Деньги пахнут кровью (СИ)

— Хорошо, спасибо, — я отхожу к рингу. Кладу перчатки на настил за канатами, находящийся на уровне пояса, рву полиэтилен на рулончиках, быстро бинтую руки. Прыгаю, машу руками, делаю наклоны, пока тренер держит на лапах одного из подростков.
Надеваю перчатки, дожидаюсь, пока Василий Петрович отпустит парня, и подхожу к нему.
— Я готов.
— Отлично, — тренер резко вздергивает лапу вверх. — Бьешь левым прямым.
— Хорошо, — поднимаю кулаки, прыгаю на носочках. Резкий выпад прямым левой.
Бум. Лапа отходит в сторону от удара. Василий Петрович смещается и опять вскидывает руку.
Бум. Пробиваю в цель, и тут неожиданно получаю второй лапой по лицу.
— О защите не забывай. Руки держи у лица, — напоминает тренер.
После нескольких джебов, он удовлетворенно кивает. — А теперь двоечку, раз-два.
Делаю подшаг вперед, бью левой легко и вкладываю всю мощь в правый сокрушительный удар, доворачивая корпус. Бах. Лапа подпрыгивает и отлетает в сторону.
— Хорошо, — довольно кивает Василий Петрович. — Ещё раз.
Затем по его команде луплю комбинации с боковыми, апперкотами, сдвоенными ударами после уклонов, крюк на скачке.
Тело обливается потом, дыхание учащается.
— Так, стоп, — машет лапой тренер, — Хватит на сегодня. Что могу сказать? Навыки у тебя есть. Видно, что когда-то занимался. Но дыхалка ни к черту. С координацией и скоростью тоже надо поработать. Отдохни немного, отдышись, а потом иди на мешке поработай. Сильно не увлекайся, если чувствуешь, что задыхаешься, сделай перерыв на пару минут. Работай в среднем темпе. Хорошо? После тренировки поговорим.
Киваю. Василий Петрович отходит заниматься с молодыми, а я пытаюсь продышаться. Минуты через три мне это удается. Отхожу к свободному мешку и начинаю отрабатывать комбинации. Джеб, правый прямой, двойка и левый боковой. Обрабатываю грушу, работая маятником, подскок, комбинация, отскок. Меняю угол и этажи атаки, делаю сайд степы и циркули, стараясь сместиться влево или вправо от воображаемого противника.
Успеваю отработать на груше три раунда. И тут, сюрпрайз! В зале появляется уже знакомый широкоплечий Андрей, проверивший вчера кулаком мою печень и укативший вдаль на сиреневой «шестерке».
Мысленно матерюсь. Это можно было предвидеть. Простая логика. Парень — боксер. Проживает недалеко от меня, судя по всему. И где он может тренироваться? С большой долей вероятности в ближайшей секции. Получается, сам себя загнал в ловушку. И предстоит очередное выяснение отношений. Или я в людях совсем не разбираюсь. Получил ещё одно приключение на свою голову. Не, я не против дать ему по голове. Но физически к этому абсолютно не готов.
Брюнет видит меня и расплывается в торжествующей улыбке. Потом отворачивается и, как ни в чем не бывало продолжает разговор с парнягой в синей футболке.
А меня тем временем подзывает тренер.
— Как тебя зовут?
— Михаил.
— Хорошо, Михаил. Ты можешь заниматься у нас в зале. Но сначала принесешь справку от врача, разрешающую тебе заниматься боксом. И ещё вот что. Сам понимаешь, ты парень взрослый, тренируешься для себя. Я много времени уделять тебе не могу, мне ребят надо на городские и областные соревнования готовить, перспективными спортсменами заниматься. Разумеется, буду подходить, подсказывать. Пару раз лапы подержу, но это будет не часто, сразу предупреждаю. Приходи сюда в любое время, стой в парах, колоти мешки, можешь с кем-то из старших поспарринговать, как в форму придешь. Подойдет тебе такой вариант?
— Конечно, подойдет. Спасибо вам большое Василий Петрович.
— Да не за что, — машет рукой тренер, — Иди переодеваться. На сегодня достаточно. И пробежками займись обязательно. Километров трех хватит для начала. Дыхалка у тебя ни к черту.
— С завтрашнего дня буду бегать, — обещаю тренеру, жму ему руку и шагаю в раздевалку. В любой момент ожидаю появления брюнета и продолжения разборки. Но в коридоре и раздевалке никого не было. Спокойно принял душ, находящийся в соседней комнате, переоделся и направился домой. Желудок свирепо урчал, требуя пищи, и я ускорил шаг, думая о предстоящей трапезе.
 
Занятый своими мыслями я не заметил фигуру слева, сидевшую на бетонном заборе, недалеко от входа в ДЮСШ. Заметил идущего за мною брюнета, только когда вышел на улицу. Решил не затягивать, свернул в безлюдную арку, ведущую в двор-тупичок, зачерпнул горку пыли в ладонь, и остановился, поджидая противника.
Через минуту в ней появился Андрей. В первое мгновение он растерялся, увидев, что я спокойно жду его. Потом прежняя, нагловатая ухмылка снова вернулась на лицо боксера.
— Что тебе надо? — лениво спрашиваю брюнета, — Чего ты успокоиться всё не можешь?
  
Глава 7
 
— Чего мне надо? — ухмыляется Андрей. — Во-первых, чтобы я тебя в нашем зале больше не видел. Нам шалупонь блатная не нужна. Во-вторых, к Еве, и близко не подходи. Всё понял? Если согласен, уйдешь отсюда целым и здоровым. Может я, максимум, тебе подсрачник отпущу. Люблю унижать вонючих гопников, ничего не поделаешь. Такой у меня характер.
— Да причем здесь характер? — удивляюсь я. — Просто ты полностью состоишь из одной известной коричневой субстанции, плавающей в канализации. Которая в воде не тонет.
— Мало вчера получил? — ухмылка пропадает с лица брюнета, в глазах сверкает ярость. — Добавки просишь? Это я мигом.
Резко швыряю в противника горсть пыли с мелкими камушками. Андрей инстинктивно прикрывает лицо и пропускает мощный удар между ног.
— Аааа, — стонет он, сползая по стене дома, Парень раскачивается как маятник, держась руками за мужские причиндалы.
— Вот тебе и ааа, — вздыхаю я, — теперь можешь солировать в церковном хоре мальчиков-кастратов в Ватикане. Думаю, твой тонкий фальцет будет иметь успех у престарелых извращенцев в рясах. А ведь достаточно было сказать, дядя прости засранца, и конфликт исчерпан.
Незаметно готовлюсь к следующей атаке противника. Моя рука ныряет в карман, и тихонько вытаскивает связку ключей. Один из них устраивается между средним и безымянным пальцем. Я не садист, и удовлетворения от избиения брюнета не получаю. Но проблему надо решать кардинально здесь и сейчас. Иначе эти разборки будут тянуться бесконечно, как сериал «Санта-Барбара».
Имеются два варианта. Первый, принять слова брюнета к сведению, уйти из зала и обходить Еву десятой дорогой. Но я так не могу. Никогда и не перед кем не прогибался. Договаривался, шел на компромиссы — было. Но унижаться, плясать под чужую дудку, лебезить и заниматься подхалимажем никогда не мог. За что и пострадал в прошлой жизни. И сейчас от этого правила отступать не намерен.
Второй вариант — поломать морально брюнета. Или внушить ему мысль, что связываться со мною, себе дороже. Не факт, что я смогу удержать его от дальнейших разборок в будущем. Но, как минимум, на какое-то время он должен притихнуть.
Андрюша продолжает постанывать, сидя на корточках. Затем начинает медленно подниматься, помогая себе опершейся на стену рукой. Чуть отворачиваюсь от него, изображая беспечность. Но краем глаза ловлю быстрый, горящий злобой взгляд, жаждущий реванша. Потом боксер снова опускает лицо, и, кряхтя, продолжает подниматься.
Пальцы крепче сжимают ключ, готовясь к атаке. И когда Андрей неожиданно отталкивается от стены и пытается достать меня убойным крюком, я ухожу нырком, засаживая ключ ему в бок. Не со всей силы, чтобы не переусердствовать, но достаточно ощутимо.
Парень всхлипывает, согнувшись в позе эмбриона. Порванная на боку футболка намокает кровью.
 
— Слушай, может, хватит экспериментов? — наклоняюсь над ним. — Я тебя не трогал. Ты сам ко мне доколупался. Один раз у тебя получилось. Больше не выйдет. У меня ещё много разных хитростей на такие случаи припасено. Но я, по большому счету, против тебя ничего не имею. Просто защищаюсь, не позволяя себя калечить.
— Гад, ты, нечестно дерешься, — шипит Андрей, зажимая ладонью рану на боку, с ненавистью смотря на меня.