Первокурсники

— Нет, ну гениальная же идея. — Фрэнки открыла глаза. — Если какая-нибудь горшковолосая сделает костюм сливы в технике папье-маше, я впаду в ярость. То же самое с уткой, вылупляющейся из картонного яйца.
— Призрак — это как-то банально, — заметила Негин.
— А может, луна? — предложила я. — Нарядись луной в разных стадиях роста.
Фрэнки фыркнула, не вставая с пола:
— Нужно взять смайлик и сделать его сексуальным. Секси крокодил, секси сумка, секси буханка хлеба. — Она подняла ногу и нахмурилась. — Секси луна в разных стадиях роста.
  
И взвыла от смеха.
— Секси хлеб, — медленно повторила Негин. — Секси. Хлеб.
Фрэнки вскинула палец:
— Поверь, подруга, хотя бы одна сексуальная буханка хлеба там будет. А может, две или три.
— Если хочешь сексуальный наряд, надо выбирать зайчика, или танцовщицу фламенко, или… Не знаю. — Я достала телефон.
— Секси хлеб! — крикнула Фрэнки.
— Зайчиков Плейбой у меня нет, — глянула на нас женщина из-за стойки. — И никаких сексуальных сеньорит тоже.
— Видишь? — сказала я Фрэнки и повернулась к продавщице: — А сколько у вас костюмов хлеба?
— Ни одного. Но есть банка фасоли «Хайнц».
— Сомневаюсь, что есть смайлик банки фасоли. — Я посмотрела на Фрэнки: — Нам просто нужно найти какое-нибудь старье. Уже три часа. Давай купим что угодно.
— Это последняя ночь недели новичков, — возмутилась та. — Мы ее на всю жизнь запомним.
А точно ли? Ведь нельзя знать наверняка. Всегда есть шанс, что именно сегодняшнюю ночь ты запомнишь навеки, но порой запоминается совсем другое. К примеру, я не стремилась специально сохранить в памяти, как в восьмом классе мы с Флорой затемно выбрались из своих домов и гоняли на великах по пустому центру города. На самом деле запомнилась не вся ночь, только этот момент. И не знаю, почему мой мозг решил запечатлеть именно его из всех возможных вариантов. Может, и сегодняшняя вечеринка останется в памяти. Может, это как раз одна из таких ночей. Кто знает.
За прошедшие пять дней мы с Негин и Фрэнки стали командой. Мы эсэмэсились, едва проснувшись, ходили вместе по магазинам и перед сном проверяли, не умер ли кто из нас. Такое облегчение встретить приятных людей, которым я, кажется, действительно понравилась. Да, они не Флора, и что с того? Самое странное в подобных отношениях — какая-то нереальная близость с теми, кого едва знаешь. Я все еще настороженно приглядывалась к Негин и Фрэнки. Пыталась понять, что они за птицы, подстроиться под них и не разрушить ненароком нашу пятидневную дружбу. Может, они делали то же самое? И может, однажды мы об этом поговорим.
Я взяла мышиные ушки. Наверное, мышь — отличный компромисс между сексуальным и веселым.
— А есть смайлик-монахиня? — спросила Фрэнки, соскребаясь с пола. Они с Негин увлеченно пялились в телефоны. — Должен быть.
— Кому нужен смайлик-монахиня? — Я взяла пластиковый початок кукурузы и приставила его к Негин.
— Папе? — предположила она. — Для папского Инстаграма.
— Угу, решено, если есть такой смайлик — чур мой. Я в прямом смысле монашка нашего потока. И сегодня обязана это исправить.
— Ничто так не говорит «возьми меня», как кукурузный початок. — Я поднесла его ко рту и улыбнулась.
— Тут нет высоких мужиков! — возопила Фрэнки. — Я-то все ждала каких-нибудь голландцев по обмену… Ненавижу свой рост.
— А можешь поненавидеть его позже? — спросила Негин. — У нас осталось два часа, нужно сосредоточиться.
Она вновь уткнулась в телефон, и мы было последовали ее примеру, но тут Фрэнки пихнула меня в бок и указала на окно:
— Да ладно.
Дорогу к магазину переходили Джош и Уилл. Мое лицо запылало.
— Я не могу встретиться с Уиллом, — зашипела я. — Не сейчас. Мне спрятаться? Мы никогда не виделись при свете дня.
— Как вампиры, — хохотнула Фрэнки.
Мы с Уиллом сталкивались только в баре, где тусовались и обжимались. Я уставилась в пол. Мы были вместе в клубе этой ночью — всего несколько часов назад. Но днем все иначе. Я схватила юбку с надписью «рок-н-ролльная милашка» и напустила на себя крайне увлеченный вид. Фрэнки и Негин тоже притворились погруженными в изучение ассортимента.
— Выглядим странно, — прошептала Негин, когда дверь распахнулась и вошли парни.
— Привет, — сказала я и махнула рукой.
Слишком сильно. Будто кому-то на другом конце улицы. Затем попыталась сгладить позор, заправив волосы за уши и легонько пожав плечами. Что, наверное, смотрелось совсем по-идиотски. Уилл лениво улыбнулся. Просто возмутительно, что ему удавалось выглядеть сексуально даже после трехчасового сна. Голова опустела, и я не знала что сказать.
Слава богу, на помощь пришла Негин:
— Ни одного костюма призрака!
— И хлеба нет. Вообще, хлеба никогда не бывает, — поддержала Фрэнки.
Джош улыбнулся:
— Знаете, что сказал бы Коннор, если бы был здесь?
— Последняя ночь новичков! — крикнули мы хором, подражая безудержной радости Коннора.
— Точно, — кивнул Джош. — Как вы?
— Собираемся сегодня оторваться и зажечь, — сообщила Фрэнки. — И я купила ореховые кукурузные хлопья и два пакета гигантского шоколадного драже.
Она протянула открытую коробку хлопьев, которые мы ели по пути в город, и Уилл с Джошем зачерпнули по горсти.
Я отчаянно хотела сказать что-то, чтобы ситуация не казалась такой странной, и пробормотала немного маниакально:
— Мы не знаем, в чем идти.
Уилл улыбнулся:
— Мы тоже. У вас ведь нет огромных мультяшных глаз?
Продавщица покачала головой.
Он кивнул и поморщился:
— С похмелья вообще тяжко собираться.
Оттого что он даже мимолетно упомянул прошлую ночь, щеки запылали еще сильнее. Мы стояли лицом к лицу, и я чувствовала, что он тоже нервничает. Негин, Фрэнки и Джош общались с продавщицей, а я переминалась с ноги на ногу.
— Времени на выбор костюма и… сборы реально мало.
Черт, говорю как мама.
Уилл кивнул:
— Ага, им плевать, как ты все успеешь. Большинство людей просто напялят шляпы или разукрасят лицо или еще что-то в этом духе. Честно говоря, не стоит особо заморачиваться.
О боже, все так по-дурацки. Вчера мы так долго целовались, и теперь между нами вклинился огромный слон невысказанной физической близости. Даже случайное прикосновение к рукаву сейчас будет казаться вторжением в личное пространство. Я не осмеливалась посмотреть на Уилла прямо. Будто он солнце или типа того. Ненадолго повисла пауза, а потом наши взгляды встретились. И это было похоже на зрительный контакт, после которого мы всю неделю целовались на разных танцполах. Наконец мы оба улыбнулись, а потом и расхохотались одновременно. Мы смеялись и смеялись, и оба знали почему, но ничего не говорили.
Уилл глянул на телефон:
— Через час я должен быть на отборе футболистов, так что нам пора.
Упоминание футбола тут же воскресило в памяти образ Люка Тейлора. То есть я и не забывала ту первую ночь. Хотя так и не поняла, что именно произошло или не произошло между нашим общением на мосту и моментом, когда он продинамил меня с квиддичем. Отныне Фрэнки звала его «Тейлор Люк — квиддичу не друг». Довольно емко, как по мне.
С тех пор я видела его пару раз, но в основном мы друг друга игнорировали. В любое другое время это стало бы главной трагедией моей жизни, однако в пылу недели новичков и поцелуев с Уиллом я просто выкинула эту странность из головы. Полагаю, Люку суждено остаться одной из неразрешимых загадок моего прошлого. Словно мы принадлежим к разным сторонам диаграммы Венна и в первую ночь пересеклись лишь чудом, хотя не должны были.
— Готов? — спросил Джош.
Уилл кивнул и улыбнулся мне:
  
— Увидимся. Надеюсь, ты что-нибудь найдешь. В любом случае, уверен, ты будешь выглядеть… нуты знаешь. Славно.
А потом они ушли.
Фрэнки так громко загоготала, что аж продавщица подпрыгнула. А эта зараза все смеялась и смеялась, пока не начала задыхаться и не сложилась пополам.