НекроХаник (СИ)
Закончив со всеми срочными делами, Сергий понял, что не будет ночевать в бывших ведьминых владениях. Не хочет. И пусть вряд ли кто-то или что-то можем ему навредить, но остатки ауры убитой Марты заставляли поеживаться и гнали прочь. Ну и ладно. Теперь лишь в дорогу собраться до староверов, одежду какую-нибудь поприличнее найти и еще раз перекусить, чтобы силы восстановить. Попутно наиболее неприятные раны подзаживут. Благо, память и навыки вернулись, а уж лечить себя Зевеке умел великолепно. Пришлось научиться, с его-то беспокойной профессией.
***
Хутор Сергий сжег. Правда, перед этим вскрыл и проверил захоронку ведьмы. Там было целый сундучок с золотыми монетами, украшениями и пачкой бумажных банкнот. Но от этого богатства пахнуло такой болью и ненавистью, что некромант захлопнул крышку и утопил сокровища в ближайшем омуте, от греха подальше. Сам бы если на крови заработанным начал пользоваться, наверняка бы заболел. А если с кем расплатиться, так новый хозяин наличных отправился бы предкам буквально за пару недель. Так что сгинула ведьма — и вся дрянь вместе с ней.
На кухне нашелся небольшой кошелек, где оказалась почти сотня мелочью. Эти деньги явно Марта использовала для расчетов с соседями. Вот на этом никакой дряни не было. И одежда в шкафу мужская была чистой, без меток и каких-либо наговоров. Может, кто из клиентов оставил, потому что вряд ли женщина носила рубаху-косоворотку и щегольские брюки со стрелками. Там же найденные сапоги были чуть великоваты, но Сергий их одевать не стал. Связал за ушки веревочкой и перебросил через плечо. Ноги еще не до конца зажили, поэтому успеется еще помучаться с обувкой. Сейчас же и босиком неплохо.
После того, как дом и все постройки были проверены, некромант разложил везде сено, подпалил кучи с нескольких сторон и пошел обратно по той же тропке, по которой провожала Варвара. Было это четыре дня тому назад, а будто год прошел, если не больше.
На плече дремал Федя. После сытного обеда ворон поглядывал, чем занимается хозяин, практически не транслируя визуальные образы. Научился бестолочь связь поддерживать — и ладно. Если потребуется, сможет просьбу сформулировать. А сейчас — пусть своими делами занимается. Но когда Сергий подготовил все для погребального костра, Федор взмахнул крыльями и пристроился на новом месте, цепко держась когтями. Судя по всему, мертвая птица явно собиралась поднабраться сил и потом мотаться по своим делам. Получив в процессе возрождения изрядную самостоятельность, чудо в перьях хотело посмотреть мир и поразвлекаться в меру собственного понимания. Но сначала стоило убедиться, что двуногое недоразумение дойдет хотя бы до староверов без проблем. А то с ведьмой учудил, чуть дуба не дал.
В отличие от дохлого ворона, его хозяин чувствовал себя паршиво. И дело было не в физическом состоянии. Ну, прожевали и выплюнули, через неделю-другую можно оклематься. Хуже, что прошел по самому краешку и никаких личных заслуг в спасении нет. Исключительно дурное везение и чужие закладки, которые в нужный момент сыграли. Прочитанные книги не особо помогли. Большая часть грызни с ведьмой — сплошная импровизация. И если так и дальше пойдет, то новоявленный некромант бодро и в кратчайшие сроки отправится окончательно в ад. И это было обидно. Когда планка самомнения заслуженно падает ниже плинтуса, оно всегда неприятно. И придется немало постараться, чтобы вернуть уверенность в обретенных силах. Зевеке худо-бедно что-то смог Тьме противопоставить лишь после того, как разменял полтинник. И пока совершенно непонятно, как процесс ускорить…
Староверы уже ждали чужака. О том, что скоро пожалует гость, известил черный дымный столб, взметнувшийся на бывшими владениями ведьмы. А когда Пахом Никифорович увидел парня, то у него был лишь один вопрос:
— Что, пообщался с Мартой?
— Пообщался. Все долги взыскал, больше никого не потревожит. Тебя же лишь прошу за Варварой присмотреть. Ведунья будет сильная. Надо, чтобы по легкой темной дорожке не пошла.
Помявшись, старик пробурчал:
— Осенью в город поедет. Наш приходской батюшка уже и направление ей выправил. Соседка пыталась смущать, сулила всякое, да внучка отказалась. Так что не волнуйся, все хорошо будет.
— И слава богу, что так. Я вряд ли тут появляться буду, на болотах больше Тьмы не осталось. Пусть так и будет.
— Будет, да… Но, как понимаю, ты не особо веселился… В зеркало-то себя хоть видел?
Погладив нахохлившегося ворона, Сергий удивленно хмыкнул:
— Знаешь, как-то недосуг было. Что, совсем плох?
— Ну, иногда в гроб краше кладут. Да пойдем в избу, я там жене на годовщину зеркало купил, глянешь… Заодно и передохнешь. Чего на ночь глядя по болотам шастать?
Поглядев на отражение, молодой некромант криво усмехнулся и пригладил слабо отросшие волосы. Конечно, он не изменился полностью. Вот только круги под глазами, осунувшееся лицо. Куча мелких отметин, будто раскаленной спицей часто-часто щеки и лоб прижгли. А еще он был полностью сед. Абсолютно…
Нелегко инициация прошла. Зато живой. Местами. А внутри — так до сих пор кусок чужого мертвого мира заледеневшим клубком. И ты способен выдернуть из него тонкую чернильную нить и вонзить во врага, если понадобится. То, что было неоднократно прочитано в дневниках Германа, но не давалось раньше в руки: «протяни суть свою, выпуская в свободный поиск, и впитай дыхание мира, дабы ощутить его запах». Теперь и суть доступна, и все побочные эффекты в придачу. Оплачено, получите и распишитесь.
***
По широким сходням внутрь пузатого транспорта медленно текла бурая человеческая река. Сотня за сотней пехота грузилась в пришвартованные корабли. С грузами уже закончили, теперь настала пора пушечного мяса.
— Господин гауптман! Наша очередь через полчаса! Рядовым выдан двойной провиант и у регистер-интенданта запас шнапса во флягах!
— Хорошо, Дирк. Когда подойдете, я встану во главе роты.
Развернув газету, высокий худой мужчина снова начал просматривать броские заголовки. Август фон Шольц, командир штурмовой роты первого батальона второго пехотного полка девятой пехотной бригады города Нюнберга. Или, если кратко: единственная управа на баварских головорезов. Других в штурмовики и не брали. Лет сорок тому назад в такие подразделения обычно сбрасывали разные отбросы, которым оставалось или покрыть себя славой в безумных атаках, или сгинуть на военной каторге. Но потом отец действующего императора взял за глотку Генштаб и заставил переформировать штурмовые роты. Народ остался тот же, а в подготовке произошли серьезные изменения. Солдат учили брать приступом укрепленные пулеметные точки, зачищать траншеи, пробивать проходы для основной массы войск. Обкатку новая тактика прошла во время резни в Румынии, где мертвяки рвали на куски любого, кто зазевается. Следом пролился водопад наград и быстрое продвижение выживших в боях офицеров. Теперь на подобную должность по блату было не попасть. Требовалось сдать серьезные экзамены и иметь опыт саперной и углубленной тактической подготовки.
Но наследник старого военного рода Шольцов полностью соответствовал требованиям. Спасибо деду и отцу, взявших в свои руки воспитание юноши с ранних лет. Зато теперь бритый налысо гауптман был одним из самых молодых офицеров бригады, но уже с железным крестом первого класса. За спиной шептались, что уже готовы документы рыцарский крест, но эту награду придержали, чтобы не порождать лишних слухов про кумовство. И без того — в двадцать шесть занимать столь высокую должность и считаться одним из лучших офицеров полка!
Сам Август на возможных злопыхателей не обращал никакого внимания. Перед ним стояла четко сформулированная задача: проявить себя как можно лучше в предстоящей кампании, чтобы отцу разрешили получить обширные земли под будущий замок и форпост для защиты переселенцев от разной швали. Тем более, что треть рядового состава в роте по возрасту уже как раз через год могут подать прошение об увольнении в запас и почти все готовы пойти под руку фон Шольцев.