Сороки (СИ)
Джейми положил руку ему на плечо и сказал, обдавая официанта пивными парами:
— Все круто, чувак. Все очень круто! — Он отпустил официанта, пожелал Люси и Крису приятного аппетита и вернулся к Кирсти, которая покраснела так, как не краснела никогда раньше.
— Пошли, — резко сказала она и выдернула его на свежий воздух. — Что ты им сказал?
— Просто сказал, что все круто. — Он поцеловал ее. — Все очень круто.
Глава 14
Кирсти стояла на коленях перед унитазом и ее выворачивало. Раз за разом. Наконец она решила, что больше тошнить уже не будет, встала и потянула ручку, смывая остатки вчерашнего карри. Плеснула себе в лицо холодной водой и прополоскала рот. Утренняя тошнота? Уже?
Пока она чистила зубы, в ванную в одних трусах ворвался Джейми. Бросился к унитазу — и его тут же с жутким звуком стошнило. Он опустился на пол, прислонился спиной к ванне. Джейми был бледен, волосы прилипли ко лбу. У него страшно болел живот.
— По-моему, я умираю. На работу не пойду, — он сделал несколько глубоких вдохов. — Господи, у меня же никогда не бывает похмелья. Наверное, не нужно было мешать шампанское с пивом.
— Меня тоже тошнило. — Кирсти присела рядом с ним.
— Да? Когда?
— Прямо сейчас. Перед тем, как ты устроил тут жуткую драму. Я вот тихо блюю.
— Но ты же не пила.
— Ну да. И вряд ли это токсикоз, который начался одновременно с твоим похмельем. Хотя, конечно, у тебя может оказаться фантомная беременность. Но лучше не надо.
Джейми поднялся и сплюнул в раковину. Схватил бутылочку с ополаскивателем, вылил себе в рот половину и выплюнул ярко-синюю жидкость. Ему стало немного лучше.
— Думаешь, дело в еде?
— Не знаю.
— Мы ели разное, но там наверняка могли быть общие ингредиенты. Интересно, Люси и Крис тоже отравились?
— Ну пойди спроси.
— Очень смешно.
— Я уверена, что после вчерашнего они будут просто счастливы тебя видеть.
Джейми застонал, вспомнив о своем поведении.
— Я был ужасен?
— Так себе. Особенно когда обнял официанта и назвал его чуваком.
— Господи! Больше никогда туда не пойдем.
— Да мы и так бы не пошли, раз уж отравились там.
— Это не похоже на пищевое отравление… — Он почувствовал, как забурлило в животе, и осекся. — Кирсти, пожалуйста, выйди.
Она ушла, а Джейми стащил трусы и уселся на унитаз. Живот крутило, и была сильная боль. Когда он поднялся, в комнате раздался телефонный звонок, а потом он услышал полный удивления голос Кирсти. Он выглянул из ванной.
— Что такое? — Больше всего на свете Джейми хотелось сейчас вернуться в постель и проспать до вечера.
— Пол…
* * *Они гнали в больницу изо всех сил. Джейми выдумывал какие-то объезды, срывался с места на желтый свет, игнорировал пешеходные переходы. Машин было много. Люди радовались ясному осеннему дню, грелись под последними лучами солнышка. Джейми включил радио и снова выключил. Только болтовни сейчас не хватало. Машины впереди ехали слишком медленно. В такие моменты он жалел, что не умеет летать.
— Осторожнее, — сказала Кирсти, когда он резко повернул налево. — Меня может стошнить в любой момент.
Про свою тошноту он успел забыть — тело избавилось от того, что ему не нравилось. Услышав про Пола, он не мог думать больше ни о чем. Потом он еще вспомнит о том, что его беспокоило утром, но сейчас он хотел только добраться до больницы и до Пола.
Когда он стоял в дверях ванной, Кирсти сказала:
— Звонил отец Пола, надо ехать в больницу.
Желудок Джейми заледенел. Он вдруг понял, что глупо было верить в выздоровление Пола. Но увидев ужас на лице Джейми, Кирсти добавила:
— Новости хорошие. Он, кажется, выходит из комы.
Они повернули на парковку больницы. Какой-то идиот на синем БМВ перекрыл въезд. Джейми посигналил, яростно замахал руками. Пока БМВ мучительно долго отъезжал, Джейми злобно сверлил водителя взглядом. Наконец они запарковались на свободном месте и побежали в больницу.
Кирсти на ходу помахала девушке за стойкой, потом они налетели на человека с тележкой, промчались по лестнице и ввалились, тяжело дыша, в палату Пола. В глубине души Джейми ожидал, что Пол будет сидеть в постели с чашкой чая и спрашивать: «Где я? Что случилось?» — но он лежал в том же положении, и мониторы пищали точно так же.
Родители Пола и Хизер стояли у койки и смотрели, как доктор Мир осматривает пациента. Хизер повернулась к двери:
— Он произнес мое имя.
Щеки у нее были мокрые, ресницы слиплись, а тушь растеклась. Она так и не сняла форму медсестры.
— Я сидела, разговаривала с ним… ну как обычно. Рассказывала, как прошел мой день, и тут он вдруг заговорил. Назвал меня по имени, — она схватила Кирсти за руку. Ее всю трясло. — Сначала я решила, что мне просто показалось, но он повторил. Так что я побежала за доктором Миром.
— Он что-то еще сказал? — спросил Джейми.
— Нет. Но доктор Мир говорит, что он выходит из глубокой комы. Что он просто без сознания и может очнуться в любую минуту.
— Или уйти обратно, — вставил отец Пола. Но, увидев испуг на их лицах, он добавил: — Эй, поосторожнее. Это может быть ложная…
— Мне кажется, он приходит в себя, — сказал доктор Мир.
Они замолчали и уставились на Пола. Он выглядел как человек, который напился сильнее всех и вырубился… очень надолго. Лицо казалось абсолютно бесцветным, изо рта стекала струйка слюны. Но пока они смотрели на него, у него дрогнули веки. А потом он их поднял. Губы Пола приоткрылись. Все придвинулись еще ближе — как паломники к святыне.
Доктору Миру пришлось раскинуть руки, не подпуская их слишком близко. У Джейми пересохло во рту. Кирсти сжимала его ладонь.
Пол поморгал, посмотрел на них, открыл рот. Облизал губы.
— Мне… — прошептал он.
Все наклонились ближе.
— Хреново…
* * *Доктор Мир выгнал их из палаты. Вместе с другими врачами они обследовали очнувшегося пациента. Джейми, Кирсти, Хизер и родители Пола отправились в столовую. Хизер и мать Пола рыдали. Джейми и Кирсти молчали. Отец Пола постоянно дергал себя за бороду. Никому не хотелось радоваться и веселиться. Они все боялись, что с Полом могло быть что-то не так. Никто не говорил об этом вслух, но всех мучило то, о чем предупреждали врачи: травма мозга.
Его могло парализовать. У него могла случиться амнезия. Он мог разучиться разговаривать, хотя за это, пожалуй, беспокоиться не стоило. Когда-нибудь первые после травмы слова Пола станут легендой среди его знакомых. «Мне хреново». В этом весь Пол. Хотя Джейми знал, что Хизер всегда будет вспоминать, что на самом деле первым он произнес ее имя.
Они купили чаю и кофе и сели вокруг стола в центре столовой.
— Я знал, что он очнется, — сказал Джейми. — Всегда знал. Нужно было просто дать ему время.
— Это все наши молитвы, — сказала мама Пола. — Наши молитвы и наша вера.
— И время, — мягко добавил Джейми.
— Что говорит доктор Мир? Сколько ему еще лежать в больнице? — спросил отец Пола у Кирсти.
— Он говорит, что нет никакой гарантии, что Пол останется в сознании. Но если это случится, им придется наблюдать за ним какое-то время. У него была серьезная травма. Мышцы не использовались долгое время, поэтому он очень слаб сейчас. Придется долго заниматься физкультурой. А это непросто. Еще придется исследовать его мозг, убедиться, что серьезных повреждений нет. Даже если ничего страшного не случилось, он может испытывать сложности с ориентацией в пространстве, например. Он не будет прежним. По крайней мере, первое время.
— Он вернулся, — сказала мать Пола. — И это главное.
— Я предложу ему на мне жениться, — заявила Хизер.
Все повернулись к ней.
— Можем устроить двойную свадьбу, — предложил Джейми. Теперь все смотрели на него. — Мы с Кирсти вчера решили пожениться. И у нас есть еще одна новость.
Кирсти мрачно посмотрела на него. Вот черт! Он совсем забыл, что они собирались подождать до двенадцати недель. Но он не успел придумать никакой другой новости, например «Мы покупаем диван», поэтому Кирсти сказала это сама: