Дорогами ложных солнц (СИ)

— Что хотите за информацию? — прирождённый бизнесмен, сразу переходящий к делу.
Немигающий взгляд Джеймса впился в меня, но я уже овладела собой и, сложив руки на груди, с вызовом уставилась на него.
— Мне ничего не нужно, мистер Варма, — светло-карие, теперь казавшиеся медовыми глаза продолжали буравить меня. — Я — всего лишь католик, почитающий священные узы брака и считающий, что место жены — рядом с мужем. О местонахождении миссис Варма вы узнаете завтра в полдень.
— Нет, почему… — взволнованно начал Даярам, но Джеймс уже отключился.
— Никогда не доверяла католикам, — хмыкнула я.
— Вообще, я — атеист.
— Этим — ещё меньше. Если у человека нет ничего святого, можно ли считать его человеком?
— Думаю, это каждый решает для себя, — Джеймс неторопливо направился к приглашающе приоткрытой двери и, проходя мимо меня, добавил:
— А тебе придётся решить, насколько ты не хочешь возвращаться к мужу.
— И времени на решение — до полудня?
Он только ухмыльнулся и шагнул за порог.
— Спокойной ночи, мистер Джеймс, — снова пожелала я уже ему в спину. — Знаешь, откуда эта фраза?
Он обернулся.
— Из одного фантастического рассказа, — пояснила я. — Клон учёного узнаёт, что он — всего лишь клон, созданный для выполнения определённой задачи, и уничтожает учёного, чтобы занять его место. Но не знает, что, когда его создавали, в кровь впрыснули яд, который медленно убьёт его в течение двадцати четырёх часов.
— И какое отношение это имеет к ситуации? — усмехнулся Джеймс. — Хочешь сказать, ты — клон, созданный для определённой цели?
— Нет, я — скорее яд. Можешь попытаться использовать меня в своих махинациях, но рано или поздно тебя постигнет участь того клона, — и захлопнула дверь.
На словах грозить легко, а на деле… я, что называется, влипла! И не столько из-за замужества с Даярамом, сколько из-за знакомства с «одним джентльменом». Джеймсу нужен доступ к «сокровишнице» донжуана, и моё старательно созданное икогнито буквально предложило себя в качестве средства давления. Но, не будь Даярама, Джеймс наверняка нашёл бы другой рычаг воздействия. И, если я откажусь сейчас, вероятно, будет его искать, пока не найдёт то, что заставит меня согласиться. Разоблачения завтра в полдень можно не опасаться — шантажисту оно не выгодно. Следует опасаться того, что последует вместо разоблачения. Я подумала о моей галерее, о только-только наладившейся жизни в Лондоне. Всё это такое хрупкое, так легко разрушимое… И, если я позволю всё это сломать… опять бежать за помощью к Изабелле? Или, может, переселиться в Мексику и стать правой рукой подруги? Она предлагала мне место в своей «организации». Невесело рассмеявшись, я тряхнула волосами. Нет. Я приму этот бой. Идти в полицию не имеет смысла. Я не знаю, кто стоит за Джеймсом, действует ли он в одиночку или как часть большого целого, скупившего половину Скотленд-Ярда. И, если разозлить его сейчас, последствия могут быть гораздо более серьёзными, чем звонок Даяраму. Нет, лучше притвориться, что я согласна, а потом… Основная проблема — моя «связь» с Эндрью. И, пожалуй, наступил момент её разорвать. Но разорвать так, чтобы придраться было не к чему. Окинув галерею нежным взглядом, я погасила свет и шагнула за порог.
Глава 3
Будильник зазвонил в 7:30. Тут же его выключив, я поднялась с постели. Ночью заснуть так и не удалось, и чувствовала я себя не слишком бодро. Сделав музыку погромче — привычка осталась со студенческих времён, послонялась по гостиной, заскочила в душ, оделась. Вроде бы продумала всё, что можно, включая мой сегодняшний наряд, и решила, что вполне готова к предстоящему дню и к встрече с Джеймсом. Но сейчас поняла, что на самом деле совершенно ни к чему не готова. Меня вынуждают помочь в совершении преступления… разве можно к этому подготовиться?! А если — и как раньше об этом не подумала?! — от меня просто избавятся, когда стану не нужна?.. Я ведь — свидетель, видевший лицо преступника, а такие такие долго не живут! Мысли лихорадочно заметались в невыспавшемся, измотанном мозгу. Но, уже в который раз за прошедшие сутки, я постаралась взять себя в руки и, сделав несколько вдохов-выдохов, выплыла за дверь. Завернув по дороге в «Drury», мою любимую кофейню, появилась в галерее немного позже обычного. Бетти была на месте и торопливо двинулась мне навстречу. Верная своему обещанию, девушка действительно звонила вчера, когда Джеймс уже ушёл. И, хотя я очень естественно заверила, что всё хорошо, по голосу помощницы поняла: заверение её не убедило.
 
— Доброе утро, Бетти! — просияла я бодрой улыбкой и легко качнула капхолдером[10] с двумя стаканчиками кофе. — Латте, экстра крепкий, с молоком из макадамии, верно?
— Сп-пасибо, мисс Шейх, — слегка запнулась Бетти. — Не нужно было, но спасибо. Всё… в порядке?
— Абсолютно, — подождав, пока она заберёт кофе, я направилась к лестнице, ведущей к моему кабинету. — Буду у себя. В десять позвонит агент Дэнни Клоуза, хочу подготовиться к разговору.
— Мисс Шейх!
Уже поставив ногу на первую ступеньку, я обернулась.
— Этот… тип, что был здесь вчера… — замявшись, Бетти скользнула глазами по моему наряду. — Он больше не появится?
— Не знаю, — беспечно пожала я плечами. — Почему ты спрашиваешь?
— У него… вид бандита. И то, как он себя вёл… Мне это показалось очень подозрительным.
— Мне тоже. Поначалу. Но речь шла о пустяке. Больше о нём не думай.
Ободряюще улыбнувшись, я возобновила «восхождение» к кабинету, с трудом заставив себя шагать неторопливо. Хотя прыгать через две ступеньки, как мне хотелось, всё равно бы не получилось из-за слишком облегающей юбки. Бетти недаром таращилась на мой наряд — он был более чем вызывающим. Кроме повторяющей каждый изгиб тела юбки-миди, очень лёгкая, мало что скрывающая блузка. Даярам не позволил бы в таком виде принимать гостей, не говоря о том, чтобы выйти на улицу. И вдруг улыбнулась этой мысли. Как всё-таки хорошо ни от кого не зависеть! Ради того, чтобы это сохранить, можно пойти на… многое. Утвердившись в этом решении, я открыла ноутбук, и привычно суматошный рабочий день начался.
Консультация с юристом о нескольких пунктах договора с Дэниэлом Клоузом — гениальным «депрессивным психопатом», как окрестил его Боггарти. Долгая дискуссия с агентом «психопата», пожелавшим организовать в галерее выставку работ своего подопечного. Видео-чат с коллекционером из Брюсселя, собиравшимся в Лондон на следующей неделе, чтобы заглянуть в несколько галерей, включая мою… Напряжённый график, ставший рутиной в последние несколько недель, вытеснил все тревожные мысли. Я даже забыла о приближающемся «свидании» с Джеймсом и чуть не поперхнулась уже остывшим так и не допитым кофе, увидев на часах 11:45. Всего пятнадцать минут… Торопливо подхватив мобильный, набрала номер помощницы.
— Бетти, совсем забыла предупредить: мне нужно будет уйти в час. Когда вернусь, не знаю. Тебе следует сделать перерыв на ланч сейчас.
— Хорошо, мисс Шейх, — с лёгкой заминкой отозвалась девушка. — Я потороплюсь.
— Спасибо, Бетти.
Лучше, если её в галерее не будет, когда заявится Джеймс. А ему скажу, чтобы больше не смел здесь показываться! И тут же невесело усмехнулась: как будто могу на самом деле как-то на него повлиять. В ожидании неприятного визита делового настроя — как не бывало. Бодрости — тоже. Бесцельно покружив по кабинету, я снова села за ноутбук. Но сосредоточиться на работе уже не могла. Просто сидела и таращилась на экран, делая вид, что читаю сообщения. Может, позвонить Изабелле? Не для того, чтобы всё рассказать, а просто… поговорить с кем-то, кому ты не безразлична. Здесь, в Лондоне, я ещё не успела обзавестись друзьями. Те, что были в Дели, для меня потеряны. А родители, которым обычно звонят в трудную минуту, никогда особо не интересовались моей жизнью. Я даже не позвонила им после бегства от Даярама. Но сейчас, наверное, была не в себе больше, чем думала — ни с того, ни с сего начала набирать номер матери. Опомнившись, тут же его сбросила. Но, помедлив секунды две, набрала вновь. Несколько гудков, потом — беззаботный голос матери: