Избранный. Книга 4 (СИ)

Я покрутил в руках намордник и внезапно понял, что перед глазами у меня появился таймер отсчёта. И сейчас он показывал 3 минуты 25 секунд. Ага, уже 24… ну и 23 и так далее.
Я прикинул расстояние от меня до снежных равнин, где располагалась та дырка от бублика… то есть Ад, и понял, что даже на дракоте мы бы летели туда пару часов. Каким образом пёс доберётся до меня за условные четыре минуты — я понятия не имел, но у меня ещё есть время подготовиться. Хотя к чему тут можно готовиться? Я достал из-за спины свой верный арбалет, погладил по голове Лысого и огляделся.
  
— Время нагибать, друг мой, время нагибать…
Верхушка холма не отличалась большим количеством растительности. Судя по всему, тут гуляли сильные ветра, и чересчур расти вверх деревьям не получалось. Поэтому все они были толстыми и приземистыми. Со стороны это выглядело, как какие-то растительные пауки на вершине горы. А ещё почти в центре было небольшое озерце с маленьким островком посередине.
Ноги сами понесли меня туда.
Купаться мне прямо сейчас не хотелось, поэтому я попросил Лысого перенести меня на островок посередине. Лысый прокачался достаточно сильно, чтобы даже в своём «ручном» виде перенести одного человека.
Островок был четыре на четыре метра, покрытый травкой, а посередине него находился простой камень. Я взглянул на таймер — ещё полторы минуты. Подошёл и сел на камень… чтобы через секунду вскочить от него, получив в задницу нехилый разряд тока.
— Что за хрень⁈ — возмутился я в воздух, почёсывая пятую точку и глядя на камень.
Неохотно, как будто через силу, под булыжником проявилась полупрозрачная надпись:
Алтарь древних.
Осколок сущего.
— Да что ты будешь делать⁈ — в сердцах проговорил я и воровато огляделся, увидит ли кто, чем я тут занимаюсь.
Загадки сыпались одна за другим. Создатель, Мировинг, а тут ещё какие-то «древние». Что мне там рассказывали про Создателя? Что он как в той песенке: «из того, что было, то и полюбила», только «из того, что было, то он и собрал», подобрав весь хлам по вселенной.
Возможно, этот кусочек был чем-то инородным. Хотя, почему возможно? Он точно был каким-то другим! У меня есть примерно минута, чтобы разобраться, как он может мне помочь. А то, что он может мне помочь — это без вариантов. Потому что не помню я этого камня здесь раньше. Если он и был, я не обращал внимания. Но что-то мне подсказывает, что выпендрёжница сейчас в ужасе пытается накидать мне роялей, чтобы продлить собственное существование, при этом делает всё так, чтобы проверяющим не было к чему придраться. Поэтому я решительно шагнул вперёд и снова положил руку на камень. На этот раз удара током не было, просто в моей руке появились лёгкие мурашки, как примерно отлежав руку, кровь возвращается обратно. Дискомфортно, но точно не больно. Что ж… И что мне с этим делать?
А тут ещё и системные надписи снова у меня появились. Огромная красная надпись:
Внимание!!! Последнее предупреждение!!! До встречи героя с адским псом Цербером осталось: 10… 9… 8…
Внутри меня поднялась паника. Я смотрел на камень, который не давал мне никакой подсказки, косился на временной отсчёт. Лысый, от греха подальше, взлетел вверх, и оттуда мяукал неодобрительно, напрочь забыв, что он умеет разговаривать, то ли от переживаний, то ли от расстройства.
Сзади и справа я почувствовал приближение чего-то… горячего. Резко развернувшись, я увидел яркую комету, которая неслась ко мне. Промелькнула предательская мысль, что, если метеорит долбанётся в тот островок, на котором я находился, то тут-то мне и придёт тры… конец. Судя по всему, силы у него хватило, чтобы разметать вообще весь мой дом и Подземелье. Это что же, получается, подставил своих?
Однако, впоследнюю секунду метеорит превратился в собаку, которая остановилась на краю озера.
Да уж. Цербер впечатлял. Не знаю, как между мирами ходят сказки и басенки, но Цербер был ожидаемо трёхголовым. Все три башки водили носом и озирались. Складывалось полное впечатление, что они чувствуют, что я рядом, но не видят. Получается, это так плащ и работает? А ещё было интересно то, что, когда вроде как все три головы сфокусировались на мне, и пёс шагнул вперёд, заставив мою задницу сжаться от испуга, то, опустив лапу в воду, она окуталась снопом голубых искр, и пёс отпрыгнул в сторону, вот тут вполне по-собачьи заскулив от боли.
— Вот оно что! — покачал я головой. Не знаю, виноват ли в этом был камень или сама вода, но мне кажется, прямо сейчас пёс не сможет броситься на меня и растерзать.
И тут меня спасает… камень? Так, это что-то новенькое.
Я присмотрелся. У камня древних появилась шкала и называлась она «Крепость». И прямо сейчас она составляла 73%. Это что значит? Я не успел подумать, когда пёс шагнул ещё раз, получил удар током и снова отпрыгнул. Крепость превратилась в 61%. Примерно дюжина процентов за раз. Собака, судя по всему, не сдыхает, хоть и получает ощутимый удар. А это значит, что если я просто буду сидеть на попе ровно, то примерно через 4–5 попыток Цербера, защита спадёт. Он подойдёт ко мне и тупо скушает. А это значит что? А это значит, что пришла пора действовать.
И снова разум отключился во мне. В голове заиграла весёлая песенка. А мне стало весело так, как будто я принял грамм сто чего-то горячительного.
— А, где наша не пропадала⁈ — залихватски высказал я, направил арбалет в сторону твари и выпустил ей болт в голову.
Ожидаемо, болт не долетел до глаза средней головы, исчезнув во вспышке. Но внимание я к себе привлёк. Тварь с рычанием снова бросилась в мою сторону, а я разбежался и оттолкнулся от края, со всей дури, полетев ему навстречу. Поэтому, когда Цербер окунул свою лапу в воду, примерно в этот же момент, я запрыгнул к нему на шею, увернувшись от ужасной пасти между средней и левой головой.
Вот только чего я не ожидал, что этот энергетический удар, или что бы оно там ни было, в данный момент шарахнет не только в собаку, но и в меня! И было это чертовски неприятно. Я почувствовал себя на грани смерти. Глаза залило красным цветом. Единственное, что радовало: Цербер сейчас явно тоже находился в отходняке. Он рычал и мотал всеми тремя головами.
Ну, как там говорится? Отступать некуда, за спиной родное Подземелье и моя семья. Поэтому я просто накинул намордник на среднюю голову, про себя подумав, что, по-хорошему-то намордников должно быть три, ведь голов-то у него было три.
Вот только тут случилось неожиданное. Волшебным образом намордник зафиксировался на злобной харе. Цербер уменьшился в разы, превратившись в обычную, но крупную собаку. Больше всего он мне напоминал стаффа, правда, размером с дога, но при всём при этом у него стала одна голова, на которой удачно защёлкнулся мой намордник.
— Шарик, лежать!!! — весело воскликнул я, обрадовавшись трансформации злобной зверюги.
Вот только «Шарик» взмахнул лапкой, и я полетел прочь, врезавшись в дерево. Силы в нём ещё было ого-го. И, судя по всему, драка только начиналась. Но тут должно быть уже проще.
— Лысый, жги!!! — рявкнул я.
Лысый спикировал ниже, открыл рот, и я тут же заорал:
— Не стрелять!!! — хорошо, что Лысый стал нормальным питомцем, хоть и вредным. Он быстро захлопнул рот, булькнув. Судя по всему, вылетающий шар разорвался у него внутри рта, потому что из ушей у него потёк дымок, а сам он промяукал что-то матерное.
Почему я его остановил? Потому что я почувствовал, как при приближение Лысого начал трещать намордник. Приблизься кот ещё ближе, а тем более атакуй — думаю, что намордник порвало бы на части, а тварь снова превратилась в огромную трёхголовую машину. Ага! Вот оно, то самое тайное знание от системы Виллион! Сражаться должен один, и только один человек.
— Вали подальше, я сам! — рявкнул я Лысому, а сам достал арбалет.
Что вам сказать? Следующий час моей жизни был одними из самых сложных минут в этой самой моей жизни. У уменьшенного Цербера не хватало сил, чтобы убить меня одним ударом. Запас целительных зелий, что наделал мне Шуронид, спасал, но он стремительно подходил к концу. А хуже всего было то, что я чувствовал, как падала прочность намордника. Цербер не забывал сражаться со мной, используя в основном лапы, но каждую секунду он уменьшал прочность намордника. Я явно понимал, что всё должно закончиться в тот момент, когда он снова воплотится в полную боевую форму.