Черный Маг Императора 18 (СИ)

Павел Петрович очень увлеченно рассказывал про это место. Сразу было видно, что он его очень любит и трепетно относится к своему делу. Все это лишний раз подтверждало, что Романов сделал правильный выбор и Воронова попала в хорошие руки.
Однако, рано или поздно все заканчивается. Подошло время и Софье собирать свои вещи, о чем ей мягко намекнул Голицын. Скрябин сказал, что в ее распоряжении час, так что она может не торопиться, чтобы не забыть что-нибудь важное.
  
Я зашел к ней в комнату минут через сорок. Решил спросить, не нужна ли моя помощь, ну и заодно посмотреть, как она там. Дверь была приоткрыта, поэтому стучать я не стал. Оказалось, что к этому времени Воронова уже давно собралась, а теперь просто сидела на кровати и смотрела в окно.
— А, это ты… — улыбнулась она, когда я тихо закрыл за собой дверь. — Что, уже пришло время выезжать?
— Да нет… Я просто…
— Понятно… Ну молодец, что зашел, поможешь сумки до машины донести. Целых три штуки получилось, представляешь? — сказала она и вдруг рассмеялась. — Прямо как в сказке. Явилась с одним узелком, а уношу кучу сумок. Так это ведь я еще не все собрала. Весенние вещи мне пока ни к чему. Не будет же меня князь там до весны держать, как думаешь?
— Уверен, что нет, — твердо сказал я, при этом не имея ни малейшего понятия на сколько это все может затянуться. — Думаю, очень скоро мы с тобой увидимся.
— Я тоже так думаю, — кивнула она. — Заодно и зеркало исследуем, которое ты мне в прошлый раз из Москвы привез… Правда я в него заглянула одним глазком, но чисто из любопытства. Обещала же вместе, значит вместе.
Только сейчас я заметил, что на столе лежит то самое истинное зеркало, которое я ей привез. За все эти дни у меня так и не нашлось времени сходить в него. Блин…
— Сходим обязательно, — пообещал я. — Даже не в одно. Я постараюсь тебе еще парочку достать. Каких-нибудь самых лучших, древних как мамонты.
— Таких не бывает, — усмехнулась она. — Но все равно спасибо. Ну что… Время прощаться?
Долгого поцелуя не вышло. Так… Какие тут поцелуи, если у нее глаза на мокром месте? Да и меня тоска разбирала. Зараза… Я думал, что как-то оно полегче все будет происходить, но нет…
Я помог Софье с сумками, затем мы попрощались со Скрябиным, который поблагодарил нас за прекрасный ужин и интересный вечер, а потом они уехали. Голицын убыл чуть позже, на второй машине. Задержался, чтобы сказать нам несколько слов перед отъездом.
Например, о том, что какое-то время Воронова будет не на связи. Какое именно, он пока не знает. Решение будет принимать лично Скрябин. Ну и почему все так строго, Василий Юрьевич тоже не имел ни малейшего понятия. Всем этим заведует биомаг. Единственное, о чем с уверенностью сказал на прощание глава тайной канцелярии, что беспокоиться не о чем и все будет хорошо. Что тут скажешь… Нам больше ничего и не оставалось…
После того как все уехали, дом как-то сразу опустел. Очень необычное и неприятное чувство. Такого у меня никогда не было. От меня еще никто из близких не уезжал до этого момента. Разве что отец, когда оставил меня в «Китеже» после разговора с Орловым, но то совсем другое…
Дед тоже был в паршивом настроении, хотя старался не показывать мне вида. Оставлять его одного я не хотел, поэтому решил, что в школу этим вечером возвращаться не буду. Можно было бы успеть до начала комендантского часа в общаге, но эту ночь будет лучше провести у деда.
Единственными, кто не особо расстроился от того, что произошло, были коты. Эти двое как угорелые носились друг за другом по дому, сбивая нас с дедом с ног и мешая убирать со стола. Дело закончилось очередной разбитой вазой, которая свалилась с тумбочки, когда Пират врезался в нее всем своим телом. Парочка бездельников…
Заснул я уже глубокой ночью. То мысли всякие в голову лезли, то Градовский со своими историями… Под его бормотание я и заснул. В этот момент он как раз начал мне рассказывать про историю Кубика Судьбы. Вот же скукотень… Хуже может быть только лекция по истории…
Дед разбудил меня рано. Еще даже светлеть не начало. Понятное дело, надо же было успеть привести себя в порядок, позавтракать, да еще при этом не опоздать на первый урок.
Какое-то время я еще поспал в такси по пути в «Китеж», но все равно приехал в школу злой, невыспавшийся и с головной болью. Терпеть не могу с раннего утра ломиться в «Китеж»… Всегда спешка и хреновое настроение… Именно поэтому я всегда старался попадать в школу с вечера.
Да и вообще день не задался. К урокам не подготовился, поэтому получил несколько замечаний от преподавателей за свое невнятное блеяние. Ну а как вишенка на торте — схлопотал от Щекина отработку на последнем уроке. За то, что не подготовил ему доклад о взаимодействии икринок синей жабы и капель росы, взятых с живых деревьев.
Честно говоря, я и забыл про этот дурацкий доклад. Дался он ему? Однако Компонент был на этот счет другого мнения, поэтому про доклад не забыл и дал мне время до завтрашнего утра. Иначе одна отработка превратится в несколько, а в том, что именно так и будет, я даже не сомневался.
Эх… Придется сегодня тащиться в подземную оранжерею и заниматься докладом… Злить Щекина дело неблагодарное. Каким бы любимчиком я у него не был, а наказания он выпишет в полной мере. Даже больше, чем другим, зная о моих талантах. Хорошо хоть, что сегодня он разрешил мне не являться на заседание «Арканума», иначе когда бы я успел доклад ему сделать? Ночью разве что…
— Темников, ты чего такой мрачный? — перехватила меня в школьном коридоре Островская, когда я брел со своими мыслями к выходу. — Что-то на тебя не похоже. Неужели замечание схлопотал?
В отличие от меня, Виктория Артемовна была в прекрасном настроении.
— Я из-за замечаний так не расстраиваюсь, — ответил я и это было чистой правдой.
— Вот и я говорю, что на тебя не похоже, — она наклонилась чуть ближе и понизила голос. — Тогда могу предположить, что на личном фронте проблема? У молодых людей в твоем возрасте любое слово может вызвать целую трагедию. Если хочешь, я могу поговорить с Урусовой…
При чем здесь княжна? А… Ну конечно… Она же видела меня, когда у них закончилась йога… Да и вся школа об этом говорит… По правде говоря, я уже и забыл об этом.
— Нет, спасибо, Виктория Артемовна, — поблагодарил я ее. — Я как-нибудь сам.
— Ну смотри, если что, обращайся, не стесняйся, — подмигнула она. — Ладно, не унывай, все будет хорошо. Хочешь, я тебе немного настроение улучшу?
— Чем это? — спросил я, очень сомневаясь, что у нее на самом деле получится это сделать.
— Я отколола два отличных осколка от твоего магического кристалла, — сказала Островская. — Так что готовься. В следующий вторник я отменю «Артефакториум» и будем заниматься созданием артефактов-сосудов.
— О! Вот это хорошая новость! — обрадовался я.
Наконец-то я смогу создать для себя артефакт со Смертельной Тенью и избавиться от необходимости все время проверять, активировано заклинание или нет.
— Вот видишь, как легко улучшить тебе настроение! — улыбнулась она. — Только ты к этому времени позаботься о подходящих сосудах и изучи еще раз материалы, которые я тебе дала. Там все довольно подробно расписано. Я знаю, ты парень смышленый и, наверное, уже все давно прочитал, но повторение еще никому не мешало.
— Само собой, Виктория Артемовна. Все будет готово, не беспокойтесь, — заверил я ее.
На самом деле ничего повторять мне надобности не было. Книгу, которую она мне дала, я уже освоил. Не всю, конечно, но нужный мне материал выучил очень хорошо. К этому времени я уже решил, что именно выберу для сосудов, и остановился на браслетах. Самый удобный вариант. Это считается даже модным. Нарышкин точно оценит.
  
После разговора с Островской настроение немного улучшилось. Хоть один светлый лучик в этот мрачный день. Правда теперь нужно будет подумать о втором заклинании, которое я хотел бы заложить в артефакт. Серебро у меня уже есть, так что надобность в Барьере отпала. Зачем мне два одинаковых защитных артефакта?