнул на всё и решил, что на месте уж как-нибудь разберёмся.
Поэтому Дуся что-то там говорила, а я согласно кивал и больше не спорил, думая о своём.
Я вообще не понимаю, зачем над этой едой так трястись (Дуся даже рыбу нафаршировала и запекла). Я считаю, что на природе главное — душевно посидеть. А еда там должна быть самая простая — сало, кусок буженины, колбаса. Этого вполне хватит.
Главное на природе — это впечатления, душевная компания и алкоголь. Имеется в виду не алкоголь, чтобы набухаться, а алкоголь для впечатления. Как режиссура собственного удовольствия.
Я коллекционировал разные удовольствия, ещё в том, моём мире (когда было время, которого почти никогда не было, но тем не менее по возможности старался). Путешествия в неизведанные страны, поход в оперу, глоток изысканного коллекционного вина или джина. К примеру, иногда я любил посещать один маленький малоизвестный ресторанчик «для своих», где мой знакомый бармен собирал правильно, по-итальянски, беллини (именно что собирал). Там его подавали всего четыре месяца в году, только когда есть урожай белых персиков. Свежие персики чистятся вручную специальным ножом и вручную же из них делается пюре. Которое потом с шампанским и составляет то настоящее беллини, которые я любил изредка дегустировать. Это не пить ради того, чтобы пить. Это, можно сказать, режиссура впечатлений, выстраивание композиции по личному удовольствию.
Поэтому на природе главное — хорошая водка. Один мой знакомый, не сходящий с верхних строчек журнала Форбс, сноб и гедонист, кого-то дал мне хороший совет. Он сказал так: ты, Муля, своих гостей высокой кухней не удивишь никогда. А вот алкоголь — это да. Всегда следует предлагать гостям напитки, которые превышают то, что они обычно могут себе позволить. Это и есть уважение к себе и к гостям.
Поэтому я подключил все доступные мне в этом времени ресурсы и достал два ящика превосходной водки. Которая в свободной продаже никогда не бывает. Глориозов постарался. Знает, старый пройдоха, что со мной надо дружить, вот и приложил усилия. Да так, что мне теперь не стыдно не только простого советского министра такой водкой угощать, но даже самого папу Римского, хе-хе!