Спаси меня, воин (СИ)

— Ах ты, маленькая дрянь.
Глубокий мужской рев едва не оглушил Лилис, но он, без всякого сомнения, пришелся ей по душе. Значит, она причинила незнакомцу достаточно боли, чтобы он вспомнил, что она тоже человек. Она ни мгновения не сожалела о том, что сделала и с радостью повторила бы еще раз. Но мужчина не позволил ей этого. Продолжая чертыхаться, он бросил ее на землю и тут же отошел в сторону, отворачиваясь от нее.
Отбросив в сторону боль в ушибленных грубым приземлением ягодицах, Лилис стиснула зубы и неловко села, уже привычно прижимаясь спиной к дереву. Со связанными руками и ногами это, оказалось, очень тяжело сделать, но у нее все же получилось. Громко выдохнув и не теряя таких важных мгновений, Лилис подняла руки и впилась зубами в веревки. Она должна распутать эти узлы, пока незнакомец отвлекся, рассматривая ее укус на своем плече. Судя по его ругательствам, которые тут же пронеслись по всей поляне, ей удалось порвать черную ткань его рубашки. Никаких чертовых сожалений по этому поводу у нее не было ни сейчас, ни прежде.
Лилис больше не смотрела на мужчину, а полностью сосредоточилась на руках. Как бы она не старалась, ей никак не удавалось распутать хитро связанный узел. Все чего она добилась так это неприятный привкус на зубах и саднящие уголки губ, пораненные грубым переплетением веревки. При каждом движение узел еще сильнее затягивался и теперь до крови царапал нежную кожу на запястьях. От ощущения собственного бессилия, Лилис застонала. Кажется ей не выбраться.
Мужчина развернулся и, Лилис мгновенно опустила руки. Только сделала она это слишком поздно. Он уже заметил, над чем она так упорно трудилась все то время, пока он ругался. Жестокость отразилась на его лице. Уже предчувствуя, чем это может для нее обернуться, Лилис перекатилась на колени и поползла в сторону леса. Она не знала, зачем делала это, ведь разумом понимала, насколько глупо это выглядело со стороны. Ей никогда не сбежать от мужчины, который возвышался над ней, используя свои ноги.
И, как она и думала, всего через мгновение, ворот платья натянулся на ее горле в удушающем захвате. Задыхаясь, Лилис обернулась. Небрежно сложив руки на груди и хмурясь, мужчина наступил всей подошвой своего сапога на юбку ее платья. Теперь при каждой попытке дернуться вперед оно натягивалось на шее, подобно удавке.
— Куда же ты собралась? — сухо поинтересовался мужчина, усиливая нажим на юбку, — Кажется, мы еще не закончили. И не закончим, пока я не прикажу.
Лилис быстро заморгала, надеясь хотя бы так избавиться от слез. Пока это еще помогало. Но она сомневалась, что и дальше сможет легко справиться со слезами.
— Чего вы хотите от меня? — хрипло выдавила она, чувствуя, что еще немного и просто задохнется. У нее было два пути: лечь на землю и расслабиться, позволяя натяжению уменьшиться или продолжать тянуть, пока воздуха совсем не останется. Инстинктивно, тело Лилис приняло свое собственное решение. Откашливаясь и хрипя, она упала на землю. Дышать стало гораздо легче. Но вместе с этим пришло осознание собственной никчемности. Теперь этот подлец подумает, что она сдалась. Судя по тому, с каким превосходством он ухмыльнулся глядя на нее, так оно и вышло.
— Если ты сказала правду о том, к какому клану принадлежишь, то у тебя есть то, что мне нужно, — спокойно сказал мужчина, складывая руки на груди и постукивая мыском сапога по ее юбке. Это движение на мгновение загипнотизировало Лилис, но так же быстро она пришла в себя. Кто же этот мужчина, который так неожиданно появился в ее жизни? Да, недаром все в клане говорили, что лес опасен как ночью, так и днем. Никогда не знаешь, кого встретишь здесь. Лилис вздрогнула от этой мысли. Она была готова столкнуться с волками, с ущельем и даже с Гордоном, но только не с этим незнакомцем. Он казался хуже всего остального.
— Ты готова выслушать меня? — голос мужчины не поднялся выше спокойного тона, но все же Лилис сумела уловить ту твердость, с которой он требовал от нее подчинения. Хотела она того или нет.
 
— Да, — тяжело сглотнув, прошептала Лилис. Разве может случиться что-то хуже, чем быть в лесу наедине с безумным незнакомцем, который играл с ней словно с собственной добычей, — но, сначала, скажите, как вас зовут?
Мужчина улыбнулся, но лишь краем губ.
— Ты можешь называть меня Маркас, — милостиво ответил он.
Лилис облегченно выдохнула и провела пальцами по лицу. Маркас. Нет, после этого он не перестал быть ужасным незнакомцем, но все же знание, что и у него есть имя, действовало немного успокаивающе.
— А теперь, девчонка, Лилис ты или нет, — усмехнулся Маркас, — ты проводишь меня в свой клан. Я хочу поговорить с твоим вождем.
Лилис испуганно ахнула не в силах сдержаться, хоть и понимала, что поступает безрассудно. Разве она не знала, как опасно показывать людям свои истинные чувства? Конечно, знала. Но сейчас остаться полностью бесчувственной оказалось выше ее сил. Маркас сам того не осознавая вернет ее в клан Дафф. Пусть по его словам ей следовало лишь проводить его, Лилис прекрасно осознавала, что на этом все не закончится. Она не сможет довести его до клана и сбежать.
Нет. Слишком глупо надеяться на это. Как только она появится рядом с Гордоном, он уже не отпустит ее. Может, он уже идет по ее следу, но совсем скоро она упростит ему эту работу. Сама вернется к нему. Сама разрушит свою жизнь.
Что же делать? Лилис не знала, отразился ли этот вопрос на ее лице, когда она посмотрела на Маркаса. Он все еще нависал над ней, так и не убрав ногу с ее юбки. Он не прикоснулся к ней, но все видом показывал, что отпускать не собирается. Лилис заерзала, чувствуя, как сухие ветки и листья неприятно впиваются в бедро, проникая даже через довольно плотную ткань юбки. Только вот ее неудобства совершенно не волновали Маркаса. Он не отступит. Ни сейчас, ни когда-либо в будущем. Трудно было не различить твердую решимость в его черных глазах. Кажется, он даже сомневался, что она станет протестовать. После всего, что произошло за короткое время их знакомства, для него она была лишь напуганной девушкой.
Лилис стиснула зубы и попыталась сесть, чтобы обрести хоть немного достоинства. Но чувствуя ее движения, Маркас лишь усилил нажим на ее юбку. Он не хотел, чтобы она садилась. Он намеревался подчинить ее, использую свою силу и ее страх. Да, она действительно боялась его и ничего не могла с этим поделать. Лилис зажмурилась, пытаясь хоть немного привести свои чувства в порядок. Только вот она сомневалась, что у нее получится.
Поэтому она посмотрела на Маркаса, больше не мучая саму себя.
— Зачем? — резко выдохнула она, хмурясь так сильно, что заболел ушибленный затылок, — вы знакомы с Гордоном? Зачем вам встречаться с ним? Гордон не любит чужаков и не станет разговаривать с вами. Я не смогу вам помочь.
— Сможешь, будь уверена, — спокойно сказал Маркас, не задерживаясь с ответом, — Я просто верну тебя туда, откуда ты сбежала. Это ведь слишком очевидно, девчонка. Вот почему ты не хочешь возвращаться. Я знаю, как трепетно относится ваш вождь к своим целительницам.
Маркас видел, что девушка испугалась. Страх, промелькнувший в ее голубых глазах, оказался куда сильнее, чем в тот момент, когда он удерживал ее над пропастью, угрожая и запугивая. Да, тогда она, несомненно, испугалась. Но то, что происходило с ней сейчас мало походило на простой испуг. Ее губы задрожали, а по телу проскользнула крупная дрожь.
— Нет! — громко выдохнула Лилис, не понимая, что своим отказам лишь подогревает любопытство Маркаса. — я не могу вернуться туда.
— Но ты сделаешь это, — спокойно сказал Маркас, — потому что я так хочу.
Лилис обессиленно упала на землю, глубоко вздыхая. Ей никогда не одержать победу в этой битве.
— Вы ничего не понимаете, — взволнованно пробормотала она, обращаясь взглядом куда-то в небо, — Ничего не понимаете.
Маркас опустился на корточки, скользя взглядом по разметавшимся по листьям и траве светлым длинным прядям. Несомненно, у девчонки есть свои тайны, только вот его они мало волновали. Лилис нужна ему. По собственному желанию или нет, но вчера ночью она встала у него на пути. Маркас усмехнулся. Кто бы мог подумать, что шанс пробраться в клан Дафф сам упадет ему в руки. Что ж, он воспользуется им. Он вернет беглянку и узнает, что происходит в клане. Если Гордон Дафф хоть как-то причастен к гибели его людей, но сам убьет его. Своими руками.