Любовь в параллельных мирах 2 (СИ)

Дошли они и до княжеского дома. Сотник Изгин запретил Наташе выходить из дома куда-либо одной без охраны. И еду и питье начали проверять на яды.
А чума собирала свои жертвы. Вслед за Омулем умерла его семья. Вначале жена, затем дети. Через неделю в городе болело десять семей, а еще через три дня сорок. Чтобы не распространять заразу Наташа приказала сжигать дома вместе с трупами. И заполыхали по городу погребальные костры. Похоронная команда, одетая в противочумные костюмы, сшитые княжной, навевала на людей панический ужас. Поговаривали, ведьма их заколдовала и они варятся в кипятке живьем, только им ничего от этого не делается.
На заднем дворе княжеского дома постоянно полыхал костер, на котором стоял чан с кипятком. Все кто приходил с дежурства снимали сшитые Наташей верхние балахоны и бахилы, кидали их в кипящую воду, мылись почти что кипятком. И только после этого переодевшись, заходили в дом.
— Чума боится кипятка. — Говорила княгиня. — Нужно обязательно кипятить питьевую воду, посуду и верхние вещи. Мыть руки только горячей водой. Эти правила надо обязательно разъяснить людям. В нашем случае профилактика важнее.
Люди не очень понимали, зачем это нужно делать, но исполняли исправно. Ни антибиотиков, ни дезинфекционных средств в этом мире не было. Оставалось надеяться, что такие меры хоть кому-нибудь спасут жизнь.
Мила смотрела, как ее муж ест похлебку, что она ему сварила. Сегодня наконец-то ей удастся вырваться из зараженного города. Почти два месяца по ночам пока никто не видит, они с мужем тайно делали подкоп под городской стеной. Их дом был самым ближним к деревянному частоколу, поэтому труд хоть и каторжный, но усилия не пропали даром. Подземный лаз тянулся из их погреба до ближайших зарослей до стены. Днем все пространство хорошо просматривалось, а вот ночью был шанс уйти. Да и луны нынче нет. Осенью ночи темные.
— Вещи все собрала. — Спросил ее муж.
— Все, что необходимы на первое время. А там Боги дадут, наживем. Лишь бы вырваться отсюда.
Муж согласно кивнул.
— Сегодня ночью и уйдем. А сама чего не ешь? Перед дорогой подкрепиться надо.
— Не хочу. От волнения кусок в горло не лезет.
— Как знаешь. Мужчина снова принялся есть и вдруг поперхнулся. Изо рта пошла пена.
— Сука. — Прохрипел он, хватаясь за горло.
— Извини дорогой. Но в мои планы жить с тобой не входило, я княгиней быть хочу. А за подкоп спасибо.
Мужчина упал на пол, задергался в предсмертных конвульсиях. Мила спокойно дождалась пока муж не затихнет. Вылила остатки еды во двор, вымыла миску. Затем наложила себе похлебки и с аппетитом поела. Осталось только дождаться ночи. Половина ее плана было исполнено. Осталась главная часть самая трудная и важная. Она справиться, должна справиться. Ведь кто как не она Мила больше всего подходит на роль жены князя?
Наташа сидела в трапезной за столом вместе с сотником и шаманом. Мужчина из похоронной команды докладывал:
— Вот и сегодня умерших не было. А дочка Зоремира оклемалась. Все значит, померли, а она выжила. Повезло. Мы ее в новый дом отнесли, что возле главных ворот строили. Пусть пока там поживет, оклемается. За ней моя баба присмотрит.
— Уже неделю умерших нет и заболевших тоже. Может, отступила Божья кара? Как думаешь княгиня? — Задал вопрос сотник.
— Не знаю. Рано еще об этом говорить. Сорок дней подождем. Если за это время никто не заболеет и не умрет, снимем карантин. Вот тогда и вздохнем спокойно.
— Сколько у нас умерших за два месяца? — Спросил шаман докладчика.
— За все время умерло триста двадцать четыре человека.
Княжна вздохнула. Это считай треть жителей города. Много.
— А сколько болеет сейчас?
— Так пять человек лежат. Совсем плохие. Но неделю все же протянули.
— Хорошо посмотрим, что дальше будет. Всем жителям продукты развозят?
— Всем, кто голос подает, всем отдаем. Только вот в дом к Рогозе достучаться не можем. Уже третий день не открывают.
— А почему молчишь? — Рассердился сотник. — Может там уже одни трупы лежат?
  
— Так ворота заперты. Стучали, кричали, не отзываются. Это чтобы посмотреть ворота ломать надо.
— Ломайте, раз не отзываются. Только аккуратно там. Если, что восстановим за счет княжеской казны. — Отдал распоряжение сотник.
Воин из похоронной команды ушел. Новости хорошие, можно сказать даже отличные. За неделю нет ни одного нового случая заражения. Молодец княгиня вовремя всех по домам посадила. Мужчина с уважением посмотрел на молодую женщину. Вот повезло князю с женой, так уж повезло. Старая княжна Лина иномирянка и жена тоже, Посланная Богами. Тихая, спокойная, добрая. Именно такую жену хотел себе и Изгин. Вот только ему до сих пор не повезло. Любовь что-то обходила его стороной. За эти полгода, что провел под одной крышей с княжной, он успел очень хорошо изучить характер молодой княгини. Она ему нравилась, даже очень. Иногда он незаметно наблюдал за ней, пока никто не видит. Ему нравилось, как она говорит, как улыбается, ее движения его завораживали. Ловил себя на том, что думает о ней чаще, чем положено думать о чужой жене. Он ревновал! Ревновал чужую жену к ее собственному мужу! Это он осознал, когда князь прислал в подарок соболиную накидку. Видеть ее в обрамление этого меха было невыносимо. Вот и сейчас Наташа зябко куталась в драгоценный мех. Что-то она бледная в последнее время. Вон и круги черные под глазами. Не высыпается?
— Как ваше здоровье княжна? — С участием спросил Изгин Наташу. — Бледная вы что-то?
— Спасибо за заботу. Со мной все хорошо. Только что-то в последнее время уставать сильно стала, а так нормально.
— Я тебе травок дам. Попьешь, поспишь хорошенько. — Пообещал Наташе шаман.
Князь торопил коня. До города оставалось всего ничего. Не терпелось скорее покрепче прижать жену к себе, почувствовать ее родной запах. Оказывается, он скучал! Кто бы мог подумать, что стриженная под мужчину девушка сможет привязать его сердце к себе так сильно. А ведь он даже Марику не вспоминал! Как отрезало!
— Первая женщина это навсегда. Она входит в сердце и поселяется там. Потом может сколько угодно быть других, но эту ты не забудешь никогда. Я свою первую кралю до сих пор помню, хоть и прошло с тех пор много лет. — Говорил старик им пятнадцатилетним подросткам, сидя возле костра.
— А сколько тебе лет деда? — Спрашивал его Деян.
— Так уж за сто перевалило. А точно не помню. Стар я. Скоро помру.
Князь улыбнулся. С Марикой у них ничего не было, так просто обычная детская влюбленность. И хорошо, что она замуж вышла. Тогда бы он не смог быть с Наташей и досталась она бы совсем другому мужчине. От этих мыслей нахмурился. Думать об этом ему не понравилось. Он до сих пор ревновал ее к тем другим, что были у нее до него. Но он больше никогда не подаст виду, что ему это неприятно и больно. Он не хочет обижать жену. Главное, чтобы она была с ним счастлива. В мешке прицепленным к седлу лежит для нее подарок. Костяной гребень, украшенный резным орнаментом и золотая цепь с крупным камнем цвета синего неба. Ей очень пойдет это украшение.
Лошадь поднялась на пригорок. Отсюда уже хорошо просматривались стены ограды и крыши домов. Только почему-то их вроде стало меньше? Или ему показалось? Нет, наверное, показалось. Спускались осторожно. Зима была не за горами и по ночам землю хорошо подмораживало. Еще немного и лес оденется в снежные шубы. Хорошо удалось вернуться до зимы. Тропа постепенно расширялась, превращаясь в широкую наезжанную дорогу. Вот впереди последний поворот, за ним уже с полверсты и город. Можно считать, что уже дома. Настроение у всех было приподнятое. Весело перекидывались шуточками, подколками. Внезапно под ноги Черныша метнулась тень. Конь встал на дыбы, шарахнулся в сторону. Михаил был хорошим наездником удержался в седле.