Дорогами ложных солнц (СИ)

Подавив желание вышвырнуть мобильник в окно и попасть в голову непрошенного гостя, я глубоко вдохнула-выдохнула и нажала на кнопку домофона:
— Заходи, злая ведьма.
Шаги на лестнице, и вот уже «ведьма» заходит в мою «башню».
— Довольно мило, — хмыкнул Джеймс, небрежно осмотревшись.
— У тебя не так?
— Я не гонюсь за претенциозностью. Как продвигается подготовка к операции?
— Отлично! Сказала: позвоню, если мне что-то понадобиться. Я не звонила. Так за каким бэтменом ты здесь?
— Не ты решаешь, когда выходить на связь, а мы. Копия готова.
— По телефону сообщить было нельзя — информация слишком личная?
— Выставка через пять дней, — проигнорировал шпильку Джеймс. — Самое время рассказать, как собираешься подменить картины.
— Не вам решать, когда это время наступит, а мне, — передразнила его я. — Когда прислать копию, сообщу — по телефону. И, пока не позову, воздержись от визитов — нас не должны видеть вместе.
— Кто? — усмехнулся он.
— Откуда мне знать, кто подглядывает из-за угла, как ты только что?
Джеймс снова не отреагировал на ехидство. Смерил меня снисходительным взглядом и проронил:
— Заеду в галерею завтра в шесть. Будь готова, — и, направившись к двери, бросил:
— Можешь не провожать.
Я швырнула мобильник на диван одновременно со звуком захлопнувшейся двери. Как же будет хорошо, когда всё закончится и больше не придётся общаться с нахальным потомком ирландского террориста! После выставки обязательно уеду куда-нибудь подальше, где много пальм и мало людей. И приглашу Изабеллу! А уже после отпуска решу, как мягче порвать с Эндрю и, наконец, смогу полностью посвятить себя галерее.
Глава 6
— Сурэйя?
Я обернулась на грубоватый голос, донёсшийся из-под жуткой маски в виде черепа с выпученными глазами, которую венчал пышный веер из чёрных перьев, и приветливо улыбнулась:
— Рада видеть тебя, Квинт. Всё-таки заглянул на выставку недруга?
— Недруга! — Боггарти возмущённо тряхнул перьями. — Слишком сильное слово для этого невротического червя! И из-за него я бы точно не стал пропускать подобное представление! Ты превзошла себя, ласточка. И, надеюсь, устроишь нечто подобное для меня в самом скором будущем!
— Только больше, лучше и эффектней? — снова улыбнулась я.
Боггарти расхохотался своим хрюкающим смехом.
— Всё больше убеждаюсь, что решение дать тебе и твоей галерее шанс было правильным!
Встреча с абстракционистом и его агентом состоялась, как и обещал Боггарти, сразу после его возвращения с Мальты. Переговоры прошли даже успешнее, чем я предполагала: художник дружески окрестил меня «ласточкой» — из-за названия галереи, подписал договор о сотрудничестве на следующий же день, и вечером мы с Бетти распили бутылку шампанского по этому поводу. А потом захмелевшая девушка призналась, что Боггарти пригласил её на ланч и, краснея, спросила, как я к этому отношусь. Рассмеявшись, я дала своё «благословение» и с тех пор день за днём наблюдала, как расцветает моя помощница. Бетти, наконец, начала называть меня по имени, а я за время подготовки к выставке в очередной раз восхитилась её организаторским талантом и порадовалась тому, что она — рядом.
— А где мисс Ортон? — Боггарти ищуще огляделся.
— Где-то здесь. Сможешь узнать? — поддразнила его я.
На приглашение явиться в костюмах гости отозвались с рвением, и сейчас галерея казалась ожившей картиной Иеронима Босха. Злобные демоны всех мастей, неизменные вампиры и ведьмы, зомби и жуткие языческие божества — настоящее средоточие кошмаров. На мне было короткое платьице из шёлка и павлиньих перьев, длинные перчатки до локтей, несколько перьев в причёске и повторяющий узор перьев макияж, над которым визажист трудилась три часа. Бетти выбрала образ Яо-ху — китайской лисы-оборотня с маской, полностью скрывающей лицо. Вероятно, Боггарти её бы в самом деле не узнал, но девушка подлетела к нам сама, восторженно объявив:
— Всё идёт отлично, Сурэйя! Осталось лишь дождаться мистера Клоуза.
— Он всё ещё не явился? — фыркнул из-под маски Боггарти, и Бетти, встрепенувшись при звуке его голоса, прощебетала:
 
— Главное, его работы здесь! И, кажется, даже самые своеобразные не вызывают отторжения… — и тут же поправилась, — хотела сказать, вызывают восхищение.
Боггарти захохотал, а я покачала головой.
— Ну и злые вы. Так и хочется скормить вас обоих зомби! — и приветливо махнула рукой только что вошедшему Эндрю. — А вот и наш благодетель!
— Мистер Рэй великодушно согласился одолжить для этой выставки несколько принадлежащих ему картин, — пояснила Бетти своему возлюбленному.
— Неожиданно щедро с его стороны, — хмыкнул тот.
Донжуан, во всём чёрном и с настоящим попугаем на плече, изображал пирата-призрака — пол-лица было раскрашено, как череп. Подойдя, приобнял меня, расцеловал в обе щеки, и только тогда повернулся к моим собеседникам. Я представила их друг другу, внутренне готовясь к тому, что больше мистер Рэй от меня не отойдёт. Так и получилось. Скользя меж гостей, улыбаясь, приветствуя, делая комплименты костюмам, я неизменно натыкалась на его взгяд, стоило повернуть голову. Пожалуй, идея с поездкой после того, как всё закончится — более, чем удачна. Может, время порознь хотя бы немного остудит его пыл.
— Сурэйя, — словно читая мои мысли, Эндрю наклонился к моему уху, обдав кожу горячим дыханием. — Ещё и не сказал, как обворожительно ты выглядишь.
— Спасибо, но это — часть работы. А вот твой облик, — окинула его оценивающим взглядом. — Очень романтично, истинный пират!
— Я надеялся произвести на тебя впечатление.
— Ты уже произвёл на меня впечатление тем, что одолжил картины, — взмахнула я накладными ресницами. — Если бы не ты…
— Думаешь, успех был бы меньшим? — Эндрю развёл руками, будто призывал всех присутствующих поаплодировать. — Дорогая моя Сурэйя, я ведь говорил, ты изводишь себя совершенно напрасно. Но рад, что смог быть тебе полезным.
Я благодарно погладила его по руке, и донжуан с готовностью стиснул мою ладонь.
— Не хотел говорить сейчас, но, думаю, незачем откладывать. Страховая компания настаивает на том, чтобы картины как можно скорее вернулись ко мне.
— Да, конечно, — кивнула я.
— Их заберут по окончании выставки.
— А проверка на подлинность? — очень надеялась, что Эндрю не заметил, как дрогнул мой голос.
— Я попросил провести её уже в моём особняке.
Внутри меня всё похолодело. Страховой агент заверил, что передача картин произойдёт утром. Эндрю одолжил мне шесть — все мною выбранные. Среди них и картина, ради которой это затевалось. Все шесть — редкие шедевры, застрахованные на миллионы фунтов стерлингов. Перед самой выставкой они прошли проверку на подлинность — это была гарантия для меня. Такая же проверка обязательна и после выставки — гарантия для Эндрю. Я собиралась подменить картину сразу после проверки, для этого всё готово. Но проверка должна состояться в галерее…
— Разве мне не нужно присутствовать? — кажется, мой голос стал выше на несколько октав, я кашлянула.
— Нужно, — сжав мои ладони в своих, Эндрю легко притянул меня к себе. — Сурэйя… я надеялся, ты останешься со мной… после…
— Для этого всё перенёс? — отшатнулась я.
— Сурэйя… — выпустив руки, он потянулся ладонями к моему лицу. — Ты околдовала меня. Настолько, что я не могу мыслить здраво, не могу думать ни о чём, кроме тебя. Надеюсь, я доказал, насколько ты для меня важна. Пожалуйста, не отталкивай меня снова… если я хотя бы что-то для тебя значу.
Мысли лихорадочно заметались. Это осечка… провал… катастрофа! Попав в особняк, картина его уже не покинет. И даже «останься» я с Эндрю, возможности подменить её у меня не будет. Ни этой ночью ни потом. Весь мой план летит в Тартар… вместе с надеждой на скорое овобождение от Джеймса и Чарльза… Но я зашла слишком далеко, чтобы даже думать о поражении. Нет! И, зовуще улыбнувшись, порхнула лёгким поцелуем по губам поклонника.