Адмирал Империи – 12 (СИ)
— Перестроение невозможно, сэр, — ответил ему старпом «Форрестола», — мы тупо не успеваем это сделать. Козлов уже рядом и начинает выходить на линию атаки!
Между тем дивизия Козлова, рассеяв по космосу отряд Дорси, была уже на расстоянии в двести тысяч километров. Первые заряды плазмы дальнобойных орудий русских линкоров и крейсеров устремились в сторону хаотически двигающегося американского космофлота. Коммандеры Парсона просто не понимали, что от них хочет командующий, то ли перестраиваемся и сжимаемся в оборонительную «сферу», то ли разворачиваемся носами к кораблям Козлова…
Практически все американские корабли, растянутые в тонкую «линию», медленно маневрировали, пытаясь сомкнуться в плотное оборонительное построение. А тем временем дредноуты Козлова уже подошли на расстояние в сто тысяч и открыли по ним ураганный огонь из всех имеющихся орудий. Самсонов со своего угла не давал кораблям «янки» развернуться, постоянно наседая с фронта…
— Держите строй, не разваливайтесь! — кричал Парсон в эфир, видя как его корабли получают серьезные повреждения под обстрелом. Зачем кричал, и причем здесь «держать строй»? Какой вообще строй, если на тебя с двух противоположных направлений мчаться эти ошалелый, ничего не боящиеся, русские!
Паника в рядах 4-го «вспомогательного» космофлота нарастала, практически одновременно два американских фрегата не выдержали прямых попаданий и взорвались прямо на глазах «Шваброидного Грега». Еще несколько кораблей вынуждены были начать маневры уклонения, чтобы не повторить их судьбу, построение американцев начало распадаться на отдельные фрагменты. Похоже, это было началом конца…
— Продолжайте сближение! — приказывал своим капитанам Вячеслав Васильевич Козлов, стоя на мостике авианосца «Александр Первый» — Добейте этих трусов!
— Общая атака! — со своей стороны воскликнул Иван Федорович Самсонов, отдавая распоряжение своим адмиралам переходить в наступление. — «Янки» сейчас дрогнуть!
Русские корабли с двух сторон врезались в самую гущу американского строя, ведя беспощадный огонь в упор и одновременно пытаясь таранить вражеские вымпелы. Еще три корабля Парсона были уничтожены в считанные минуты, наши потеряли один эсминец и одни легкий крейсер, которые были зажаты в коробочку и уничтожены американцами перекрестным огнем…
— Не отступать! — ревел Грегори Парсон, видя, как его корабли погибают один за другим. — Прикрывайте друг друга полями и корпусами! Контратакуйте!
Американцы, надо отдать им должное, несмотря на критическую ситуацию и крайне невыгодное положение, отчаянно сражались. Зажатые с двух сторон, практически без возможности отступить, они держались, несмотря на превосходство русских в количестве и в боевых характеристиках.
— Вперед, ребята! Сметем эту сволоту! — подбадривал своих адмиралов командующий Самсонов, видя, как «янки» упираются и как в свою очередь постепенно в секторе боя меняется расклад.
К Парсону возвращались две его дивизии. Первой на поддержку 4-го космофлота пришла Элизабет Уоррен, устав гоняться за кораблями Красовского, вице-адмирал быстро сориентировалась и поняла, что сейчас она нужней своему командующему. Ее полудивизия, зайдя во «фланг» кораблям Вячеслава Васильевича Козлова, набросилась на них, заставив перестраиваться русские вымпелы и маневрировать, чтобы не быть уничтоженными. Соответственно Козлов был вынужден на время прекратить атаку на Парсона.
С другой стороны Мелвин Дорси, которого полчаса назад все уже списали со счетов, все-таки остановился, видимо, помолился и возвратился-таки в сектор сражения. Корабли Дорси не шли в ближний бой, но огнем своих палубных орудий сильно мешали Козлову разобраться с Уоррен, постепенно выжигая остатки силовых полей наших дредноутов. Вячеславу Васильевичу ничего другого не оставалось, как полностью прекратить атаку на Парсона, сжаться в «каре» и отбиваться от наседающего со всех сторон врага…
— Держитесь ближе друг к другу! Ничего, выстоим! — успокаивал он своих капитанов. — Черноморский флот скоро разберется с 4-ым «вспомогательным»…
Между тем хаотичное сражение между русским и американским флотами разделилось на отдельные поединки между кораблями. Дредноуты обменивались залпами из орудий. Вокруг них полыхали огненные всполохи от разрывов зарядов плазмы. Энергополей практически ни на одном из вымпелов с той и другой стороны уже не существовало. Сражение, превратившись в свалку, достигло своего апогея. А Буховски и адмирал-паша Явуз все ближе и ближе подходили к месту действия, угрожая свежими силами смести «черноморцев» со своего пути…
В этот критический момент нам сильно повезло. В хаосе боя флагманский линкор командующего Самсонова «Громобой» оказался в непосредственной близости от авианосца «Форрестол», на котором находился Грегори Парсон. «Шваброидный Грег» держал авианосец чуть позади остальных своих кораблей, понимая, что тот не выдержит противостояния с русскими дредноутами, но так получилось, что в какой-то момент «Форрестол» остался без прикрытия. Даже эсминцев поддержки не оказалось рядом.
В запале схватки и мешанине боя Иван Федорович проскочил на «Громобое» сквозь образовавшуюся брешь в строю противника на открытое пространство и оказался нос к носу с американским флагманом.
— Вот это подарок! — усмехнулся Самсонов, радостно потирая руки. — Таким грех не воспользоваться. Атакуем!!!
«Громобой» налетел на авианосец Парсона, с хода ударив тот в область кормы. Последние силовые установки «Форрестола» перестали функционировать, корабль безвольно завертелся в пространстве, полностью лишенный возможности маневрировать. Иван Федорович между тем продолжал расстреливать флагман Парсона с ближней дистанции. Видя, что мощи палубных орудий «Громобоя» недостаточно, чтобы быстро разобраться с огромным авианосцем противника, наш линкор вертелся вокруг него, старалась ударить со стороны бортов. Русский линкор обстреливал по-прежнему вращающийся вражеский авианосец со всех сторон, однако, время поджимало, и Самсонов решил попусту его не тратить…
— Двигатели на полную мощность, — приказал Иван Федорович своим офицерам. — Идем на сближение… Всей команде — приготовиться к абордажу!
Штурманы «Форрестола», частично потерявшие управление авианосцем, не смогли среагировать на быстрый рывок «Громобоя». Корабли в одно мгновение сцепились друг с другом корпусами, а затем, и магнитными тросами, намертво слепившись между собой. Броня американского авианосца, так долго державшая плазму корабельных орудий русского линкора, уже спустя пару минут легко плавилась под переносными лазерными резаками абордажных групп «Громобоя»…
С победными криками «ура» ворвались штурмовые команды Самсонова внутрь вражеского корабля, сея вокруг себя смерть. Русские космопехи, закаленные в рукопашных и прошедшие сотни абордажей, четко знали что и как делать. Штурмовики Самсонова не жалели никого на своем пути, у экипажа «Форрестола» не было не единого шанса отстоять свой корабль.
Более того в атаке на авианосец Парсона участвовал и сам Иван Федорович. Похоже, старик после победы над вице-адмиралом Торресом почувствовал в себе силы и вспомнил молодые годы. Самсонов не был в передовых группах, понимая, что будет лишь мешаться под ногами профессионалов, он двигался к капитанскому мостику вражеского авианосца со второй волной абордажников.
Самсонов как никогда раньше хотел поскорей найти «Шваброидного Грега» и разобраться с ним, как он это уже делал с Торресом. Только так, жестко и без лишних эмоций можно было сломать у американцев веру в свою непобедимость. Иван Федорович несмотря на противодействие со стороны великой княжны и непонимание большинства своих старших офицер, не отказался от плана по обезглавливанию высшего командного состава флотов противника.
Он долгое время искал по палубам «Форрестола» своего заклятого врага — Грегори Парсона и был уверен, что сегодня эта вражда окончиться смертью американца. К своему разочарованию Самсонов не обнаружил «Шваброидного Грега» на капитанском мостике, где тот должен был находиться. Наши «морпехи» полностью зачистили командный отсек «Форрестола», не оставив, по приказу Ивана Федоровича никого в живых.