Защити меня (СИ)
— Ну и в чем твоя тайна? — спрашиваю почему-то шепотом.
— Тайна в том, чего ты хочешь добиться, — он смотрит на меня так серьезно, что я поневоле хмурюсь. — Ты не просто прячешься, ты хочешь, чтобы тебя не нашли. Ты единственный, кто может выдать себя, понимаешь? Значит, ты должен перестать быть собой и стать тем местом, где ты прячешься.
— Это как?
— Ты не прячешься под кроватью, Ворона, ты и есть эта кровать.
Звучит смешно, я поневоле фыркаю. Он шикает.
— Просто глаза закрой, представь, что тебя тут нет, замедли дыхание, руки, ноги, — ничего не должно двигаться, понимаешь? Стань этой кроватью.
Я смотрю на Мирона, сейчас, с полуприкрытыми глазами, бледноватый и худой, он вызывает у меня одновременно страх и жалость.
— Как ты научился этому, Мирон? — спрашиваю я шепотом. Он открывает глаза, они такие большие, такие невероятные… Они, как Мирон, словно не от мира сего — не похожи ни на что вокруг.
— Отчим, когда напивался, колотил всех, кто был рядом, — говорит Мирон, — а меня нельзя было колотить, я мог от этого умереть. Вот я и научился прятаться. И тебя научу, Ворона, никогда не знаешь, что в жизни пригодится.
Чем себя занять в квартире Андрея, я не знала. Бродила по ней до дневных новостей, потом залезла в холодильник, оказалось, в этот раз продуктов в избытке, я принялась готовить, чтобы отвлечься. В итоге разошлась, приготовила борщ, жаркое, и картошку с грибами пожарила. Когда услышала скрежет в замке, поскакала туда, заглянув в глазок, отодвинула внутреннюю задвижку. Береженого, как говорится, бог бережет.
— Привет, — сказала, отходя на несколько шагов, он окинул меня быстрым взглядом и закрыл дверь.
— Привет. Чем так вкусно пахнет?
— Я там поесть приготовила… Ничего?
Андрей только усмехнулся.
— Ну давай корми.
Пока он переодевался, я все подогрела. Андрей сел, качнул головой, посмотрев на стол.
— Доказываешь свою исключительность?
Я подняла на него взгляд, в уголках губ улыбка, но смотрит внимательно.
— Нет, — качнула я головой. — Просто занять себя нечем было.
Ели мы молча.
— Спасибо, вкусно, — сказал Андрей в конце, — пойдем поговорим.
Я как-то сразу поняла, что разговор пойдет о прошлом. Шла, кусая губы, все еще пыталась понять, зачем ему это?
Мы устроились на диване. Я поджала под себя колени, натягивая сверху футболку.
— Расскажи мне о том, что было пять лет назад.
Вроде бы и не давит, но говорит безаппиляционно.
— Хорошо, — кивнула я. — Я встречалась с одним мужчиной…
— Нет, начни сначала.
— Сначала? — не поняла я.
— Да. С момента вашего знакомства.
Я немного похлопала глазами, потом отвернулась, нахмурившись.
— Ладно, — пожала плечами. — Мы познакомились случайно, ко мне пристали пьяные парни, а Лука меня защитил. Подвез домой, на следующий день встретил у подъезда. Ну и закрутилось… Мы быстро сошлись, через месяц я уже переехала к нему. Еще через семь он сделал мне предложение. Лука был бизнесменом, но таким… средней руки. Его брат Давид, тот добился в городе больших успехов… И конечно, помогал семье. Наверное, потому Лука и не переживал никогда о том, что не достиг высот… Недели через три после предложения, — вернулась я к повествованию, — Лука встретился с каким-то мужчиной. Оказалось, у того был компромат на одного серьезного человека. Человека, который по факту заправляет нашим городом. Жильцов Андрей Денисович его зовут… Он был в той компании в клубе вместе с Давидом и убийцей Кристины.
Андрей только кивнул, не сводя с меня глаз, я продолжила:
— Лука проявил беспечность. Он почему-то был уверен, что сумеет все провернуть сам… Выкупить компромат, воспользоваться им. Он ничего не сказал Давиду, и мне велел молчать. Несколько дней ходил нервный, раздраженный, а потом заявил, что нам надо скрыться на некоторое время. Потому что этот Жильцов пронюхал о компромате. Лука попросил Давида привезти ему кокаин, — я бросила взгляд на Андрея, он только сощурился. — Лука любил нюхать порошок, я старалась с этим бороться, но безуспешно… В общем, Лука не придумал ничего умнее, как сунуть флешку с компроматом парню-курьеру. Я не знаю, чем он думал… Он был напуган, а еще хотел вмазаться, у него была ломка… Он решил, что так будет лучше, что парень, возможно, даже не найдет эту флешку, а Лука потом выйдет на него через Давида. Я уехала за двести километров, там был чей-то дом в деревне. Лука говорил, о нем никто не знал. Он должен был приехать на следующее утро, но не приехал. Телефона у меня не было, и собиралась я наспех… Короче, рискнула и пошла искать магазин, чтобы еды купить. — Я сглотнула, прикрыв глаза, но тут же снова их открыла, потому что перед глазами стояла картинка из спальни. — В этой деревне не оказалось магазина, лавка приезжала два раза в неделю в соседнюю. Повезло, что как раз в этот день, я пошла туда. А когда вернулась через несколько часов… — Я глубоко вдохнула и выдохнула. — Лука был там. И был мертв. Его застрелили, предварительно пытали. Весь дом был перевернут вверх дном. Я дошла до ближайших соседей, вызвала полицию, потом начала звонить знакомым… Вот и все.
— А компромат?
Я покачала головой.
— Я не знаю, что с ним стало. Давид искал его и не нашел. Скорее всего, он оказался в руках Жильцова. Тот парень курьер тоже погиб.
Андрей некоторое время размышлял, глядя перед собой. Я видела: что-то ему не нравится.
— Как вас нашли? Об этом не было разговоров? — спросил в итоге. Я покачала головой.
— Я не знаю… Я не думала тогда об этом. Вообще ничего не соображала. Давид выспрашивал подробности, но мне нечего было сказать, только то, что и тебе сейчас…
Мы замолчали. Ну вот, утолил он свое любопытство касательно моего прошлого? Или еще будут вопросы?
— Ты знаешь кого-то из тех, о ком я рассказывала? — решилась спросить я. Андрей неоднозначно качнул головой.
— Постольку поскольку. Я в этом городе около полугода. Но так как у меня есть деньги, и я открыл свой бизнес, то естественно, заинтересовал разных людей. С Жильцовым лично не знаком, но наслышан. С Черепановым и Салагиадзе знаком шапочно. В любом случае, я привык знать, с кем имею дела, потому логично поинтересовался обстановкой в этом городе.
— И что скажешь? — мне, и правда, было любопытно.
— Если бои без правил действительно имеют место быть и проходят в «Кристалле», значит, это точно согласовано с Жильцовым. Черепанов без его согласия вздохнуть боится. Ведут вместе дела, если можно так сказать. Про сам бойцовский клуб в городе не слышно, значит, если он есть, то люди умеют тщательно хранить тайну.
— Тем не менее я умудрилась узнать об этом слушке.
— Он только слушок, никаких подтверждений нет. Пока. Салагиадзе и Жильцов числятся в условных противниках. Условных, потому что силы не равны. Думаю, Давид не простил того, что его брата убили по заказу Жильцова, но сделать с этим ничего не может. По факту, хоть Салагиадзе и имеет вес в этом городе, он тоже находится под колпаком у Жильцова.
— То есть ему пришлось смириться со случившимся, — кивнула я.
— Как и тебе, — заметил Андрей, я только отвела взгляд. Пришлось. Да, пришлось. Смириться или сделать вид, что смирилась.
— Три года назад история с компроматом снова всплыла, — заметил Андрей, я подняла на него удивленный взгляд. — Полагаю, на тот момент его так и не нашли.
— Но как… Ведь они убили курьера…
— Убили. И перед этим пытали. Но перестарались, и он умер до того, как флешка была найдена. Спустя два года случилась любопытная история. Салагиадзе решил попытать счастья и найти компромат с помощью девушки того курьера. Он решил, что если ее направить по следу, она, возможно, сообразит, куда ее возлюбленный спрятал компромат.
— И?..
Андрей неопределенно пожал плечами.
— Чем кончилось дело, мне лично не удалось узнать. Знаю, что Салагиадзе подстрелили тогда, и что девчонка в итоге сбежала из города. Это все.