Адмирал Империи – 12 (СИ)
Точка пространства: сектор центральной планеты Херсонес-9.
Дата: 23 февраля 2215 года.
— Господин адмирал, сканерами зафиксировано скопление кораблей неприятеля, — произнес дежурный офицер, заставив командующего Самсонова отвлечься от споров по видеосвязи с Беловым и Красовским. — Движутся на первой крейсерской скорости по направлению к Херсонесу-9. Численность уточняется…
— Похоже, дождались, — Самсонов прервал разговор с адмиралами, подскочив к оператору. — Все полученные данные сразу выводите на главный экран и на карту!
— Информации пока не много, — отрицательно покачал головой оператор, — слишком большое расстояние… Примерное количество вымпелов — сорок единиц. В зоне видимости появляются еще корабли…
— Кто⁈ — допытывался Иван Федорович.
— Пока неизвестно, — был ответ дежурного.
— Ладно, — отмахнулся командующий. — Откуда движутся?
— Квадрат 12–44… Мы сами недавно пришли оттуда же…
— Можете не докладывать, кто перед нами, я и без ваших сканеров это знаю. Смотря из какого сектора появились корабли, нетрудно догадаться, что к нам идет 4-ый «вспомогательный», недобитый мной, флот. «Шваброидный Грег» горит желанием взять реванш за неуспех у перехода «Таврида-Тарс».
— Вы правы, господин адмирал, — через минуту ответил дежурный, — судя по идентификационным номерам перед нами вымпелы дивизии вице-адмирала Фланнагана…
— Не прошло и года, — буркнул Иван Федорович, в уме уже продумывая варианты собственных действий.
— Обновленные данные по количеству, — продолжал оператор, — 45 вымпелов, 48 вымпелов, 50 вымпелов…
— Да, сколько их там собралось? — недовольно вздохнул Самсонов, — следя за появляющимися изображениями вражеских кораблей, постепенно заполняющих весь объем тактической карты. — Что-то многовато для полуразбитого 4-го флота…
— 56 вымпелов…
— А, теперь понятно, — кивнул Иван Федорович, — это наши новые знакомцы из системы «Тарс» — 40-ая дивизия Буховски и османы адмирала-паша Явуза. Так уверены в собственных силах, что даже охранение у перехода не оставили…
— Окончательная цифра — 58 боевых кораблей, — закончил доклад офицер.
— Таааак, — протянул командующий, кивая сам себе. — Первый пошел. Теперь можно ожидать прибытие 6-го «ударного» Джонса-старшего. Ясно что «янки» собираются зажать меня с двух сторон. Ох, может и прав Красовский и зря отпустил Василькова и княжну. Да, Бог с ними, жалко что эти прохвосты утащили к переходу космическую крепость «Севастополь»… Как раз таки она и могла стать тем редутом, который бы сдерживал корабли Джонса, когда я буду разбираться с Парсоном…
Благо кораблей 6-го «ударного» пока на экранах не видно. А я бы их точно заметил, даже если бы Джонс вел свои дивизии в режиме «молчания», настолько много у меня в секторе разбросано разведывательных зондов…
Иван Федорович внимательно всматривался в темноту карты, скрестив пальцы и внимательно всматриваясь в темный угол карты, не засветится ли он красными точками вражеских кораблей. К радости командующего голограмма по-прежнему отливала темнотой, направление на Херсонес-5 оставалось свободным.
— Странно, — задумался адмирал Самсонов, — если бы Джонс и Парсон собирались выбить из нас весь дух, то обязательно атаковали бы вместе. А тут Парсон идет один, хотя и с серьезным подкреплением. Ладно, подождем…
Со времени обнаружения первых кораблей 4-го флота прошло уже три часа, половина пути американцами к Херсонесу была проделана. А ни одного вымпела Джонса на карте так и не появилось. Настроение нашего командующего с каждым часом все больше улучшалось.
— Неужели славные американские адмиралы так просчитались, — хлопнул себя по коленям Иван Федорович, связываясь со своими комдивами:
— Так, господа, — Иван Федорович увидел перед собой на экране Белова, Красовского, Хиляева, Козлова и Козицына, — противник не так умен, как мы он нем думали, и идет на свидание с нами разрозненно. Похоже, мистер Джонс и мистер Парсон смотреть не могут друг на друга после того, как первый подставил «Шваброидного Грега» у перехода на «Тарс». Сейчас повторятся тот же сценарий, старина Нейтен решил предоставить возможность Парсону реабилитироваться за неудачный бой и оставил его одни на один с нами.
Грех не воспользоваться промашкой нашего противника. Поэтому собирайте ваши подразделения — не дожидаясь подхода американцев к планете, выходим навстречу 4-му флоту. Разбросаем его по космосу до подхода Джонса, если, конечно, он удосужится прибыть в сектор. Если же нет, тем хуже для бедолаги Грега…
Сорок вымпелов Черноморского флота — все, что осталось под рукой Самсонова, выстроившись в пять «линий», помчались по направлению к приближающемуся врагу…
— Они совсем одурели что ли? — глаза Ивана Федоровича полезли на лоб. — Почему Парсон никак не реагирует?
Несмотря на приближение русских кораблей, дивизии 4-го флота продолжали движение, как будто ничего особенного не происходило. Причем американцы абсолютно не собирались как-либо перестраиваться, а резерв в виде дивизии Буховски и Явуза был вообще в двадцати миллионах километров позади. Невероятная беспечность и подарок судьбы для Самсонова…
— Вот и отлично, — хлопнул в ладоши Иван Федорович. — Теперь они точно у нас в руках!
Иван Федорович посмотрел на карту в максимальном разрешении. Беспечность командующего 4-ым космофлотом, действительно, поражала. Идут тремя сводными группами, впереди дивизия «Таро» — самая на этот момент многочисленная, вместе с флагманским авианосцем Грега Парсона, насчитывающая двенадцать вымпелов. Далее в миллионе километров следовала эта безбашенная Элизабет Уоррен — именно она не дала Самсонову победить при переходе на «Тарс» двумя днями ранее. Правда после того сражения в ее 25-ой «легкой» осталось всего восемь кораблей. Тем не менее, дивизия да еще и с таким отважным адмиралом являлась серьезной тактической единицей в секторе боя. Ну, и наконец, третья группа из шести кораблей — замыкающая, в которой тащились позади всех недобитки из дивизий: Мелвина Дорси и Джейкоба Кенни. Корабли последнего после долгих злоключений соединились со своим флотом, но из-за малого количества не очень-то его усилили.
Американцы уже увидели, что Черноморский космофлот в полном составе начал движение по направлению к ним. Более того Самсонов по мере движения периодически включал форсаж и все увеличивал и увеличивал скорость, стараясь как можно скорей сократить дистанцию с их передовыми порядками. Адмирал Парсон сначала по-прежнему ничего не предпринимал, продолжая смело идти навстречу превосходящим силам противника. У Самсонова имелось под рукой ровно сорок вымпелов, у Грегори Парсона — двадцать шесть, более того боевые атакующие и оборонительные характеристики русских вымпелов в среднем превышали такой же показатель кораблей «янки» почти в полтора раза. Как было уже сказано, резерв в виде эскадры Буховски-Явуза был далеко позади…
Неужели «Шваброидный Грег» при таком соотношении на что-то надеялся? Или почти поражение у перехода «Таврида-Тарс» ему еще не доказало мощь русских дивизий?
— Где же этот чертов Джонс-старший? — в этот самый момент Грэг Парсон мерил шагами мостик своего авианосца «Форрестол», все чаще и чаще посматривая на тот же сектор на тактической карте, на который часом ранее смотрел адмирал Самсонов. Именно из этого сектора в самое ближайшее время ожидалось вступление в бой союзника Парсона — Нейтена Джонса со своими кораблями.
Но проходил час за часом, а стройные дивизии 6-го «ударного» флота на карте так и не появлялись. Русские же на бешеной скорости подходили все ближе и ближе. Парсон занервничал, неужели этот мерзавец Нейтен снова его обманул и подставил 4-ый «вспомогательный» под удар Самсонова, оставив один на один сражаться со всем Черноморским космофлотом⁈ Ведь с Джонсом заранее было обговорено время подхода его флота, чтобы совместными усилиями уничтожить русских. Но, нет, сектор пространства, из которого должны были вынырнуть эскадры 6-го флота оставался пустым…