Мать и Колыбель (СИ)

— Они унаследовали рианорский дар? — тихо спросил Трен, пристально глядя на Провидицу.
— Не готова сказать сейчас, — едва слышно ответила та, прохаживаясь вокруг кибельмидских целителей. — Мне нужно время, Трен.
— Сколько? — вздохнул король.
— Я не Вижу по твоему приказанию, Трен. Я должна узнать их, прочувствовать, услышать их мысли.
— Если в нас нет этого дара — стало быть, Архей обречён? — испуганно прошептала Акме.
— У нас есть армии, — ответил кронпринц, по-доброму глядя на девушку. — Такой армии не было даже у Атариатиса Рианора.
— Я бы сказала это иначе, принц, — ответила Провидица. — Это у вас нет Атариатиса Рианора.
— Атариатис Рианор — это тени и пыль! — гаркнул Трен. — Я вижу его потомков и недоумеваю: это всего лишь дети. Пусть целители, племянники уважаемого целителя, но настолько далёкие от своего великого предка, что я подумываю вернуть их в Кибельмиду сегодняшним же вечером.
— Не позволю, — тихо и сосредоточенно произнесла Провидица. В её голосе послышалась угроза. — Ты не вернёшь их домой, пока я не скажу тебе сделать это.
Акме прикрыла глаза. Её сильно затошнило от страха и от мысли, что она оказалась в каком-то страшном сне. Она хотела поехать домой прямо сейчас. Ей навязывали то, о чём она никогда не мечтала, чего никогда не хотела и с чем никогда не справится. Ей не были нужны эти божественные узы крови. Она мечтала о свободе выбора, получении права на работу в больнице, независимости и о спутнике жизни, который понимал бы её и поддерживал. Она не хотела идти в Кунабулу, спускаться в Иркаллу и дарить Архею время ценой своей жизни или ценой жизни брата. Акме хотела выкрикнуть это, выплеснуть весь свой испуг в призрачное лицо Провидицы, но не могла раскрыть рта. Она оробела и возненавидела себя за малодушие и страх перед этими людьми.
Царица Авалара ласково улыбнулась и произнесла:
— Не беспокойтесь. На Трена и на его сыновей вы смело можете положиться. Им знаком долг. Ступайте, вам нужно рассеять ту тьму, которая нависла над вашими думами. Трен, ты, твой наследник, твой верный слуга и министр, останьтесь. Пусть кто-нибудь из солдат отведёт Рианоров во дворец, где они в отдыхе и покое дождутся вашего возвращения.
Кронпринц Дарон вышел отдать приказ, а брат с сестрой неторопливо и потрясённо последовали за ним.
— Акме! — позвала призрак, и девушка испуганно обернулась. — Я жду тебя.
Девушка почувствовала себя глупо: она ничего не поняла. Что именно они с братом должны были сделать в Кунабуле и действительно ли в них теплилась Сила Шамаша? Она не чувствовала никакой силы, только страх и смущение.
Перед глазами Акме вспыхнула и пропала картина безжизненных гор. Чёрной распахнутой бездной среди них зиял вход в огромную пещеру. Ночное небо над горами подсвечивал ярко-синий свет. Девушка вздрогнула от видения и поторопилась покинуть это зловещее место, не попрощавшись ни с Провидицей, ни с королём. Она выскочила из обиталища напугавшей её царицы, будто внутри полыхал пожар, и почти бегом направилась по тропинке прочь.
Здесь она столкнулась с Гаральдом, её испуганные глаза обратились к нему, лицо потеряло своё обычное выражение серьёзной задумчивости и стало столь потерянным и детским, что мужчина воскликнул, позабыв о приличиях:
— Акме! Что произошло?
Акме опустила глаза, силясь что-то произнести, но, нахмурившись и выдохнув что-то нечленораздельное, ещё быстрее направилась в сторону дворца за солдатом, которому было приказано отвести Рианоров в Нелейский дворец.
Гаральд пошёл за ней, но Аберфойл Алистер остановил его, сказав:
— Провидица желает, чтобы и ты присутствовал при разговоре.
В глазах молодого человека сверкнула ярость. Он мрачно взглянул на своего господина и молча направился к аваларке и своему королю, постоянно оборачиваясь на отдаляющуюся Акме, которая в нетерпении отшвыривала нависавшие ветки, заставляя уворачиваться позади идущего брата.
Через какое-то время Лорен догнал сестру, схватил за локоть и повернул к себе, прошептав:
— Акме, постой!
 
Девушка глубоко вздохнула и согласно кивнула, пытаясь справиться со своим страхом и волнением.
— Это не твоя судьба, — тихо проговорил Лорен, держа её руку в своей. — Тяготы пути, риск смерти, полчища чудовищ, древняя Сила… Она говорит, что мы должны разделить это вдвоём, но я уверен, что и сам смогу справиться. Несправедливо сваливать на тебя часть моего долга. Бог мой, да какого долга?.. Я трусливо бежал из Кибельмиды, так как побоялся взять на себя ответственность за девушку, с которой так отвратительно поступил. Ты не заслужила всего этого ужаса.
Какое-то время Акме испуганно разглядывала его, затем взяла себя в руки, глубоко вздохнула и выдохнула, чтобы успокоить надвигающуюся истерику. И сказала:
— Даже если Провидица ошибается, и толку от меня почти никакого, я не могу отсиживаться здесь или в Кибельмиде, пока ты идёшь в Кунабулу, подвергаясь опасности. Я — часть тебя не по её словам, а по праву своего рождения. И мы были едины кровью и духом всё время нашего с тобой бытия.
— Я не хочу так, — глаза Лорена были полны сострадания.
— Мне страшно, что не смогу выполнить предназначенное мне по праву моей крови. Но если ты окажешься Хранителем Архея, я буду твоим Хранителем, братец.
Лорен тихо горько усмехнулся и прошептал:
— Но кто будет твоим Хранителем?
— Мне не нужен Хранитель, я сама могу позаботиться о себе.
— Лучше бы ты оставалась дома, — вздохнул он.
Лорен вздохнул, поцеловал её в лоб, и они направились за солдатом, который терпеливо ждал их у развилки.
— Говорят, Провидица никогда не ошибается. Но она сказала, что ждёт тебя. Чего ей от тебя нужно?
— Не интересует, — Акме раздражённо повела плечами. — Я не хочу к ней ходить больше. Я боюсь её. Она посылала мне странные видения.
— Она — призрак, Акме. Она не выходит из своего обиталища, так как дневной свет обнаруживает призрачность её оболочки. Так сказал мне Трен. Как она может навредить нам?
— Уж Трену не стоит верить, особенно тому, что он говорит о ней, — фыркнула девушка. — Он ненавидит её, а она презирает его. Превосходный союз! Божественный Шамаш, потомки, предки, Сила!.. Чушь какая!
— Не торопись смеяться, — заметил Лорен. — Не зря те демоны охотились за тобой. Древние демоны, боги, Сила… Мы с тобой станем частью Истории.
— Нет, — грустно заметила девушка. — Мы с тобой являемся частью мифа. И через десятки и сотни лет люди, быть может, будут знать о нас, но они не будут верить в наше с тобой существование.
— Как ни посмотри, участь наша незавидна, — молодой целитель поджал губы. — Но я рад, что послужу во благо тем, кто будет жить после нас.
Акме вздохнула с напряжением и грустью. Атариатис тоже служил. Но для него всё закончилось чудовищно…
  
Глава 8. Карнеоласский принц
 
Когда среди парковых деревьев Лорен и Акме увидели стены Нелейского дворца, девушка облегчённо вздохнула и пошла быстрее, ей не терпелось выйти из этого парка. Захотелось оседлать коня, забрать Лорена и умчаться обратно в Кибельмиду. Пусть сами разбираются и с Кунабулой, и с Провидицей, и со всем остальным на свете.
Лорен направился проведать лошадей, а Акме решила невидимой тенью проскользнуть в свою комнату мимо слуг и сплетничающих придворных. У парадного входа царило оживление. Столпились нарядно одетые девушки. Они хихикали и восхищённо шептались друг с другом.
— Арнил!..
— Арнил!..
— Принц Арнил вернулся из Милара!..
— Ты видела, какой он элегантный!..
— Он мне улыбнулся.
— Он задел моё платье, когда проходил мимо!..
Она пыталась незамеченной прошмыгнуть мимо нарядных сплетниц, но затея её провалилась, и вслед ей кинулся шёпот:
— А это кто?
— Акидийка какая-то.
— Гостья короля. Они прибыли вчера вместе с братом.
— Брат — такой красавчик! Я его видела.
— Она даже не поздоровалась. Хамка!