Измена. Вернуть любовь (СИ)

Молча кивает. Берёт со столика пачку сигарет и крутит её в руке.
— Она не очень хорошо приняла информацию о нашем расставании, — всё-таки признаётся.
Мне жаль её. Радости нет совершенно. Наоборот, ощущаю себя конченой сукой, из-за которой Катя потеряла любимого мужчину.
— Яна, прекрати!
— Что? — поднимаю брови и прикусываю нижнюю губу.
— Я знаю все твои мысли. Прекрати винить себя. Ты тут ни при чём. Мы всё равно бы расстались, это было дело времени. То, что произошло это сейчас даже лучше. Я больше не буду впустую тратить её время и давать ложные надежды на будущее.
— Мне просто всё это неприятно.
— Понимаю. Женская солидарность и всё такое.
— Глеб!
— Ян, хватит думать обо всех вокруг, кроме себя. Давай будем счастливы здесь и сейчас.
— Насчёт нас, я ещё не знаю… Прости, — касаюсь его руки. — Прошу, только не злись.
— А я буду злиться, — кивает он и убирает руку, чтобы коснуться моего лица, провести пальцами по волосам, дотронуться тыльной стороной руки моей ключицы. — Дам тебе время. Но немного, потому что я уже на грани. И буквально сейчас еле сдерживаюсь, чтобы не наброситься на тебя и не затрахать до потери сил.
— Глеб! — багровея, надуваю щёки и осекаю его.
— Иди сюда, — манит к себе на колени.
— Нет!
— Уверена? Больше не предложу, — склоняет голову набок, приподнимая уголок губ так, что показываются белые краешки его зубов.
— Ты сейчас на клыкастого хищника похож.
— Так и есть. Хочу тебя сожрать всю! — рычит и всё же притягивает меня к себе.
На следующее утро просыпаюсь в обнимку с Мироновым и от этого так спокойно на душе. Лежу, боясь пошевелиться и разбудить его. Осторожно поглаживаю по руке.
— С Добрым утром! — сонно бормочет через какое-то время. Потягивается и упирается в меня эрегированным членом. — Тут кое-кто тоже хочет пожелать тебе доброго утра, — смеётся и кладёт мою руку на свой каменный ствол.
— Он красивый, — еле слышно шепчу.
— Кто? — Глеб, приподнимаясь на локте, спрашивает с непонимающим выражением на лице.
— Ну, он, — показываю глазами вниз. — Твой…
— Мой?
— Глеб, ну ты же понимаешь о чём я.
— Ага, но так хочу, чтобы ты озвучила. Яна, ты когда стесняться меня перестанешь?
— Никогда, наверное.
— Мне нравится твой ответ. Никогда звучит, как вечность, — шепчет у самого уха, призывая стадо мурашек сорваться и разбежаться вниз по руке до самых кончиков пальцев.
После завтрака наспех собираемся и выезжаем с базы. Сидя в машине, бросаю взгляд в сторону реки и качели. Это место, мне точно не забыть.
— Яна, я знаю, о чём ты думаешь, — посмеивается гад.
Всё то он знает. Умник.
— Лучше молчи, Миронов.
— Как прикажете, моя королева.
Мне так нравится, каким он стал. Более открытый и спокойный. Только сейчас я замечаю все глобальные изменения, произошедшие в нём.
— Ты мог бы завезти меня к родителям? Мы же всё равно будем мимо их городка ехать. Буквально на пару часов.
— Без проблем. В магазин заедем, к чаю что-нибудь взять?
— Угу. Спасибо, Глеб.
В магазине недалеко от дома родителей покупаем конфеты, пирожные, колбасу, сыр и фрукты.
Он проводит меня до квартиры и разворачивается, чтобы уйти, но я легонько беру его за рукав куртки.
— Останься, — прошу тихим голосом.
— Уверена?
— Да. Будь со мной, — произношу и эта фраза сейчас самая важная на свете. Доказывающая в первую очередь мне, что я хочу попробовать всё сначала.
Глеб замирает с приоткрытыми губами, но его зубы стиснуты. Затем закусывает нижнюю губу и с шумом выпускает воздух. Смотрит с таким жаром, что, кажется, стены вокруг, начали плавиться.
Давлю на кнопку звонка и через пару секунд слышу за дверью шаги. Мама открывает дверь и ошарашенно смотрит на нас.
— Вы? Но как?
— Добрый день, Тамара Игоревна, — Миронов говорит первым.
— Привет, мам, — беру его за руку, чем ещё больше её шокирую и шагаю в квартиру.
— Здравствуйте…
— Ма, поставь чайник, пожалуйста, а я поздороваюсь с папой и познакомлю его с Глебом.
Если до этого в шоке была только мама, то теперь и Миронов. Идёт за мной как на деревянных ходулях.
  
— Ты чего? Боишься, что ли? — спрашиваю с хитрым прищуром.
— Не дождёшься, — тут же отбивает, делая непринуждённое, пофигистичное лицо.
— Ну-ну.
Папа был очень рад мне. Да и на Глеба отреагировал очень позитивно, правда странно смотрел на меня, когда представляла Миронова. А уж как Глеб с ним общался и как вёл себя в ответ папа. Словно они давно знакомы. Поразительно.
— Виктор Иванович, вы как? Сами дойдёте до кухни или вам помощь требуется? — бойко, не смущаясь, спрашивает он отца.
— С-сам, — отвечает папа, а я удивляюсь, откуда Глеб понял, что папа может теперь сам дойти. Хотя, наверное, обратил внимание на поручни и догадался, он же очень внимательный.
И всё равно, встаёт первым и подаёт руку моему отцу, чтобы тому было легче встать.
— Ну вот, так-то лучше.
— Глеб, ты… ты просто… Спасибо, — говорю дрожащим шёпотом с безмерной благодарностью.
Поначалу разговор не очень клеится, но потом Миронов начинает спрашивать про здоровье отца. Что удивительно, слушает маму с таким интересом и вниманием, будто его действительно это волнует. Интересуется и её здоровьем. Хвалит еду. А порой я ловлю, как между ними идёт немой разговор. Что это? Мне кажется? Или правда что-то было, чего я не знаю? Бред! Глеб ведь видел мою мать последний раз, наверное, лет пять назад.
— Кхм, — откашливается мама в кулак и смотрит на меня. — Яна, правильно ли я понимаю, что теперь вы с Глебом вместе? Вы в отношениях?
Еда моментально встаёт поперёк горла каменным комком. С силой проталкиваю его по горлу в желудок и делаю глубокий вдох, бросаю испуганный взгляд и отчаянно мотаю головой.
— Нет! — резко обрубаю. — Нет, я просто устроилась в фирму, оказывающую бухгалтерские услуги, и так получилось, что нашим клиентом стал Глеб. В общем, я сейчас его подчинённая… вроде как… — заканчиваю растерянно и только сейчас решаюсь посмотреть на него.
Но лучше бы я не видела этот взгляд…
  
Глава 36
 
Яна
— Глеб, ты так и будешь молчать? — спрашиваю спустя двадцать минут, как мы едем в сторону нашего города.
— А что ты хочешь от меня услышать? — спокойно отбивает, но я то знаю, что кроется за этим притворным безразличием.
— Ты надулся из-за моих слов о том, что я просто твоя подчинённая?
— Ага.
— Ну, хотя бы честно. Но что я ещё могла сказать? У нас с тобой нет отношений, я сама ничего пока не знаю.
Машина со свистом тормозит, Глеб включает аварийку и прижимается к обочине.
— Зато я знаю! Яна, прекрати ебать себе мозги! И мне заодно. Что ты ещё не знаешь? Всё, очевидно, как ясный день! И да, у нас уже с тобой отношения, — рычит на полукрике. — Ты могла просто сказать матери, что мы, я не знаю, пробуем начать отношения или ещё как-то, а так я хуй с горы какой-то. Молодец, девочка!
— Не хуй, а коллега… руководитель. Это разные вещи, — тихо говорю и отворачиваюсь к окну.
— Окей, буду надеяться, что мой статус изменится на знакомого, потом на друга, потом, возможно, на парня. Ты главное — не затягивай, ладно? — высекает с издёвкой в голосе, вновь заводит двигатель и машина плавно трогается.
— Мы снова поругались.
— Выходит, так.
Прошу Глеба высадить меня у метро, и на удивление он со мной не спорит. Пожимает плечами, останавливается и высаживает около станции.
— Пока, Глеб.
— Не пока. До встречи.
Закрываю дверь, и Porsche мгновенно срывается с места, а через пару секунд уже теряется в потоке машин. Я так и стою, всматриваясь вдаль. Уехал. Не знаю, что со мной, но тело будто приросло к асфальту, налилось тяжёлым свинцом, и мне не сдвинуть его.
Наконец-то, спустя пару минут, мне удаётся оторвать взгляд от дороги. Чувствуя внутри укол сожаления, я разворачиваюсь и тут происходит неожиданный поворот событий. За спиной оглушающе свистят колёса, а я, даже не успев, повернуться обратно, уже знаю кто это. И в моей груди распускается тысяча полевых цветов. Поворачиваю голову и вижу, как Миронов выскакивает из машины и, не закрыв со своей стороны дверь, несётся ко мне через дорогу игнорируя все инстинкты самосохранения.