Два мира (СИ)

Сжав и разжав пустые руки, он вскинул голову, на лице гнев, я улыбнулся и, отсалютовав одной рукой, в другой сформировал огненный шар и метнул в него.
Чума тем временем уже расправилась с тремя магами, еще один при смерти. Уничтожен также и жук. Сама она насылает проклятья, накладывает дебаффы, временно запрещающие колдовать, оживляет мертвецов, заставляя атаковать товарищей. Призыватель с выражением полного отчаяния на лице вызвал какого-то неведомого монстра, помесь ящера и волка, размером с легковой автомобиль. Шерсть у него блестящая, словно сделана из адамантия или, по крайней мере, имеет его в своем составе.
  
Герой тем временем отпрыгнул от огненного шара, легко выйдя из радиуса атаки, но движения его уже не столь стремительны, не говоря о том, что он лишился оружия. Теперь даже без щита Шестерне должно быть полегче.
Я налетел на воинов, что атаковали Ласку, им бы атаковать всем разом, но рядом с ней Шестерня — так, что никак не обойти, а его атаковать не получается, потому что с ним сражается герой-серафим. Я в полной мере смог понять, как зачастую всего несколько десятков рыцарей могли месяцами удерживать крепости от многократно превосходящих их армий. Что толку от большого числа бойцов, когда узкие помещения не дают возможности реализовать превосходство в численности?
Сформировал по одному черному шару: один с помощью перчатки, другой сам, — и метнул в серафима, дожидающегося своей очереди для атаки. Оба заклинания зависли над головой противника, а затем, повинуясь моей команде, резко спикировали вниз. Пространство в районе головы исказилось. Серафим вскинул голову и захрипел, из ноздрей и ушей выплеснулась кровь, он упал на одно колено. Я тем временем уже выпустил с помощью перчатки еще одно заклинание, конечно, сделал это не напрямую, а завел заклинание за спину, после чего резко ускорил. Серафим повернулся ко мне, желая атаковать, но внезапно почувствовал опасность, только было слишком поздно. В его глазах только успела появиться тревога, как заклинание ударило в спину.
Ласка провела серию атак. Сражавшийся с ней серафим, и полагавшийся до этого на товарища, отбил топоры щупальцами, провел рискованную контратаку, после чего оттянулся назад, ожидая, что товарищ не даст Ласке прыгнуть следом, но тот не пришел на помощь. Топор Ласки с легким свистом рассек воздух и обрушился на врага. Разбрызгивая кровь, кисть с зажатым в ней мечом красиво взлетела в воздух и, сделав пару оборотов, шлепнулась на землю. Меч упал рядом с ней. Серафим взвыл и схватился за обрубок. Раненые товарищи наконец поспешили на помощь, один тут же встал между ним и Лаской, оттеснив девушку обратно.
Герой-серафим, уклонившись от меча Шестерни, подскочил к упавшему клинку подчиненного, схватил его и тут же рванул обратно, обрушив на Шестерню град ударов, как щупальцами, так и мечом, заставив того вновь уйти в глухую оборону.
Я собирался броситься на помощь, но внезапно краем глаза заметил, как рыцарь смерти опустился на одно колено. Измочаленный щит валяется в стороне. В этот момент серафим, весь покрытый кровью, атаковал мертвеца. Меч обрушился на голову, черепушка с хрустом раскололась, и скелет повалился на пол. Товарищ серафима валяется чуть в стороне. Значит, рыцарь смерти, сражаясь против двоих, смог одного убить, конечно, не без моей помощи — всё-таки несколько заклинаний достали их и нанесли серьезные раны, но даже так впечатляет. Сила мертвецов велика. Интересно, сколько таких бойцов может поднять и контролировать Чума?
Двое других бойцов, что сражались с призраками, смогли их одолеть. Я думал, что призраки неуязвимы для физических атак, но, с другой стороны, если они наносят физический урон, то и по ним он должен проходить. Но опять-таки, как они могут проходить сквозь стены? Ну, наверное, об этом лучше спросить Чуму, а сейчас просто принять факт, что призраки были повержены. Да, для этого серафимам пришлось приложить массу усилий. Они покрыты ранами, у одного отсутствует щупальце, но все еще способны сражаться.
Шестерня захрипел, отступил на шаг, его очки хп уменьшились на одну шестую, но тут же восстановились обратно. Несмотря на то, что герой-серафим ранен, он все еще продолжает напирать. Все-таки один на один справиться с элитными монстрами этого этажа мы пока не способны. Если бы не Вишня, то Шестерня уже был бы мертв. Хочется ему помочь, но с уничтожением призраков и рыцаря смерти у нас нарисовалась другая проблема, требующая срочных действий.
Серафимы, обрадовавшись, что теперь препятствия нет, рванули было в образовавшуюся брешь в обороне, но я сразу использовал земляную стену. Она мгновенно выросла на их пути. Я же подлетел и, выставив перчатку вперед, использовал ударную волну. И вовремя. Потому что, увидев препятствие, серафимы просто решили запрыгнуть на него и сделали это, видимо, одновременно с использованием мной заклинания, потому что я успел увидеть удивленные и полные страха лица противников, когда они подпрыгнули и почти приземлились на стену. Из-за того, что они оказались в полете, уклониться от моей атаки не смогли, а потому мощная волна спрессованного воздуха врезалась в них и буквально сдула на десяток шагов, припечатав к стене.
Серафим убит.
Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.
Они сползли по стене, затем двое, шатаясь, поднялись, а третий, что непосредственно сражался с рыцарем смерти, так и остался лежать. Я рванул к ним, сформировав с помощью перчатки гравитационный разрыв и захватив его телекинезом. Пока они ранены, нужно добивать, и тогда можно считать, что победа у нас в кармане. Серафимы прыгнули в разные стороны. Тот, что прыгнул вправо, резко затормозил, потому что внезапно увидел перед глазами застывший черный шарик, который тут же метнулся в него. Пространство исказилось, раздался треск, в разные стороны плеснуло кровью и осколками костей. Обезглавленный серафим упал на колени, качнулся из стороны в сторону и плюхнулся на бок.
Серафим убит.
Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.
Я тем временем рванул наперерез второму серафиму. Увидев смерть товарищей, он, кажется, полностью потерял мотивацию к сражению, но оставлять его в живых у меня в планах нет. Не то чтобы я был кровожадным, просто отпускать его — значит, дать возможность предупредить о происходящем власти, чего допустить точно нельзя. В столице до самого последнего момента не должны знать о готовящемся нападении.
Понимая, что убежать не получается, он резко развернулся и отчаянно прыгнул в мою сторону, но из-за полученных ран это получилось не так быстро.
— Умри! — с хрипом взревел он, щупальца приготовились к атаке, меч поднялся над головой. Ударная волна смела его, как ураган сметает стог сена. Было чувство, что его сбил невидимый тепловоз на полной скорости. Тело с силой впечатало в стену, от места удара в разные стороны побежали трещины. Парня выгнуло, изо рта выплеснулась кровь, глаза закатились, и мне пришло сообщение:
Серафим убит.
Получено: 192 750 очков, 2 500 000 зен.
Когда-то давно зен были важны, но сейчас их скопилось столько, что даже не знаю, на что их тратить. Я, наверное, уже один из самых богатых людей в Алионе. Как бы то ни было, сейчас не время об этом думать. Я развернулся и приготовился броситься на помощь Ласке, но это оказалось лишним. Девушка лихим ударом с использованием усиления, встроенного в перчатки, нанесла удар по серафиму. Топор с хрустом попал в ключицу, пробил ее и прошел дальше, разрезав тело почти до живота. Монстр качнулся и повалился на землю. С хищным выражением лица девушка обернулась к другому противнику, до этого лишенному кисти. Тот затравленно оглянулся на серафима-героя, что продолжает сражаться с Шестерней. Лицо серафима исказилось, он закричал и присел, готовясь прыгнуть на Ласку, щупальца угрожающе поднялись, блеснув адамантиевыми наконечниками. Девушка усмехнулась, а затем ее тело растянулось в пространстве и, на миг исчезнув, появилось перед противником. Серафим вздрогнул, отшатнулся, щупальца судорожно ударили по девушке, та крутанулась, блеснули лезвия топоров, и щупальца один за другим упали на пол. Серафим с ужасом покосился на окровавленные обрубки, его лицо исказилось от боли и ярости, уцелевшая рука рванулась было к девушке, но в этот миг топор ударил его в шею, и голова, отделившись, полетела в сторону.