Защитник (СИ)

Порывы мельчайших снежинок бьют в лицо, налипая на визор. Руки в бронированных перчатках крепко сжимают руль ховербайка. Аспект Комфорта дарует этот самый комфорт, можно не переживать, что отморозишь зад, и это чудесно.
Рядом со мной мчится Тай на своём байке. Его лицо сосредоточенно и сурово. Впереди вижу фигуры Недотроги и нескольких наших бойцов. Они яростно размахивают руками, обсуждая дальнейшие действия. У Оливии на щеках алеет румянец от переизбытка энергии, которую она вкладывает в это дело. Её голос звучит громко и чётко сквозь вой метели. Похоже, работа ей в радость. Ещё бы, каждая минута приближает её к дому.
Мы останавливаемся у кромки берега. Тай спрыгивает с байка и тут же щурится от порыва колючего снега. Я слышу его тихое ругательство сквозь скрип сапог по снегу, но он быстро берёт себя в руки и идёт к Недотроге. Им придётся согласовать собственные действия, иначе наша колонна очень быстро окажется на дне залива.
Оглядевшись по сторонам, я вижу как наш отряд готовится форсировать этот последнее препятствие перед большой землёй. Люди напряжены, некоторые мёрзнут, но все готовы двигаться дальше.
Я вижу впереди силуэты Николая и Оливии. Они стоят у самой кромки воды, что с гудением накатывает на берег. Тай выбрасывает руки вперёд, и его примеру следует Недотрога.
Под их воздействием вода вздымается, бурлит, клокочет. Она стремительно теряет тепло, превращаясь в ледяную кашу. Очень быстро формируется импровизированная переправа — крепкий мост изо льда шириной в полтора наших самых широких БТРа. Увы, до самого берега на другой сторон он не добивает, но начало положено.
Наш транспорт начинает осторожное движение по хрупкому покрову залива. Под колёсами непрерывно трещит лёд. Брызги ледяной воды долетают и досюда.
Магазинные машины едут почти бесшумно. Зато в ушах отдаётся треск ломающегося под тяжестью техники льда. Люди напряжённо всматриваются вперёд, боясь провалиться под воду. Один неверный поворот руля, и ты отправишься на дно знакомиться с Мистер Крабсом.
Я вижу впереди первый остров — ближайшая цель нашего зимнего пути. Мы движемся медленно, но верно. Главное — не сбиться с проложенного ребятами маршрута. Оглянувшись назад, вижу, что лёд постепенно размывает сильным течением. Николай и Оливия намораживают его прямо в движении перед самой колонной, для чего оба сидят на крыше одного из БТРов.
Вскоре под копытами появляются камень и смёрзшаяся земля. Первый кусок пройден успешно. Осталось всего два. До следующего острова расстояние вдвое большее, но мы справляемся с ним за полчаса. Двойке наших наводчиков мостов требуется время, чтобы восстановить аркану.
Через полчаса начинается последний отрезок переправы, и вот тут возникает заминка. Наш отряд уже на полпути к финишу, как вдруг раздаётся треск ломающегося под тяжестью техники льда. Один из джипов начинает проваливаться капотом вперёд прямо в ледяное крошево!
Водитель в панике давит на сигнал, и над колонной проносится пронзительное гудение. При этом сам транспорт почти мгновенно даёт задний ход, но колёса буксуют и прокручиваются на льду. Я вижу, как трещины стремительно расходятся от пострадавшей машины. Ещё немного, и половина колонны последует за ней на дно.
Тай не подводит, реагирует мгновенно. Он выбрасывает руку вперёд, создавая волну крепкого льда прямо на месте пробоины. Трещины замирают, лёд вокруг вездехода смерзается в плотную массу, удерживая машину на поверхности. Наверное, каждый выдыхает с облегчением. Никос даёт команду двигаться дальше. Колонна обходит опасное место и устремляется к цели. Кажется, сейчас фортуна на нашей стороне.
Когда пол колёсами окончательно оказывается прочная земля, хочется спрыгнуть и начать приплясывать на ней. Больно дерьмовая смерть ожидала нас в этом месте. Десятиминутный отдых, и колонна вновь выдвигается. К Маривьену мы подъезжаем уже в ночи.
В какой-то момент я устаю управлять ховербайком и пересаживаюсь в кабину одного из джипов, за рулём которого оказывается Аксарт Рейго. Вместе с ним тут присутствует последний выживший боец из Серых Скитальцев и парочка ребят из Раздробленных Пульсаров.
 
Глядя в спину этой помеси кота с живым растением, задумчиво курю в приоткрытое окно, и внезапно у меня кликает ассоциация. У Тернового Листа видом указан Ульткхар, и в момент знакомства я пытался понять, что именно мне это напоминает.
Ультхак. Вр’кса Вечноцвет! Сраный фикус, что чуть не сожрал нас всех на плотине рядом с Денби. Непонятный Кваз, подаривший мне семечко, которым я прикончил Крайтакса.
— Аксарт, — медленно тяну я, — а скажи-ка мне, друг сердечный, ты что-нибудь знаешь про Ультхаков?
Водитель вздрагивает.
[1] Зи́мник — автомобильная, тракторная и иная дорога, эксплуатация которой возможна только в зимних условиях, при минусовой температуре.
 Глава 11 
— Ты встретил Ультхака⁈ — обернувшись ко мне через плечо, спрашивает пришелец. — Где? Когда?
— Да. Больше месяца назад в городке неподалёку от нашей фактории. Вр’кса «ВечноЦвет» Зрт’вин, так её звали. Можешь объяснить, какого хрена с этими созданиями не так?
Кото-растение, сидящее на переднем сидении, задумчиво чешет стебли на затылке.
— Ультхаки… Да, воистину загадочные существа даже для таких странных созданий, как я. Наши расы обитают на соседних материках, но даже за полторы тысячи лет мы почти ничего не смогли выяснить об этом виде.
Мрачно хмыкаю:
— Ну давай, порадуй меня тем, что вам всё же удалось узнать.
— Они малочисленны и очень скрытны. Их язык не поддаётся расшифровке. Их мышление совершенно невозможно понять. Их анатомия заставляет лучших учёных разводить руками. Ещё до прихода Сопряжения они отличались невероятной регенерацией, а после… ты, возможно, видел и сам. Убить их практически невозможно. Мы пробовали, и все, кто был задействован в той операции, погибли. Наши предки пытались проанализировать их физиологию удалёнными методами, безрезультатно. Однако даже не это самое поразительное…
Его вибриссы дрожат в напряжении.
— Мы поняли лишь, что Ультхаки обладают совершенно уникальными способностями к манипулированию пространством и временем, — поясняет Терновой Лист. — То есть, они в буквальном смысле могут существовать вне обычной причинно-следственной цепочки.
Задумчиво кручу в пальцах сигарету. Переварить подобную информацию непросто.
— В каком это смысле?
— Простой пример, однажды к нашим учёным явился Ультхак и вручил запечатанный контейнер. Любые контакты с этим видом всегда вызывали огромный резонанс, поэтому лучшие умы пытались понять цель этого визита. Сам контейнер так и не удалось вскрыть: ни физическим воздействием, ни плазмой, ни кислотой, ни жаром. Его не брало ничто. В результате об этом курьёзе забыли, оставив контейнер храниться на складе. Прошло примерно двести лет и однажды, без всякого предупреждения, контейнер раскрылся сам собой. Как бы распустился… Внутри него обнаружили колбу с неизвестной жидкостью.
Я заинтересованно киваю, жестом показывая ему продолжать.
— Произошёл переполох, сам понимаешь. Оказалось, что эта жидкость идеально подходит как катализатор для нашего нового химического реактора, синтезированного лишь за пару лет до этого! То есть тот Ультхак каким-то образом заранее знал о технологии, которая появится лишь через два века после встречи с ним!
Я задумчиво чешу щетину.
Дичь какая-то…
— Быть может, они просто более развиты, чем вы? Ожидали, пока вы дойдёте до этого изобретения. Почему ты решил, что это подтверждает нелинейность их существования во времени?
— Хорошо, вот иной пример. Есть довольно любопытный случай с ещё одной представительницей вида Ультхаков. За сто лет до прихода Сопряжения она регулярно навещала наших учёных на протяжении пяти лет. Стала практически частью исследовательской группы, все к ней привыкли. С ней пытались коммуницировать, но безуспешно. Объект назвали С’врой в честь цветка, который заинтересовал её