Ферма

– Да ладно, ладно, – Энрико примирительно поднял ладони вверх, – чё вы сразу заводитесь, я ж пошутил. С жмуриками-то что делать?
Фермеры переглянулись.
– Четверть косаря за труп, – наконец ответил Джон.
– Да вы что тут, охренели? – взорвался Энрико. – Откуда у нас косарь баксов наличкой? Да и вообще с какого перепугу мы должны вам за них платить, у вас же с боссом договор!
  
Ли отошёл чуть в сторону и достал телефон.
– Босс? – сказал он, когда на том конце раздалось недовольное «алло». – У нас проблемы… Да, доехали… Нет, с этим особых проблем не было. Они товар не хотят принимать… Потому что неживой… Понял. Босс хочет с тобой перетереть, – он протянул трубку Джону.
Тот скептически хмыкнул, но телефон взял и отошёл подальше в сторону.
– Какого хрена, Майк? Ты знаешь, что нам нужны живые чуваки, и не когда-то там, а прямо сейчас… – он прервался, слушая ответ, – это твои трудности, Майк! Нас это не колышет! Нам-то что теперь делать, а? – какое-то время Джон слушал собеседника, потом обернулся и смерил чужаков странным взглядом, особенно почему-то задержался на Энрико. Ли невольно проверил кобуру. – Ты уверен?.. Ну, тоже верно… Окэй, договорились. Но за тобой должок. На, – фермер вернул телефон Ли, – Майк там тебе ещё… пару ласковых сказать хочет, – добавил он со смешком.
Парень чуть нахмурился, не оценив шутку, и поднёс трубку к уху.
– Да, босс. Понял, – Ли заиграл желваками, явно не слишком обрадованный услышанным. – Понял, сделаем. Так где жмуров выгружать, здесь? – спросил он, сбросив звонок.
– Нахрен они нам тут сдались? – раздражённо фыркнул Джон и махнул в сторону небольшой дорожки в глубине заднего двора, в конце которой с трудом угадывался тусклый свет фонаря. – Вон туда везите, к свинарнику.
Ли сел за руль и принялся медленно сдавать назад, следуя за показывающим дорогу фермером. Энрико с Джеком отправились вслед за пикапом пешком. Ярдов через двадцать [6] Джон остановился и вскинул руку. Ли затормозил и вышел из машины, в нос ему ударила нестерпимая вонь. Слева от дорожки находился сам свинарник, такой же древний и обшарпанный, как и хозяйский дом, болтавшаяся на карнизе тусклая лампочка еле-еле освещала небольшую площадку перед ним. Изнутри доносилась какая-то возня и возбуждённое похрюкивание, свиньи явно услышали приближение людей и разволновались. Справа от более-менее расчищенной площадки на выходе из свинарника чёрным провалом растянулось странное пятно. Судя по исходившему от него зловонию – это был навоз, невесть почему не убранный.
– Вон там и сваливайте, – Джон махнул рукой в сторону этого самого пятна.
Напарники повытаскивали трупы из кузова и по одному оттащили их на указанное место. Ли мельком скользнул по тёмному пятну взглядом и вдруг почувствовал, как волоски на руках встали дыбом. Он присмотрелся уже повнимательнее – вроде как и действительно просто навозная лужа, но ощущения какие-то странные. Как будто рядом кто-то притаился, кто-то большой и хищный. Ли настороженно вгляделся в ночную мглу за пятном – в конце концов в здешней местности и койоты могли рядом ошиваться, и даже рыси – но как ни силился, ничего разглядеть не смог. Глючит?
– Отгоняйте машину обратно и айда в дом, поужинаете и переночуете, – сказал Джон. – А с утреца поможете нам с кое-чем, как раз дельце есть для крепких парней вроде вас, раз уж пленников теперь не припрячь. Майк потом с вами сочтётся, – добавил он, прежде чем Энрико успел возразить.
Парень бросил вопросительный взгляд на Ли, тот хмуро кивнул, и Энрико снова осклабился.
– Только не говори, что свинарник чистить надо! – хохотнул он.
– Не совсем, – усмехнулся фермер и направился обратно к дому.
– А этих что, прям так оставлять? – спросил Энрико, слегка пнув один из трупов, замотанный в чёрный пакет. – Прикрыть не надо?
– А зачем? – отмахнулся Джон. – Сюда обыкновенно никто не ездит, тем более ночью.
Энрико идею остаться на ночлег воспринял с энтузиазмом, Ли же наоборот напрягся. Он бы предпочёл остановиться на ночь в мотеле, где-нибудь подальше от этого места, но… с боссом спорить было чревато, тем более, что предъявить его «то ли друзьям, то ли родичам» кроме своих смутных ощущений было нечего. К тому же, Энрико здесь бывал уже не раз и до сих пор жив, здоров и излишне весел. Ли в последний раз скользнул подозрительным взглядом по трупам и навозному пятну рядом с ними и сел в машину, чтобы отогнать её обратно на задний двор.
В доме их встретили две женщины: Саманта, жена Джона – высокая и крепкая, под стать мужу, тётка средних лет с круглым грубоватым лицом и недобрым взглядом. Второй была Энид – худенькая бледная девушка лет двадцати с небольшим, смотревшаяся в этом типичном реднековском царстве крайне чуждо. Ли подумал было, что она дочь или невестка хозяев, но Энрико, проходя мимо, запанибратски хлопнул её по заду, а фермеры на это никак не отреагировали. Значит, работница. Причём явно на незавидном положении. Джон пошептался с женой, и ночных гостей усадили в обеденной нише. Саманта отозвала девушку в сторону и что-то сказала ей насчёт комнаты для гостей, та скользнула по обоим парням равнодушным взглядом, кивнула и ненадолго отошла, а хозяйка принялась хлопотать на кухне, разогревая ужин. В это время подтянулся Джек с упаковкой пива и початой бутылкой «Джим Бима».
– Вздрогнем?
– А чё б и не вздрогнуть? – Энрико цапнул ближайшую бутылку пива и, красуясь, открыл её о край стола, пока Джек расставлял стаканы.
Ли отказался и от пива, и тем более от виски. Он в принципе алкоголь предпочитал не пить – под градусом ПТСР [7], заработанный в командировках в Афганистан, давал о себе знать самым неожиданным образом, а в этом невесть почему напрягающем месте ему тем паче напиваться не хотелось. Энид вернулась и присоединилась к Саманте на кухне: нарезала хлеб и принесла его к столу, вместе с холодным чаем [8] для Ли, а потом и тарелки с едой для гостей. На ужин были свиные отбивные и макароны с сыром. Без изысков, зато сытно. Энрико вдохновенно болтал с набитым ртом, что-то выспрашивая у фермеров, те отвечали односложно, в основном потягивая виски, Ли чуть настороженно наблюдал за девушкой. Движения Энид казались ему какими-то заторможенными, будто она спала на ходу или была под веществами. Когда она ставила тарелку перед Энрико, тот снова с размаху хлопнул её по заднице, не отвлекаясь от разговора, а она поморщилась в ответ… с задержкой секунд в пять. Да и вообще, бледная как смерть, синяки под глазами… Наркоманка в рабстве у этих внешне благопристойных фермеров? Раз уж они регулярно избавляются от трупов или ещё живых врагов босса, то наверняка им нужны работники, которые точно будут держать рот на замке. Например, нарики, готовые за дозу делать что угодно. Вот только – Ли скользнул взглядом по худенькой угловатой фигурке – тяжёлую работу такой сдыхоти не поручишь, того и глядишь на ходу переломится, толку от неё на ферме? Разве что «девочка для развлечений», чтобы подкладывать под гостей, или для того же Джека? Да как-то тоже… на любителя, вроде всеядного и вечно озабоченного Энрико. В самом захолустном борделе и то можно девку по-краше найти. Хотя… он мельком посмотрел на Джека, со странной ухмылочкой слушавшего болтовню напарника, может, они тут тоже не слишком притязательны? Главное, что девка всегда под рукой и отказать не может? Когда Энид в очередной раз долила ему чаю, рукав её рубашки задрался, и Ли заметил нечто и вовсе подозрительное – всё предплечье было иссечено грубыми шрамами от порезов, крест-накрест. Как будто кто-то вдумчиво и намеренно резал ей руки. Девушка заметила его взгляд и поспешила одёрнуть рукав, всё с той же пятисекундной задержкой, а затем ушла обратно на кухню. Парень проводил её взглядом – пытают её тут, что ли? Или это она сама? А впрочем, ему-то какая разница?