Шарлатан IV (СИ)
Хорошо, когда под рукой есть комп с базой данных и программы, позволяющие информацию из базы достать — так что на следующий день я узнал много нового и интересного. Ворсменские заводы уже почти четыре года выпускали (в основном на нужды области, хотя и в другие места поставлялись) комплектные энергоустановки по тысяче сто двадцать киловатт. Их пока вроде не особо много делалось, но в базе вся информация хранилась — и оказалось, что только в Горьковской области их уже две сотни с лишним где-то стоит. И чуть меньше тысячи установок от пятисот до ста двадцати киловатт, а общая мощность таких сельских электростанций (включая и несколько «могучих ГЭС») немного даже превышает пятьсот мегаватт. Но вот КИУМ сельских электростанций, даже не взирая на то, что от них записывались и фермы, и разные мастерские и даже заводики, едва дотягивал до двадцати четырех процентов! Тепло с этих станций, конечно, зря не пропадало, им много чего отапливалось — а вот насчет электричества было несколько странно. При том, что почти все эти электростанции были уже объединены в единую сеть, которой управляла Центральная межрайонная диспетчерская. И благодаря этому все же заводы в области (те, что в городах работали) с дефицитом электричества все же не сталкивались — но каждые сутки почти все эти сельские станции по четырнадцать часов просто грели окружающий воздух!
Теоретически лишние мегаватты можно было бы куда-то в другие области перенаправить, но практически такой возможности просто не существовало. Да, все станции были синхронизированы, все проводами соединены — но сеть-то была именно «межрайонной», точнее, даже две отдельных сети были — на правом берегу Волги и на левом. Причем и напряжения в этих сетях были разными: на левом берегу линии были десятикиловольтными, а у нас — шкстикиловольтными, ну, так «исторически сложилось». И эти сети нигде вообще не соединялись с магистральными государственными ЛЭП, они даже в сам Горький не заходили! И даже не левый берег Оки шла одна линия: в Тумботино через реку по дну был кабель проложен.
По всему выходило, что если сельские электростанции только у нас в области загрузить хотя бы по восьмидесяти процентов, то вот уже триста мегаватт буквально из ниоткуда появятся, а ведь областей-то только в РСФСР было много! Я смотался в Ворсму, зашел на завод, покопался в архивах: только эти три завода успели изготовить энергетического оборудования почти на гигаватт мощности, а ведь «малой энергетикой» не только в Ворсме занимались. Я слушал, что и где-то в Белоруссии подобное производство имелось, и воде бы в Барнауле что-то похожее делалось…
Заодно я выяснил, что в Ворсме умеют делать и паровые турбины (с котлами) мощностью в три с половиной мегаватта: это по согласованию с МПС (которому в Калуге турбины делать перестали из-за перегрузки заводских мощностей) их производство наладили: товарищ Бещев такими электростанциями (с собственными «МПСовскими» генераторами) электрифицировал станции в Сибири и на Дальнем Востоке. А Ворсма — если в расширение заводов, точнее, в их модернизацию, вложить еще десяток миллионов всего — сможет ежесуточно по одному мегаваттнику выдавать на-гора и раз в неделю — комплект для трехмегаваттной станции, правда, без генераторов. Я еще пообщался я инженерами комбината в Ворсме, причем «в теплой дружественной обстановке» общался, все же комбинат-то так и оставался «имени меня», и спустя еще пару недель завалился в гости к Зинаиде Михайловне.
— И зачем ты меня от работы отрываешь, потомок гиены и ехидны? — она с большим подозрением посмотрела на довольно толстую папку с бумагами, которую я держал в руках. — Денег у меня нет и не ожидается, по крайней мере до конца года так точно не ожидается. А ты, между прочим — мне Наташа Резникова сказала — еще по тратам на свой балалаечный завод не рассчитался.
— Так мы же вроде договорились к зиме? К зиме точно уже рассчитаюсь, но я вообще не за этим пришел. Ради таких грошей стал бы я столь уважаемую женщину от дела отрывать?
— Это верно, ты всегда приходишь миллиарды выпрашивать. Ну, рассказывай, даю тебе пятнадцать минут, даже десять — нечего тебя баловать. Итак, сколько? Ответ: нет и пошел вон.
— Да я вообще не за деньгами пришел. Просто сидел я, думал обо всяком, и вот что подумал: непорядок это, что такая многоуважаемыя женщина, как вы, ходит как последняя оборванка без золотой звездочки на лацкане. И решил, что если Зинаида Михайловна такую звездочку к следующему лету не получит, то это будет вообще вопиющей несправедливостью. Кстати, Ю Ю тоже придерживается такого же мнения, так что вы к телефону не тянитесь.
— Вот был болтуном… ладно, все же пятнадцать минут, слушаю.
— Сначала давайте посмотрим вон на эту карту. Вот тут, возле Новинок, я имею в виду как раз Новосельцевские Новинки, если вглубь истории копнуть, мы можем построить небольшое такое водохранилище, совсем небольшое, гектаров на тридцать и глубиной метров в пять.
— А я знала, что когда-нибудь ты окончательно спятишь, только законченный псих будет строить водохранилище на… Так, сколько тут до Оки?
— Сто с лишним метров по вертикали.
— Не, все же не спятил еще. То есть не совсем спятил: там хоть ручей-то какой есть? Я мимо сколько раз проезжала, но вроде не замечала.
— Нет ручья, но он нам и не нужен. А вот что нам точно нужно, так это ваши знания и умения управлять… я думаю, ваше прежние знания и умения управлять предприятиями КБО. Потому что нам потребуется очень много столбов бетонных для строительства ЛЭП на сто киловольт, изоляторы опять же, потом трансформаторы, еще кое-что по мелочи.
— Кончай трепаться, время выходит, так что сразу к выводам переходи.
— В области малых электростанций на пятьсот шестнадцать мегаватт, и работают они с КИУМ меньше двадцати четырех процентов, хотя могут до девяноста выдавать. Если — теперь вот на эту карту посмотрите — эти электростанции двадцатикиловольтными линиями объединить вот в такие кусты, а потом к Новинкам от узлов пробросить уже ЛЭП киловольт по сто, то в Новинках у нас получится… теоретически получится ГЭС мощностью уже мегаватт под семьсот. И мегаватты эти она будет выдавать тогда, когда в сети будет пиковая нагрузка, а в мирное сплюшечное время она будет повышать КИУМ всех электростанций путем закачивания воды из Оки в верхнее водохранилище.
— Выглядит красиво. Ты предварительные сметы принес?
— На все, кроме самой ГЭС с водохранилищем, вот, на досуге посмотрите. Нам потребуется для начала семьдесят пять тысяч столбов по двадцать четыре метра, около двадцати тысяч столбов по двадцать семь, трансформаторов повышающих шестьсот двадцать две штуки…
— Я грамотная, сама почитаю. Семьсот, говоришь, мегаватт пиковой мощности?
— Если пик считать десятичасовой, то тут и на гигаватт можно замахнуться…
— Мальчик, иди-ка ты… к Резниковой, пусть она тебе разбросает загрузку бетонных заводов.
— Она не разбросает, водохранилище целиком бетонировать придется, и у меня уже есть предложения, как нам хотя бы тут сэкономить процентов пятьдесят на цементе.
— Пусть столбы просчитает и разбросает.
— И снова повторю: не разбросает, ей разбрасываться нечем, нет у нас заводов, которые столько столбов изготовить смогут. Да, смета на типовой завод в приложении четвертом…
— А ты, когда ко мне пришел, ухи воском залепил? Я же тебе сказала: денег нет!
— Это вы их залепили, не иначе: я же сказал: пришел не за деньгами. Через неделю, даже меньше, в следующий понедельник открывается ярмарка в Лейпциге. На взятки устроителям я деньги найду…
— Так, а взятки-то зачем?
— Это на крайний случай: если наши там провалятся с треском, я за взятку хоть какую-то медальку с них выпрошу — а потом везде на балалайках наших буду писать, что они эту медаль получили в далекой и страшной загранице…
— Мне даже интересно стало: что ты там выставлять собрался? То есть что, я знаю, а вот как… А раз я без отпуска уже четвертый год, причем из-за тебя, то все же в этот раз отдохну, как раз в Лейпциге. И если мне там не понравится…