Черный Маг Императора 18 (СИ)

Я надеялся, что если это так, то значит все-таки было какое-то доказательство его причастности к произошедшему. Иначе почему Громов увел его, а не меня, например, или кого-либо другого? Очень хотелось, чтобы этим доказательством были фотографии или видео.
Между тем, в школе строились самые разные догадки о происшествии. Например, один из вариантов был связан с графиней Лизой Карамзиной. Третьекурсница из багрового класса. Вроде бы Мишка увлекся ею, и чтобы доказать свою любовь, выкрал из архива редкую книгу с любовными признаниями великих магов древности.
  
Была еще одна, не такая смешная, но тоже странная. Будто Шуйский сделал это на спор, предметом которого было сто тысяч рублей. Правда с кем именно он спорил, было неясно.
Лично мне особую радость доставлял тот факт, что пока не было ни одной сплетни, в которой меня хоть как-то приплели бы к этой истории. Значит пока ни у кого вопросов ко мне не возникло. Вот будет здорово, если их не появится и в дальнейшем.
Впрочем, без персонального внимания ко мне со стороны полиции не обошлось. Мою комнату осматривал мой хороший знакомый майор Роман Иванович Воробьев, который потом же и беседовал со мной.
Зная, что все улики, которые можно было спрятать, я отнес в Берлогу, к обыску я отнесся абсолютно спокойно. Ничего подозрительного майор у меня не нашел. Лишь похвалил за порядок в комнате и нашел носок, который я как-то безрезультатно пытался отыскать. Правда теперь он был мне без надобности, но порядок есть порядок. По крайней мере, теперь я точно знал, что его не сперли завистники для каких-нибудь ритуалов.
Вопросы тоже были стандартные для подобной ситуации, как и ответы на них. Не видел… Не слышал… Крепко спал… Никого не подозреваю и о планах кого-то из учеников грабануть архив, тоже ничего не слышал…
Как-то так.
После всего этого Роман Иванович открыл окно в моей комнате, посмотрел вниз и вверх, затем пожелал мне всего хорошего в личной жизни и успехов в учебе, после чего ушел.
К обеду большей части учеников разрешили покинуть общежитие и все дружно ломанулись в столовую. Где еще можно спокойно обсудить с друзьями случившееся и поделиться сплетнями? Лучшего места не найти.
Шуйского на обеде не было и это меня радовало. Пока еще это не означало мою победу, так как дело еще не закончено и расследование, по большому счету, только началось. Однако это было большим и уверенным шагом к ней.
Ближе к концу обеда наконец-то объявился Градовский. Оказывается, призрак все это время торчал в кабинете Орлова и теперь радостно делился со мной последними новостями. В основном куча мелких подробностей, которые меня мало интересовали. С кем встречался Иван Федорович… О чем говорили… Что решили и всякое такое прочее.
Главное, я узнал о том, что видеозапись все-таки существовала, как я и предполагал. Едва я услышал об этом, как меня охватила дикая радость. Уверен, что на этот раз Шуйскому будет трудно выбраться из паутины, в которой я его запутал. Крысеныш…
Так как занятия нам на сегодня отменили, после обеда большая часть учеников уехала из «Китежа» в Белозерск. Остались лишь те ребята, кого еще не успели опросить, или у кого не было надобности куда-то ехать именно сегодня. Вот как у меня, например.
Завтра занятия с Чертковым, так что ехать к деду на несколько часов, а потом возвращаться назад, мне не очень хотелось. Только время терять. Будет лучше, если я вечерком вместо этого наведаюсь в Берлогу.
Для начала мне очень хотелось самому взглянуть на книгу, которую я взял во временное пользование. Интересно же посмотреть, как выглядит язык Темного Бога хотя бы в виде текста. Пусть даже непонятного мне. Заодно и Люфику нужно объяснить задачу.
Очень хотелось попасть в Берлогу поскорее, однако исчезать из своей комнаты пока здесь полиция, просто верх идиотизма. Поэтому я лежал на кровати, листал книгу про создание артефактов-сосудов, которую дала мне Островская, и изнывал от скуки.
Пользуясь тем, что уроков все равно нет, можно было бы заняться танцами, чтобы не тратить на них драгоценный вечер, но и это было невозможно. Лешка с Кречетниковой уехали в Белозерск, Урусова тоже свалила вместе со своими подругами.
Спас меня Эмир Михайлович Голиков, который позвонил мне ровно в пять часов вечера и поинтересовался, какого черта я до сих пор не у него.
— Так уроки же отменили… — растерянно сказал я, удивившись его звонку. — Я думал, что…
— Индюк тоже думал, да в суп попал. При чем здесь уроки и мои занятия, Темников? — строго спросил он. — Давай бегом. Жду тебя пятнадцать минут, не больше.
Радуясь тому, что нашлось занятие поинтереснее, чем без дела валяться в постели, я мигом оделся и пулей полетел к главному корпусу, где меня ждал Голиков.
Отчитав меня за разгильдяйство и несерьезное отношение к делу, Голиков заставил меня выстроить несколько Ледяных Стен в самых причудливых формах. После того как я с легкостью выполнил все его требования, Эмир Михайлович наконец сменил гнев на милость.
— В следующий раз решишь сам себе отменить занятие, будешь до утра Ледяные Стены строить, — предупредил он меня.
Я пообещал, что впредь такого не повторится, и мы принялись за дело. Сегодня меня ждало новое заклинание — Заморозка. Теперь мне стало понятно, зачем Голиков притащил две бутылки с водой, одна из которых была пластиковой, а другая стеклянной.
Поначалу я, как и в случае с Ледяной Стеной, немного недооценил суть нового заклинания и возможности, которые оно дает. Да, замораживать что-то или кого-то это, конечно, здорово. Особенно при высоком навыке обучения, но не всех можно прикончить Заморозкой.
— Максим, не о каждом стихийном заклинании нужно думать только с точки зрения причинения вреда, — сказал Эмир Михайлович, после того как расспросил меня, что я думаю о новом заклинании. — Некоторые несут и практическую пользу.
Он поставил на снег бутылки с водой, а затем по очереди превратил их содержимое в лед. При этом стеклянную бутылку разорвало на части, а пластиковая надулась как шар.
— Вот видишь, бывают моменты, когда тебе нужно уничтожить бутылку, а Заморозка дает тебе один из вариантов решения, — объяснил он свои действия. — А иногда случается так, что тебе требуется изменить форму… Со временем ты научишься справляться со своими задачами разными способами, но у любого хорошего мага таких способов должно быть много. Если, конечно, он сам себя таковым считает.
Голиков вновь посмотрел на единственную оставшуюся бутылку и лед в ней опять превратился в воду, а пластик принял прежнюю форму. За что я любил занятия с Эмиром Михайловичем, так это за его умение подойти к уроку с нестандартной стороны. Вот как сейчас, например.
— Для того, чтобы преодолеть реку, каждый маг возьмет свой инструмент, — продолжил он. — Знающий левитацию — перелетит, способный к плаванию — переплывет, умеющий ходить по воде — перейдет через нее.
— А знающий Заморозку создаст себе мост из речной воды, — сказал я.
— Ну вот, ты уже кое-что начинаешь соображать, Темников, — улыбнулся Голиков. — Стоило всего лишь на минутку включить мозги. Мыслишь правильно, но сегодня мы с тобой реки переходить не будем. До этого тебе еще придется хорошенько поработать. Для начала попробуем превратить эту воду в бутылке в лед. Сможешь?
— Давайте попробуем. Я думаю, это легко, — предположил я и спросил. — Как выглядит заклинание?
В этот момент в кармане Голикова зазвонил телефон. Он нахмурился, вытащил его из кармана, посмотрел кто звонит и ответил:
  
— Слушаю вас, Иван Федорович, — сказал он и посмотрел на меня. — Да, со мной, у нас индивидуальное занятие. Хорошо, передам.
Голиков отключился, убрал звук на телефоне и спрятал его обратно в карман.
— Орлов попросил, чтобы ты зашел к нему после занятия, — сказал он. — Теперь давай вернемся к занятию. Формула Заморозки выглядит вот так. Даю пять минут на то, чтобы запомнить.