Сердце Льда для королевы (СИ)
- Я привыкну, - вздохнула, отводя глаза. Последний раз посмотрела в зеркало, встретившись с собственным зеленоглазым взглядом. Отметила, что снова мои яркие радужки будут слишком выделяться на фоне других жителей снежного края. Исвард взял мою руку и сжал:
- Я буду рядом, ничего не бойся.
***
Подземный город был… необычным. Шагая по туннелю, который тут именовали «улицей», я рассматривала небольшие пещерки, что выполняли роль продуктовых лавок, была и отдельная пещера-таверна, а входы в дома помечались специальным символом, который я бы с первого взгляда не различила. Многое в подземных городах выдавало то, что кроме гараев тут никого не бывает.
Помню, когда мы начинали вести деловые переговоры с садимами и даманами, я настояла на улучшении карты и опознавательных знаков в Алканоре, чтобы гостям города, которые не являются ларки, было легче ориентироваться.
- Сколько лет Шархам был закрыт? - спросила я у Исварда, рассматривая кристаллы, которые здесь повсеместно использовали в освещении. Мне стоило еще узнать о них, и о том металле.
- Полная изоляция длилась восемьдесят шесть лет, - ответил принц. - Решение ее отменить начал продвигать еще мой отец, но старейшин убедить было не так просто. Даже сейчас многие против того, чтобы пускать представителей других рас в Шархам.
Я нахмурилась и стала фокусировать взгляд не на диковинной архитектуре города, а на его жителях, и действительно поняла, что многие из них смотрят на меня не совсем дружелюбно, некоторые презрительно отворачиваются, а кто-то тихо бормочет что-то явно не лестное в след.
- Не обращай внимание, - Исвард увлек меня за собой дальше по подземным лабиринтам. - Решение о необходимости заключения договора с другими расами приняли за год до смерти Освальда.
- За год? - переспросила, подняв удивлённый взгляд. - Но ведь делегация в Карои и изучение языка ларки… Вы должны были начать готовиться раньше.
- Мы и начали, - утвердительно кивнул мужчина. - Те, кто поддерживал короля Освальда в идее открытия границ, начали учить язык, выбирались за границу снежного края, рискуя оказаться вне закона, и делегация отправилась в Карои в тайне от старейшин. Затем они, конечно, узнали, но наше поражение использовали, как возможность продлить действие закона об изоляции.
- Восемьдесят шесть, - задумчиво прошептала я. - Это очень долго. Скажи, каким образом сейчас распределены голоса в совете?
- Поровну, - вздохнул Исвард. - Скорее всего дальнейшую судьбу Шархама определит новый король. Именно его слово станет решающим.
- А какие взгляды у твоих братьев?
На этом вопросе собеседник замялся. Сбавил ход, опустил голову вниз, но все же стал тихо перечислять:
- Двое принцев - Регин и Петтер - точно придерживаются традиционных ценностей Шархама, старых писаний о Первом Барсе, в которых говорится, что снег создал лишь для гараев и грех пускать топтать его другие расы. Трое, включая меня, Бранда и Гутфрида понимают важность перемен и то, что перед нами откроются перспективы улучшить жизнь в снежном крае. Один из моих братьев - Альрик - для меня самого загадка.
Кивнув, постаралась запомнить новую полученную информацию.
Мы вошли в одну из пещерок, которая оказалась аккуратной и уютной таверной. Присели за стол, Исвард заказал местной еды, думая, что я его не пойму. Но образ овощей и диковинной мелкой птички мелькнул у меня в голове.
Затем я действительно спросила о кристаллах. Оказалось, что в Шархаме добывают много интересных ископаемых, среди них подобные кристаллы, которые излучают свет. Достаточно оставить их под солнцем на весь световой день, и неделю они могут светить сами. Затем спросила о черном металле. Он также добывался в снежном крае, оказался невероятно прочным, но простым в использовании и что крайне важно - не ржавел.
После этого я удивила шестого принца своей новой просьбой: говорить со мной на гарском. Вначале общение получалось непривычным и сложным, но постепенно Исвард приноровился, выговаривал слова четко и разборчиво, пояснял, если я не могла уловить смысл силой. В конце он даже умудрился пересказать мне на гарском одну из самых известных легенд Шархама. Она гласила, что когда-то невиновную деву обвинили в совершении преступления, к которому она не была причастна вовсе, хотели казнить, но в зале суда перед ней явился дух Первого Барса, одним своим видом снимая все подозрения.
Гутфрид и остальная делегация появились в городе к ночи. Провести последнюю пришлось здесь же. Постоялого двора в городе не было, но нам выделили комнатки. После непродолжительных расспросов о том, что со мной произошло, где я была и как выбралась, засобирались спать.
- Девочки с девочками, - заявила Грета, подхватывая меня под локоть и утаскивая из рук Исварда в одну из комнат. Я уже примерно представляла как вести себя с этой сирой, потому лишь улыбнулась принцу и направилась следом за его невесткой.
Впрочем, этой ночью ничего затевать Грета не собиралась. Она сама слишком устала, ведь делегации пришлось гнать коней, чтобы успеть до наступления темноты в город.
С утра собрались в дальнейший путь. Исвард хотел оставить Бриара в этом городе, а лучше отправить его в долины, но я смогла упросить мужчину оставить жеребца мне и взять с собой в столицу.
Но все же не тренированный конь по снегу не пройдёт, и для меня нашли сани с упряжкой аулли. Исвард хотел присоединиться ко мне, но Грета цокнула языком и изрекла:
- Куда ты спешишь, Ис? Вы ведь еще не женаты официально. Не стоит так пренебрежительно относиться к репутации своей избранницы.
- Она моя айристи, Грета, - с угрозой в голосе обратился принц к невестке. Лорды и воины сделали вид, что заинтересованы проверкой снаряжения лошадей, лишь Гутфрид насмешливо наблюдал за перепалкой родственников.
- Но она не гарайя, - уже не так уверенно произнесла девушка. - Не все жители Шархама готовы спокойно принять подобное, потому стоит ознакомить их с этой новостью более… тактично.
- Не уверен, что ты много знаешь о тактичности, - хмуро начал Исвард, но я уверенно положила ему руку на локоть, успокаивающе улыбнувшись:
- Думаю, Грета в чем-то права. Я поеду в санях одна, не беспокойся обо мне.
Принц смерил меня взглядом, но все же кивнул и помог занять свое место.
- Если что - зови, - шепнул он на ухо. - Я везде услышу.
28
Столица Шархама - Офрай - расположилась на склоне горы. Она практически терялась в белом пейзаже вечных снегов, и непривычному глазу едва удалось рассмотреть нагромождение иглу и снежные дорожки.
Привыкшая к городам ларки я ожидала от столицы совершенно иного: неприступной крепости или разросшегося шумного города, но Шархам вновь удивил. Столица оказалась горой. На приличном расстоянии друг от друга стояли практически одинаковые домики.
Тут же я впервые увидела ханки. Я даже приподнялась в санях, уцепившись заинтересованным взглядом за зверя, покорно следующего за своим поводырем. При первом взгляде на животное мне вспомнился огромный медведь, который часто зимними вечерами забредал в наше поселение на Вольном Хребте, но шерсть ханки была длиннее, снежно-белого цвета, а лапы очень короткими, отчего зверь шел переваливаясь из стороны в сторону. Словно почувствовав, что за ним наблюдают, ханки обернулся и безошибочно нашел мой взгляд. Морда его действительно напоминала гигантского крота, только глаза были медвежьими насыщенного темно-красного цвета.
Миновав ханки и застывших жителей, что удивленно разглядывали меня и негромко переговаривались на гарском, сани поехали дальше. Теперь по протоптанным дорогам с обеих сторон которых, имитируя заборы, лежало по полметра снега, аулли шли быстрее и легче, оглашая округу радостным лаем. Иногда с разных сторон им отвечали другие собаки.
Слыша новоприбывших, гараи выскакивали из иглу и заинтересованно выглядывали из-за снежных преград. Немногочисленные дети подбегали ближе к дороге. Лорды на них практически не обращали внимания, а Грета мило улыбалась и махала рукой, приветствуя подданных. Но вот взгляды жителей лишь скользили по ней и устремлялись к чужакам.