Н 8 (СИ)

Вопрос: а не является ли умелец выходцем из параллельного мира, убежавший так же, как и Никита в свое время, от каких-нибудь проблем? Нашел Источник, убедился, что тот принял его, и шагнул в иную Явь. Оставил след в виде зачарованных амулетов, а сам спокойно прожил свою жизнь в балканской глуши. А его ученики, последователи? Кому-то же он мог передать свои умения…
Отвлекшись от этих мыслей, Никита сосредоточился на дороге. Он ехал на Обводной, чтобы перейти по тоннелю в Вологду. Что-то часто ему приходится посещать столицу. У волхва создавалось впечатление, что его сознательно привязывают к Петербургу всевозможными встречами и консультациями. Чем больше времени он проводит в столице, тем сильнее мысли о переезде. Каково это: чуть ли не ежедневно метаться между городами, сутками не видеть жен и детей? Ирония зла: существует портал, через который можно одномоментно перенестись домой, а вот надо же — не получается!
Особняк на Обводном может принять большую часть домочадцев, но жители «Родников» не смогут перекочевать в столицу. Просто нереально такую массу народа «посадить» на землю возле Петербурга. Да и нет свободной земли. Вся она отдана Меньшиковыми своим вассалам. Или же в управлении императорского клана. Иного не дано. Даже Балахнин со своим дружеским союзом из Волынских и Шереметевых сидят на крошечных клочках, удачно приобретенных в те годы, когда Меньшиковы старались найти себе союзников.
Нет, из Вологды он ни ногой, решил про себя Никита. Там его дом, можно сказать — современная крепость с магической защитой такого уровня, какой не снился властителям некоторых государств и княжеств. Впрочем, он верил в своих людей так, как они были преданны ему. Родовая клятва, принимаемая сердцем и закрепленная кровью — это не просто ритуал, связывающий хозяина клана и его подчиненных. В нее заложен глубочайший смысл бытия, это ритуал всеобщего единения, круговая порука за свершенные деяния, готовность умереть друг за друга. Никита доказал, что сам готов к пожертвованию, когда спасал Андрейку Краусе. Люди увидели это и оценили.
Их выбор осознан, а значит, у Никиты есть несколько тысяч преданных людей. Нужно быть с ними. А Петербург… Он никуда не убежит, связанный надежным портом. Костя его усовершенствовал и сделал так, что его нельзя обнаружить в эфирном пространстве.
«Бриллиант» мягко остановился перед закрытыми воротами. Охранник, стоявший на улице, подошел к машине, внимательно посмотрел в салон, и увидев хозяина, поднял руку. Ворота дрогнули и покатились в сторону, освобождая проезд. Все правильно. Нужно удостовериться, что за рулем сидит именно Никита, а не кто-то другой. Правда, владея искусством «надевать» чужую личину, можно проникнуть внутрь. Но для таких хитрецов есть другие способы разоблачения, например, встроенные в проем ворот амулеты. Для такого артефактора, как Никита, не составило труда изготовить своеобразный «детектор лжи». Вздумай кто проникнуть на территорию особняка, используя личину хозяина или его обитателей, амулеты начнут тревожно верещать. Такие же сигналки стоят сейчас и в «Гнезде», и в «Родниках».
— Ольга Викторовна еще не вернулась, — доложил Семен Фадеев, встретив Никиту на улице. Он как раз отрабатывал с охранниками, свободными от службы, несложные приемы блокировки и захвата. Спокойная жизнь на Обводном пугала своей расслабленностью и не приносила удовлетворения бывшему офицеру. Вот и придумал своим подчиненным развлечение, а заодно и себя в тонусе держал.
Никита машинально посмотрел на часы. По времени Ольга должна уже быть дома. Может, задержалась в институте, обсуждает с Кошкиным перспективы будущего медицинского центра. Профессору есть что сказать после демонстрации прототипа капсулы. Он настолько впечатлился образцом манекена, что еще несколько дней после этого осаждал Никиту с просьбой как можно скорее наладить выпуск «Петенек». Ну, хотя бы двух-трех для начала. Что ж, выпросил. Никите пришлось искать дополнительные мощности для изготовления манекенов, выслушав порцию ворчания главного инженера о большой загрузке персонала. К чести Шульгина, он сразу понял перспективу и посоветовал приобрести патент. Прибыль обещала быть фантастической.
 
— Оля, ты где? — на ходу набрав номер девушки, спросил он. — У тебя все в порядке?
— Я с профессором заговорилась, — голос у Ольги чуточку виноватый. — Забыла про время. Уже на Обводной сворачиваю.
Никита усмехнулся. Что и следовало ожидать. Кошкин серьезно вцепился в Ольгу, разглядев в ней большой потенциал. Отключив телефон, он подозвал к себе Семена.
— У тебя есть надежные ребята для охраны одной забывчивой барышни? — спросил он.
— Речь об Ольге Викторовне? — понятливо улыбнулся Фадеев. — Есть парочка хватких и опытных. Как раз работали в сопровождении, опыт имеют. И на красивые глазки не поведутся.
— Умеют уговаривать упрямых девушек?
— Еще как. Надо будет — и деликатность, и строгость применят.
— С завтрашнего дня ставь их на постоянное сопровождение, — приказал Никита. — Я пока не могу предоставить из своих резервов людей. Еще не готовы.
— Справимся, Никита Анатольевич, — мотнул головой Семен. — У меня хватает ребят. И так мало практики. Вот и хочу их натаскать на внешнее сопровождение. Если, конечно, добро дадите.
— Даю, — согласился Никита и пошел в дом. Он хотел дождаться Ольгу и только потом уйти в «Гнездо».
Оля примчалась через десять минут. Ворвавшись вихрем в прихожую, скинула с себя плащ и громко поприветствовала стариков, чаевничавших на кухне. Потом со скромным и опущенным в пол взглядом предстала перед Никитой. Девушка знала, насколько ему не нравятся задержки, и пыталась быть честной хотя бы перед собой. Но ведь так интересно с профессором Кошкиным, который среди всех студентов отмечает только ее! Она просто забывает о времени!
— Оля, — укоризненно произнес Никита, подойдя к девушке. Взяв ее за плечи, притянул к себе. Ощутил горячее дыхание на шее. — Ты же понимаешь, как я беспокоюсь. Я не могу быть постоянно здесь, следить за твоей жизнью. Будь серьезнее.
— Да что со мной может случиться? — Оля взглянула на волхва с удивлением. — Кому я вообще нужна в этом городе? Маленькая пичужка, скачущая по веткам — только и всего. Я даже не в твоей Семье, чтобы мною можно было шантажировать тебя.
— Ты в моей Семье, — твердо ответил Никита. — Поэтому я несу ответственность за некую красивую барышню, одиноко живущую в этом доме. Ты бы знала, как я волнуюсь за тебя каждый день, находясь в Вологде.
Ольга шмыгнула носом и вдруг разревелась, уткнувшись ему в плечо. Это было настолько неожиданно, что Никита растерялся и некоторое время ничего не мог сказать.
— Да что такое, девочка моя? — он обхватил ладонями мокрые щеки Ольги и встревоженно поглядел на «сестру». — Тебя обидел профессор? Или кто-то другой позволил себе вольности?
— Нет! — слезы продолжали литься из глаз. — Я сегодня с Настей разговаривала! У нее все так плохо! Муж нашел себе любовницу, оскорбляет сестренку и даже папе не побоялся нахамить!
— Твой отец приезжал к Насте? — выдохнул Никита. Плохо, конечно, но эта проблема решаема.
— Конечно, как только узнал про эти дурацкие выходки зятя, — Оля вытерла ладонью мокрые щеки. — Думает, раз мы обнищавшие дворяне, с нами можно поступать как с уличной чернью. Никита, ей так плохо!
— Хорошо, я попытаюсь найти свободное время и слетать в Благовещенск, — вздохнул Никита. — Поговорю с этими… благородными господами и буду настаивать на разводе. Хочешь, привезу сестру сюда?
— Если она сама захочет, — успокаиваясь, ответила девушка. — Спасибо тебе, Никита.
 
— Я еще ничего не сделал, — поцеловав ее в висок, пробурчал волхв. — Незнакомые мне люди, как на них воздействовать? Силой или разумом?
— Как сочтешь нужным, — крепче прильнув к широкой груди Никиты, тихо ответила Ольга. — Эта семейка заслужила хорошей порки.
  
Глава 8
 
Сербия, Златибор