Новая жизнь 6 (СИ)
- Что?!
- Ты не умеешь играть в покер, Кента-кун. Я не была уверена, но сейчас, глядя на твое лицо, я совершенно точно могу сказать, что некий студент не просто повесился в своей квартирке, но был повешен. Как ты это сделал, Кента-кун? И что ты будешь делать теперь, когда узнал, что я – знаю? – на ее лице играет улыбка, а в глазах плещут солнечные блики.
- Да что не так с вашим поколением – ворчу я, опускаясь на скамейку: - прав был Широ, все долбанутые. Вот ей-богу, позвоню Широ-сану и напьюсь с ним в пятницу вечером… или сегодня.
- И это все? – Натсуми садится рядом со мной и закидывает ногу на ногу: - это все, на что способен знаменитый Маньяк из Сейтеки?
- Во-первых у тебя слишком буйная фантазия, На-тян – говорю я: - я отрицаю и буду отрицать все что ты только что сказала.
- Но мы то знаем – понимающе кивает она: - что я знаю.
- Во-вторых я тоже знаю. – продолжаю я: - о тебе. Или вернее – о твоем состоянии. О, не беспокойся, Мидори ничего мне не сказала. Она кремень. Но есть люди, которые в состоянии проникнуть в закрытый кабинет и сфотографировать диагноз.
- Шизука – сужаются глаза у Натсуми: - мелкая тварь… но я буду все отрицать.
- Но мы-то знаем – вздыхаю я: - что я знаю. Я видел диагноз и …
- Мне не нужна жалость – она резко встает и снова шагает к парапету. Долго смотрит вдаль.
- Послушай… - начинаю было я, но она перебивает меня.
- Мне не нужна жалость и мне не нужно внимание. Особое отношение. Все что мне нужно – это прожить простую школьную жизнь. И … жизнь после школы. Сколько получится. Поэтому я ушла из Академии Белого Феникса – как только поставили диагноз. Я все знаю. И я давно уже живу с этим. Мне не нужны жалостливые взгляды и душная атмосфера жертвенности «девочка же умирает, давайте поддадимся ей». Мне не так много осталось, черт побери, чтобы я тратила это время на такое! – Натсуми повышает голос: — это и есть смерть – когда ты еще ходишь, но никто не признает тебя живой! И я не просила тебя залезать в мои файлы! У всех моих подруг достаточно такта, чтобы не задавать глупые вопросы! И только ты… только ты не в состоянии сдержать свое любопытство. Ну и что? Доволен? Счастлив? Рад? Да, мне осталось не так много, а я хочу, я хочу, чтобы осталось – много! Я хочу увидеть рассвет вместе со своими друзьями и отправится с ними в поездку, я хочу остановится на горячих источниках и драться подушками в номере, я хочу… хочу чтобы мой первый раз был, когда он взял бы меня на руки и нес к постели по лепесткам роз… хочу свадьбу и много-много детишек… но я не смогу. Ты – сможешь! Разве это справедливо?! – она вдруг замолкает и всхлипывает. Я молча обнимаю ее, но она отстраняется и отворачивается в сторону. Мы молчим. Она стоит и смотрит вдаль, на море и плечи ее вздрагивают. И я только сейчас замечаю, какие они у нее худые. Ведь они не были такими в начале года – мелькает мысль, и я вспоминаю все. Как она пошатнулась, облокачиваясь на парапет, как попросила открыть ей банку газировки… конечно, мелкая моторика деградирует в первую очередь, мышцы атрофируются, а ведь она была спортсменкой, для нее такое – вдвойне тяжело. Стискиваю зубы. Жизнь несправедлива. И смерть – тем более. Как принято говорить на поминках – смерть забирает лучших. Молодых. Красивых. Умных. Талантливых. Таких как Натсуми-тян. Хотя это неправда. Смерть забирает всех. И заберет всех. Уж я-то знаю.
- Вот. – говорит она наконец: - я же говорила, что будет неловко. Уже жалеешь?
- Прекрати – отвечаю я и поворачиваю к себе за плечи. Она не сопротивляется, глаза у нее красные, но слез я не вижу.
- Сейчас я скажу тебе парочку истин. Легче тебе от этого не станет, но возможно – ты сможешь взглянуть на мир немного под другим углом – говорю я: - слушай внимательно, Натсуми-тян, слушай внимательно, понимай правильно, запоминай… навсегда.
- О. Проповедь от Великого и Ужасного Кенты? – слабо улыбается она: - будешь меня соблазнять? Право слово, не стоит трудов… боюсь я не в достаточной физической форме, чтобы заниматься всеми этими вашими сунь-вынь.
- Эх, надавать бы тебе по заднице… но это потом. Давай к проповеди. Вернее, как ты там любишь говорить – интересные факты. Факт первый – мы все умрем. Ты, я, твои родители, мои родители, Мико, Кэзука и даже этот несносный Хироши, хотя вот именно насчёт него я не уверен. Следишь за моей мыслью? Хорошо. Более того, как говаривал Воланд – мы все внезапно смертны. В любой момент. Ты например – имеешь все шансы пережить меня. Вот довернул бы кулак Наояма-сан и лопнула бы у меня в голове артерия и все. Подводя итог – мы все умрем и никто не знает как и когда, верно?
- Я слежу за твоей мыслью – кивает Натсуми: - но…
- Но с чего же ты взяла что ты – особенная? И что тебе самой надо себя жалеть и чувствовать себя жертвой только потому, что ты умрешь? Все умрут! Да, ты знаешь свой срок и уверена, что не проживешь дольше, но и это не факт.
- Врачи говорят, что не больше…
- Ты можешь умереть раньше – говорю я и Натсуми хлопает глазами. Задумывается.
- Кирпич на голову там упадет. Или я действительно тебя через парапет скину сейчас – говорю я и она немного отодвигается от меня – бессознательно.
- Или там вдруг да лекарство какое изобретут. Или ты мутируешь в ходе болезни. И наконец самое главное – смерти нет. Как таковой. Умирая – ты просто переходишь из мира в мир, уж я-то знаю. Могу гарантировать. О! Погоди-ка. – достаю из кармана сувенирную монетку: - у тебя есть сто иен?
- А? Да, конечно… - она машинально протягивает мне монетку в сто иен, я взамен – передаю ей сувенирную.
- Вот. Теперь твой переход в иной мир после смерти гарантирован. Подумай над тем, кем ты хочешь возродиться. С твоими наклонностями шлепать и связывать Наоми – полагаю, что как минимум – парнем.
- Талисман? – Натсуми вертит в руках монетку и прячет ее: - что же…
- Гарантия! – поднимаю палец я: - если не переродишься, или там переродишься не в того кого хотела – деньги назад! И парочка бонусных перерождений в мир магии или в качестве полубога.
- Я бы хотела переродится в себя. Тут же – говорит она: - только здоровой. Прожить одну полноценную жизнь до самого конца.
- Принято. Сейчас оформим заказ – достаю блокнот и ручку: - что еще? Может мисс хочет чего-то побольше? Или там блондинкой быть? Размеры, цвет глаз, скрытые таланты?
- О, ваша фирма и такое может?
- А как же! Два с половинной миллиона лет на рынке! Перерождения без боли – вот наш слоган! Ну так как – увеличиваем бюст и стать блондинкой? За скромную дополнительную оплату – карьера айдола или актрисы, повышение уровня интеллекта и терпимости к слабостям окружающих. И самый главный бонус дня – исправление стервозного характера! Ой! Ты чего дерешься?
- Так тебе! – потирает свой кулак Натсуми: - грудь ему моя не нравится! Характер стервозный! А ты не обнаглел, Кента-кун?!
- А что я? – отрицать, все отрицать: - я только услуги предлагаю. Сам на комиссии, на процентах от отчислений.
- И как? – интересуется она и наконец начинает улыбаться по-настоящему.
- Хреново – признаюсь я: - пока ты – первый клиент.
- Ты не переживай – говорит она: - как перерожусь в Чон Гука – напишу тебе положительный отзыв.
- Как в Чон Гука? У меня тут записано – в саму себя, в Сейтеки!
- Если есть такая возможность, чего бы нет. Тем более еще и характер поправят и грудь нарастят… - она шутливо тычет меня кулаком в плечо: - вы же не мошенник, вымогающий деньги на несуществующие проекты, мистер?
- Эх… - чешу я в затылке: - ну хорошо. Чон Гук и титьки. И характер. Удачного перерождения. Фирма гарантирует.
- По крайней мере весело будет – улыбается она. Вздыхает. Улыбка сползает с ее лица, и она пожимает плечами: - вот только я по вам всем скучать буду.
- Где же у меня… а вот! – достаю еще одну сувенирную монетку: - приятный бонус от фирмы только сегодня. Гарантия что ваш близкий человек переродится вместе с вами. Надо будет только его найти и …