Мать и Колыбель (СИ)

— Бог мой! — воскликнул Арнил, когда неизвестный приблизился; его лицо зажглось улыбкой, а после вновь побледнело от тревоги. — Но почему в одиночестве?..
Конь резко остановился и встал на дыбы, заржав. Всадник оглядел всех, затем смахнул с головы капюшон, и присутствующие разразились смехом и приветственными криками.
Это была юная девушка. Длинные золотые кудри резко выделялись на фоне чёрного плаща. На светлом и солнечном лице, которое горело ослепительной улыбкой, сияло выражение радости и веселья. Под тонкими бровями парой топазов сверкали большие светло-голубые глаза. Филигранная красота этого юного и по-детски наивного лица восхищала. Внешне она напоминала принца Арнила.
Девушка ловко спрыгнула с взмыленного коня и со звонким смехом бросилась в объятия Арнилу. Она оказалась одного роста с Акме, и даже в кожаных перчатках, высоких сапогах и плаще была видна её утончённая хрупкость.
— А вот и я! — воскликнула она, заглядывая в лицо Арнилу.
— Не ожидал увидеть тебя так скоро!
— Ты что же, думал, что я въеду в город столь же чинно и величаво, со всеми этими послами да вельможами, как и подобает дочери короля?
— Я бы недооценил тебя, моя радость.
— Ах, Ваше Высочество, я нарушаю все правила приличия, приветствуя вас подобным образом, — в притворном ужасе воскликнула она, отскакивая и вновь разгораясь очаровательнейшей из улыбок.
Девушка сделала глубокий реверанс, а Арнил, к удивлению Акме, поклонился. Затем молодые люди вновь разразились смехом.
— Но где слуги, стража, сопровождающие? Ты же не могла приехать одна!
— Я сбежала с привала, — ухмыльнулась та. — Не стала дожидаться слуг и солдат, пока они выспятся. Опередила их на пару часов. Мне не терпелось увидеть Кеос. И не надо так смотреть на меня, я хорошо вооружена! — фыркнула она, отстранившись от принца.
— И ты забываешь, что девице, в особенности твоего положения, не пристало ездить одной по полям Архея и улицам этого сумасшедшего города.
Девушка отмахнулась, взгляд её упал на Гаральда, и тот с улыбкой поклонился.
— Ах, Гаральд! — воскликнула она, подбежав к нему. — Как давно мы не виделись!
— Давно, Ваше Высочество, — тихо ответил он, искренне её улыбаясь.
— Я рада видеть тебя.
— Взаимно, Ваше Высочество.
— Хельс! — воскликнула она, едва не бросившись обнимать его.
— Цветёте, госпожа, — добродушно отозвался тот с поклоном.
— А ты всё столь же неравнодушен к вину, — она с усмешкой покосилась на его намечающееся брюшко.
— Без него мне и жизнь не мила.
— Арнил, неужто они?.. — воскликнула незнакомка, подлетев к нему и указав на Ринов.
Принц улыбнулся шире, взял её за руку и подвёл к Акме и Лорену.
— Это моя кузина, дочь короля Нодрима и сестры моей матери, королевы Нодрима. Принцесса Плио Акра. Плио, это барон Лорен Рин, целитель из Кибельмиды.
— Приветствую вас, Ваше Высочество, — ответил он с поклоном.
— Какая честь, потомок самого Атариатиса Рианора… — выдохнула Плио, разглядывая молодого целителя столь же ослеплённо и зачарованно, сколь принц Арнил разглядывал Акме днём ранее.
«Да, малышка Плио, — подумала она. — Мой брат — красавец».
— И сестра Лорена, Акме Рин.
Акме сделала глубокий реверанс.
— Высокая честь для меня, Ваше Высочество! — с достоинством сказала Акме.
Плио бегло, но с большим вниманием оглядела девушку, совсем как графиня Габриэла недавно, но без недоброжелательности и недовольства.
— Вот уж действительно потомки Атариатиса и солнечного Шамаша! — весело воскликнула Плио, обращаясь к брату. — Посмотри, какие красивые!
Арнил скользнул довольным взглядом по Акме.
— Вы куда-то собираетесь? — спросила Плио.
— Да, мы с Акме едем в Кеос. Я обещал показать город.
Плио улыбнулась.
— Ах, как жаль, что я не могу поехать с вами! — воскликнула она. — Кузен так хорошо рассказывает! Историю города он знает превосходно!
— Мне повезло, — тихо пробормотала Акме, поглаживая своего коня по гриве.
— Беги к королю, дорогая. Он будет рад видеть тебя.
— Нам по пути, Ваше Высочество, — сказал Лорен. — Его Величество ждёт меня.
 
Плио спрятала улыбку и вместе с целителем направилась во дворец.
— Принцесса так хороша, так солнечна!.. — улыбнулась Акме.
Принц усмехнулся, но промолчал.
— Разве вам, Ваше Высочество, не опасно выходить в город без стражи?
— Мне ничто не угрожает в Кеосе, — легко отозвался Арнил, и легкомыслие его всегда настораживало девушку. — Я не наследник престола, не представляю какой-либо ценности для предполагаемых заговорщиков.
— Но вы тоже наследуете права на престол.
— Да, но вероятность моего коронования столь мала, что я никогда не задумывался над этим всерьёз. Да и не хотелось. Это кандалы. А я слишком ценю свободу. За троном легче развернуться. Лучше уж я стану братом короля, а не самим королём.
— Я ещё не имела чести общаться с теми, кто претендовал на трон того или иного государства, но я привыкла думать, что власть — особенно желанный кусок пирога, — разыграв простодушие, произнесла девушка.
— Я думаю иначе, дорогая Акме. При дворе столько корысти и тьмы!.. Я бы даже уехал из Кеоса, если бы отец и брат позволили мне.
«За пределами столицы и вдали от отца он бы с большим энтузиазмом поддержал свою репутацию кутилы и развратника», — подумала Акме.
По обе стороны от широкой дороги потянулись сады и разнообразные постройки: церковь, старый Зал Советов с портиком и колоннами, несколько жилых домов, трёхэтажное здание Министерства, где располагался также и Зал Правосудия.
«Надо выведать, где в Кеосе находится больница…» — подумала Акме, хитро прищурившись.
В Кеосе главная улица не вела к главной торговой площади, как в других столицах, вероятно, во избежание излишней скученности и столпотворения. Торговые ряды кипели в другом районе города. Хлорисская улица, главная магистраль Кеоса, названная в честь супруги Нелея, разлилась широкой лентой, выложенной тщательно обтёсанным камнем. Здания здесь, — как правило, многоэтажные, — прилегали друг к другу столь плотно, будто стремились непременно вытолкнуть противника из общего строя. Гладкие тротуары с аккуратными пёстрыми клумбами были весьма удачным новшеством, спроектированным ещё покойной королевой, супругой Трена, Эрато Акра. Отходы здесь не выливали прямо на прохожую или проезжую часть, чем всё ещё грешили в Эдране, Варне, даже в Броке, хотя в Моринфе взимали за это высокие штрафы.
Множество людей, богато и просто одетых, шли по улицам почти в одном направлении, смеялись, беседовали, ругались, сплетничали, поздравляли друг друга с церковным праздником. Грозные часовые важно расхаживали по мостовым и одним своим видом заставляли спорщиков разойтись. Стояли разные лавки, несколько трактиров, пабов, мастерских, а также гимназия и величественное здание библиотеки.
— Куда они идут? — воскликнула Акме. — К Собору на празднество?
— Да. Стоит поторопиться. В Соборе будет людно.
Акме более всего ценила сельскую жизнь в тишине и дикости лесов, полей и ледяных рек. Но Кеос много лет интересовал её, и ей хотелось увидеть город не только во всём величии и торжественности, но и в его повседневной жизни.
— Улицы готовятся к одному из величайших событий, — сказал Арнил, не смущаясь от внимания жителей, которые начали узнавать сына короля в красивом щеголеватом юноше. — Скоро по этим улицам проедут государи и послы всех государств Архея. Быть может, даже представители Акидии, с которой у нас напряжённые отношения. А после — свадьба карнеоласского кронпринца с сильванской принцессой.
— Когда же будет свадьба? — спросила Акме, с большим интересом разглядывая жителей и пытаясь найти отличия от жителей Эрсавии или Нодрима.
— Если помолвка состоится, то, вероятно, после того, как мы разберёмся с Кунабулой.
— Так долго? — удивилась девушка. — Выдержит ли любовь молодых такое испытание?
— Какая любовь? — засмеялся Арнил. — Они даже не знакомы.