Развод. Научусь жить без тебя (СИ)

— Я помню, куда идти, — кивнул нотариус, пожимая руку Киру в ответ. А затем он обратился ко мне: — Всего доброго вам, Мелания Анатольевна, и — счастливого пути! Если возникнут вопросы — звоните. Всё уладим.
— Конечно. Спасибо, — кивнула я, вставая тоже на ноги, чтобы проводить юриста. 
Нотариус ушёл, а Кирилл повернулся ко мне.
— Ну вот и всё? — спросил он.
— Да, — развела я руками. — Теперь ты тут главный. Но я на связи…. По возможности. 
  
— А куда ты всё-таки поехать решила? 
— Этого я тебе не скажу, — покачала я головой.
— Хмм.… Там будешь рожать? 
— Да.
— Одна?
— Да.
— Может быть, скажешь куда едешь? Мне. Тебе наверняка понадобится помощь.
— Нет, — твердо сказала я. — Я не хочу, чтобы ты знал, где я.
— Ясно, — поджал губы он. — Всё ещё любишь его? Вспоминаешь? Он же тебя предал.
— Неважно. Тебя это не касается. Со своей семьёй разберись лучше.
— Да… Ты права. Как обычно.
— Пока, Кирилл, — взяла я в руки свою сумку. — У меня скоро самолёт.
— Хорошо тебе долететь.
— Спасибо.
— Ты же будешь мне звонить?
— Да. У нас общий бизнес — куда же я денусь?
— А мне можно будет…позвонить тебе?
— По работе — конечно.
— Ну да…. По работе. Да. 
— А Руслан… Он в городе остался? 
— Не знаю, — ответил он, сделав небольшую паузу.
— Врёшь. Ты знаешь, — отметила я.
— Какая разница тебе? Может, и остался. Может, и уехал. Вы же вроде как разводитесь и видеть друг друга не желаете. 
— Да. Действительно, — подняла я брови. — Никакой… 
Кирилл просто не захотел мне говорить о Руслане. Из вредности или ревности — не знаю, но, может, он и прав — зачем мне знать куда поехал (или не поехал?) тот, кого я сама бросила и приняла заявление о разводе? Лишняя информация…. 
Мне нужно думать о покое, отдыхе и ребёнке. Иногда — о работе. Но не о предателе бывшем. Да хоть бы и он с Юленькой жить начал — мне-то что? Мне должно быть по барабану. 
— Ладно. Пока, — сказала я и вышла из кабинета.
Выдохнула.
Ну, наконец-то — всё. Действительно, всё.
Никто не побежал следом за мной, чтобы уговорить остаться. И больше сюда я не вернусь. По крайней мере — в ближайшее время.
Сейчас я поеду в квартиру, в которой мы жили с Русланом, соберу вещи и покину этот город. Возможно, навсегда. 
Я медленно пошла в сторону выхода, попутно вызывая такси.
В квартире после той сцены с племянницей я была два раза — вещи забирала, которые мне понадобились бы на съёмной квартире. 
Теперь же мне нужно взять с собой то, что я заберу в другой город. Остальное — просто выкинула ещё вчера. Квартира ведь продана будет. 
Я навела там уборку — своих вещей из квартиры.
Вещи Руслана выкинуть рука не поднялась. Я написала ему смс с незнакомого ему номера о том, что ему нужно забрать вещи из квартиры, иначе я их выкину, но пока он так и не появился. Если он так и не заберет их, я найму уборку дома, которая выкинет всё, кроме мебели. 
Теперь же я ехала в эту квартиру в последний раз….
  
50.
 
Все вещи были собраны в небольшую сумку.
То, что я заберу с собой. Остальное собрано в коробки — их выкинут.
Просто выкинут, как ненужные вещи.
Теперь — ненужные.
Как и мои воспоминания и чувства, как и весь мой брак с Русланом.
Всё это больше никому не нужно. Всё это я собрала в коробки и просто выброшу на свалку. Жаль, чувства и сердце свое так легко не выкинуть туда же.…
Я бы хотела этого — просто выбросить болеющее бывшим мужем сердце, чтобы оно больше не стучало о нём и не мучило меня. Как было бы здорово больше вообще не испытывать никогда никаких мук любви!
Жить и радоваться каждому дню. Без боли. Без слёз. Без ожидания, когда же муки кончатся…
Я бы оставила лишь один вид любви на земле — матери и ребёнка.
Я нежно погладила начавший выступать животик. 
Мой малыш ещё не родился, но я уже чувствовала ту всеобъемлющую любовь к маленькому человечку. Представляла, как он родится, я возьму его на руки, поцелую его маленькие щечки и пальчики…. 
И на этой картине в моей голове я была абсолютно счастлива в своей любви к ребёнку, моей плоти и крови, смыслу моей жизни. Там не было никого, кроме нас двоих. С нами не было папы малыша… Не было того, с кем я связывала свою жизнь раз и навсегда. 
И я не жалела об этом. Уже не жалела. 
Научилась принимать, что мы теперь больше не вместе с Русланом, назад дороги нет и придется учиться жить без него. 
Ну что ж теперь, что у меня нет мужа, мужчины, крепкого плеча, на которое можно опереться в трудную минуту? Карта так легла. Не всем везёт иметь семью, мужа.… Полноценную семью. 
Но и так люди тоже живут, и тоже находят свой кусочек счастья.
И я верила, что я тоже ещё обязательно буду счастлива.
В день, когда родится мой сын — точно буду. Лишь бы он здоровеньким ко мне пришёл, а всё остальное — просто проза жизни. 
Разберусь со всем потихоньку. 
Всему своё время.
Сейчас же мне нужно спокойно выносить и родить.
Без нервов. Скандалов. Без людей из прошлого, которое может привести к новым стрессам.
Я даже номер решила сменить, как только окажусь на новом месте.
Только Кирилл будет его знать, и Аня. 
Другим его знать не нужно, другим его никто и не даст.
А значит, никакой связи с теми, кого я из своей жизни исключила, не будет, и можно быть спокойной насчёт этого.
— Ну, вот и всё.… — выдохнула я, ещё раз окидывая взглядом квартиру, которая когда-то служила нам с Русланом счастливым семейным гнёздышком. А теперь… Ничья. И будет просто продана, а вещи наши — выброшены на свалку…. Может быть, кому-то она принесёт счастья больше, чем нам. — Пора. 
Смахнула с ресниц непрошенные слёзы. Как ни крути, а жаль, что всё так вышло. И очень трудно покидать свой дом навсегда… Какая-то невыносимая тоска разрывала мою душу, но я делала то, что должна была — взяла чемодан, выкатила его в коридоре, обулась, оделась, и, ещё раз кинув прощальный взгляд на дом, который больше не мой, вышла за дверь. 
В последний раз закрыла её на ключ, который бросила в почтовый ящик.
Такси уже ожидало меня у подъезда.
Загрузила чемодан в багажник, села в салон и отправилась туда, где железная огромная птица унесет меня в другое место. Туда, где я буду счастлива… Надеюсь, что буду.
В аэропорту у моего терминала меня ожидала Аня.
Я не просила её провожать, но она сама решила это сделать. 
Она грустно и понимающе улыбалась мне перед стойкой проверки документов.
Через каких-то несколько минут и несколько шагов я окажусь в самолёте и улечу отсюда за тысячи километров.
— Привет, — улыбнулась я в ответ подруге. Мне было приятно, что она меня, получается, всё-таки простила или поняла, несмотря на то, что из-за всего произошедшего в их с Кириллом семье тоже произошел раскол. Аня — мудрая девочка, она не винила меня в этом всём. Если их брак всегда был некрепким, то я тут виновата лишь косвенно, глупо меня делать козлом отпущения. — Я рада, что ты пришла меня проводить.
— Я буду скучать по тебе… — тихо сказала она, тайком утирая слезу.
Нам было трудно проститься. Столько всего произошло, но связь между нами, та теплота, что была всегда, никуда не делась. И мне тоже будет её очень не хватать. Но я не изменю решения уехать. Даст бог — мы ещё с Анютой свидимся. 
— Я тоже. Я тоже.… — обняла я подругу. — Ты не представляешь, что для меня значит, что ты.… Пришла. И… простила меня. 
— Я знаю, что ты тут…. Не причём.
— Правда?
— Конечно. Иначе меня тут не было бы. 
Какое-то время мы помолчали. Мне пора было проходить дальше, но мы всё никак не могли разойтись в разные стороны. Никак не выходило заставить себя пройти линию контроля и уйти туда, где меня никто из провожающих уже не увидит.
  
— Зря его выискиваешь, — неожиданно сказала Аня, и мы с ней встретились глазами. — Он не придёт.