Иной (СИ)

— Кристальные лилии растут редко и очень далеко друг от друга. Даже нельзя сказать, есть ли на Раккалоне несколько цветков, — заявил Обель с поддержкой своей кузины.
— И как нам найти вход в пещеры? Не похоже, что это будет просто, — нахмурился Ганс. — Да и если кто-то потеряется…
Какая неуверенность. А час назад все были такими счастливыми и беззаботными? И чего вообще беспокоиться? Цветок, вода и жук — тоже мне, задание.
— Тогда мы разделимся! — предложил Варис, всё ещё верный своему вечному настроению.
Итак, теперь из одной группы неорганизованных подростков появилось три. Первая — те, кто останутся в лагере, потому что кто-то да додумается помешать студентам другой академии. Честно говоря, не могу понять, почему никто так и не подумал о том, чтобы их опередить.
… серьёзно, нам-то что мешает разгромить чужой лагерь и забрать чужие предметы? Честность? Да не смешите мои тапки.
Итак, пока Хезер, Уайт и Эрика (ну, поглядите, какая из них команда защитников?) остаются в лагере и постараются собрать что-нибудь съестное, потому что мы тут на легке, я отправлюсь бродить по лесу с поисках цветка.
Итак, настал следующий день, а компания у меня всё ещё занятная. Ладно, Тайла — нормальный человек, хотя, передвигаться быстро с ней не получится. Её отделили от Обеля, потому что они — единственные зубрилы, которые могут знать, что нам нужно.
Удивительно, даже Мари понятия не имеет, как выглядит эта кристальная лилия.
Затем Ганс. Ещё одно роковое расставание. Иногда кажется, будто они с Уайтом срослись, но тащить последнего в лес… Ну нет. Заморозка это здорово, но не вдалеке от воды.
Или..? Кто знает, может, это часть магии воды.
И последний. Жозеф. Свезло так свезло, спасибо огромное. Всё благодаря Мари. Она решила, что люди, владеющие физической магией — ну, те, кто может реально защитить других в случае чего, — не могут быть в одной группе. И вот, волею судьбы, Жозефа закинуло к нам.
Не было счастья, да… да и сейчас его нет. Уже предвкушаю целый день неловкого молчания. О чём мы вообще можем говорить? Я, тихоня и жуткая заика Тайла, Ганс, который настроен дружить только с Уайтом, и Жозеф, который хочет придушить, кажется всех вокруг себя.
Ну правда, его лицо так об этом и кричит!
Мы вышли из лагеря, коротко попрощавшись с остальными. Какое-то время шли по лесу, на первый взгляд не отличающемуся от того, что рядом с Типрихсом. Деревья, кусты да трава. Это ж не джунгли с пальмами.
Со стороны Ганса раздавалось тихое шуршание — он делал схематическую как окрестностей, как мог. Тайла молча придвинулась ко мне — в этой ситуации я был её лучшим выбором. Жозеф? Ускакал вперёд и периодически поглядывал на нас через плечо.
Может, у него синдром стервозного лица?..
Мы прошлись до скал, исследовали верхушку и нашли только пару причудливых растений с чёрными стеблями. Тайла наказала ни за что до них не дотрагиваться; мы снова повернули в лес, решив передвигаться к центральной части острова. Наверняка там хоть что-нибудь да будет.
Ходьба, снова ходьба. Бесконечное снование между деревьями и попытка не потерять кучку подростков в лесу. Лучше, чем каменные джунгли, но назвать это отпуском язык не поворачивается.
Я почувствовал, как моя нога попала во что-то вязкое. Будто пудинг раздавил, а он ко мне ещё и прилип. Опустив взгляд, я увидел гусеницу. Большая, размером с кошку.
Раккалон случайно не остров огромных насекомых? Потому что иного объяснения нет и быть не может. Я поморщился — минус сапог. А смены обуви у меня и нет.
По крайней мере, я не искупал свою форму в море, как некоторые.
Ганс фыркнул, глядя, как я стряхиваю остатки гусеницы с ноги.
— С-сложно её не заметить, — покачала головой Тайла.
— Я просто задумался, — отозвался я. — Да и не привык я, что они таких размеров.
— Особенность Раккалона, — кивнул Ганс. — Но я слышал, что на южных землях полно таких существ. Спроси у Вариса — он оттуда.
— Хватит прохлаждаться, — позвал Жозеф издалека. — Мы пришли сюда потрещать?
 
Мы пришли сюда ходить с видом короля среди плебеев? Вот и не надо мне тут.
— Мы уже идём, — выдохнул я. — Ты лучше под ноги смотри, а не голову задирай. Цветы всё-таки обычно растут на земле.
На самом деле, сказал это я без задней мысли, но, судя по тому, как Жозеф скрипнул зубами, очень-очень зря.
Тьфу ты, стал подростком, и сразу эти гормональные штучки — даже за языком следить не получается!
— Эй, коротышка, — Ванс тут же развернулся и медленно двинулся ко мне. — Ты себя самым умным считаешь?
Тайла тут же спряталась за мою спину, будто опасность угрожала ей. Ганс попытался остановить Жозефа, но тот только отмахнулся и, жутко улыбнувшись, занёс руку для удара.
Здорово. Командная работа, да? Все эти штучки со сплочённостью сокурсников и дружбой определённо на нём не сработали.
Я был готов увернуться, чтобы не лишиться зубов — они мне, всё-таки, ещё дороги. Кулак Жозефа стремительно приближался. За спиной раздался писк Тайлы, и…
— Кто это тут?
Неизвестный голос, хриплый, но точно принадлежащий нашему ровеснику.
Из-за деревьев вышло трое в голубом. Девушка с яркой помадой оглядела нас сморщила нос. У неё были светлые волосы и длинные ноги — их-то отлично видно, впервые вижу, чтобы кто-то, кроме Хезер, закатывал пояс форменной юбки, чтобы сделать её покороче. Ещё двое — юноши. Примерно одного роста, один черноволосый, другой со светлым ёжиком.
И все смотрели на нас, как на великое зло, с серьёзной решительностью и… ну, всем таким. Герои перед демонами, тфьу ты.
Ну только не говорите, что из-за того, что мы из Типрихса, они готовы сожрать нас живьём.
— Эти, — скривилась девушка. — Из Типрихса. Ну и видок.
А она ведь на меня посмотрела. Прямо на ногу. Ну виноват я что ли, что меня просто преследуют такого рода неудачи?
Жозеф развернулся, перенаправив свою злобу на них. Отлично! Общий враг — что может быть лучше?
— Сколько пафоса, а выглядят как лузеры, — фыркнул парень с ёжиком. — Не расплачьтесь, когда проиграете, взяточники.
Давненько я слово «лузеры» не слышал. То ли я старый, то ли этот парень от моды школьных хулиганов отстал… Взяточники?
Ах, точно. Какая мне — ну, Альбериху, — магическая академия без денег на лапу мадам Либби? Конечно, без этого бы не обошлось. А если в моём случае взяли, то и у остальных спокойно гребут.
Да и кто не ненавидел учеников лучшей школы в городе или стране? Все хоть разок это испытывали — чего удивляться?
— Слышь, — Жозеф оскалился. — Сам-то не истери, когда я тебе нос сломаю.
Что там по насилию в правилах соревнований? Вперед, Ванс. И тебе на пользу, и нашей команде работу облегчишь.
— Жозеф, — вдруг Ганс нашёл в себе небывалую смелость. — Не угрожай им. Давайте разойдёмся?
— Как заговорили, — улыбнулась девушка и насмешливо передразнила: — Давайте разойдёмся? Боитесь, что ваш здоровяк огребёт? Да вы его по кусочкам собирать будете!
А ведь ты выглядела симпатичной, пока не заговорила. Я вздохнул.
— А может, вам всем придётся ползти в свой лагерь на сломанных ногах? — кажется, я привлёк внимание; но вряд ли больше, чем Жозеф. — К чему эта попытка кого-то запугать? Кричать-то кто угодно может. Из какой вы вообще академии?
Лицо девушки подозрительно потемнело. Черноволосый позади неё хрустнул кулаками. А… Да, и то, что я сказал, можно принять за наезд.
— Вы! Сколько в вас наглости?! — заголосила девушка. — Ну давайте посмотрим, кто тут самый сильный! Дуэль!
…
Дуэль?
  
Глава 24
  
Дуэлянты, а? Только посмотрите на них. Девушка — она представилась Ханной, — требовала три боя один на один. В отличие от наших соперников, нас было четверо. Это решило проблему Тайлы, едва стоящей на трясущихся ногах — если кого-то и изобьют, то это будет не она.
Жозеф пошёл против парня с ёжиком. Они сцепились, как злые коты. Как оказалось, оба владели физической магией. И нам, и студентам в голубой форме, пришлось спешно прятаться, чтобы не попасть под удар.