Ложь между нами (СИ)
После работы Николай везет меня в отель. По-хорошему, нужно было отправить этот «презент» назад его нанимателю, а самой поехать в квартиру. На крайний случай — прямо из офиса вызвать полицию и войти в дом вместе с участковым. Но за сегодня случилось так много всего, что моя нервная система сказала: «Хватит» — и потребовала ужин в уютном номере с видом на Неву.
Вместо себя я посылаю в квартиру парочку крепких водителей и Алексея. Чтобы не чокнуться, запрещаю себе думать о чужих людях у меня дома. И к ужину заказываю вино.
Возможно, пить сейчас не самое хорошее время, только что-то подсказывает: лучше уже не будет.
Спустя полчаса новости от Алексея подтверждают эту мысль. В квартире действительно кто-то был. Но не вор, а вандал.
— Шкатулка с украшениями на комоде. Там золото, какие-то кольца с камнями, — рассеянно перечисляет зам. — Ноутбук тоже здесь. Закрыт. Вроде бы цел.
— Значит, имущество их не интересует. — Делаю щедрый глоток из бокала.
— А в остальном... Я вам лучше фотографии сейчас отправлю.
— Бардак? — догадываюсь я.
— Или что-то искали, или у кого-то крыша поехала. Перевернули все вверх дном. Даже подушки вспороты. И...
— Ясно, — обрубаю Алексея. — С фотографиями не торопись. Сегодня я все равно смотреть не буду. Лучше вызови полицию. Пусть попробуют найти отпечатки.
— Уже. Скоро должны подъехать.
— Отлично. Держи меня в курсе. — Не дожидаясь, когда Алексей «обрадует» чем-нибудь еще, спешу закончить разговор.
После звонка на душе паршиво. Ужин не лезет в горло, от вина воротит. И даже горячая ванна с ароматной пеной не помогают расслабиться.
Ночь проходит примерно так же, как и вечер. Считая баранов, я ворочаюсь с боку на бок. Пару раз встаю и смотрю в окно на город.
Утром в зеркале отражается кто-то мятый и сонный. С синевой под глазами, опухшим лицом и бледными губами. Совсем не железная бизнес-леди, какой меня привыкли видеть подчиненные и партнеры. И уж точно не соблазнительница престарелых акционеров.
Из-за последнего хочется смеяться.
Не нужно быть гением, чтобы понять, зачем Пекарский назначил встречу в ресторане. После развода он дважды подбивал ко мне клинья. То заваливал комплиментами и цветами, то намекал на помощь «в любой, даже самой нестандартной ситуации».
Жаль, я раньше и предположить не могла, что он лично организует эту самую нестандартную ситуацию.
Осталось лишь выяснить размах! Именно с этой мыслью собираюсь на работу и по дороге прошу Арину купить мне платье.
***
Из букв «ж», «о», «п», «а» сложно получить что-то похожее на «счастье». Эту истину я знаю уже давно, однако сегодня фраза звучит особенно актуально.
Несмотря на усилия юриста, проблемы с таможней превращаются в катастрофу, и в офисе все сильнее нарастает тревожная атмосфера. Чтобы хоть ненадолго удержать коллектив от паники, мне приходится раздавать новые указания и заставлять вкалывать без перерыва на обед.
В итоге к концу рабочего дня все выжаты как лимоны. От усталости никто больше не интересуется судьбой арестованных водителей. И разговоры о проверках наконец стихают.
Впору праздновать маленькую победу. Однако звонок Германа рушит мою веру в себя, как ветер карточный домик.
— Я нашел для тебя спонсора, — радостно сообщает друг. — Один из банков готов дать кредит под залог акций.
— Они спонсируют весь контрольный пакет?
— Да. И оставят тебя в должности директора.
— Похоже на сказку. — Я кошусь на часы.
До встречи с Пекарским всего час. Если у меня будет спонсор, то никакие акционеры больше не страшны. Банк не позволит назначить управляющего.
Безумно хочется поверить, что это возможно. Только не в моем положении верить в чудеса.
— Сказки не мой профиль. Все получится, — устало отвечает Герман.
— И когда можно будет подписать бумаги?
— Не так быстро! Вначале банк направит своего аудитора, проверит балансы за последние годы и сделает запросы в налоговую. Насколько я знаю, у тебя все в порядке. Так что неделя или две точно понадобятся.
— А если не все в порядке? — Изо всех сил сдерживаю нервный смех.
— Ну, идеально ни у кого не бывает. Какие-нибудь мелочи всплывают у всех. Это не критично.
— А если не мелочи?
— Диана?..
— Герман, у меня Марк в реанимации. В фурах на границе нашли контрабанду. Акционеры... — Облизываю пересохшие губы. — Они хотят назначить временного управляющего. И тогда я потеряю компанию.
— Что?!
— Все очень плохо.
Запоздало вспоминаю еще и о квартире. Если бы не Николай, вероятно, сейчас я лежала бы где-нибудь недалеко от Марка.
— Ты не шутишь? И Шаталов, и фуры, и акционеры — одновременно?
— Хотела бы пошутить, но нет.
— Проклятие...
— Так как, твой банк все еще сможет выдать мне кредит?
Времени до встречи с Пекарским все меньше, а шансы выпутаться без последствий все призрачнее.
— Диана... — Герман откашливается. — Прости.
— Можешь говорить прямо.
— То, что ты описала... В такой ситуации поможет лишь чудо.
Глава 11
Глава 11
Всю дорогу до ресторана прокручиваю в голове слова Германа. Так себе мотивация. Скорее — «Привет, депрессия!» К несчастью, в отличие от прежних провальных периодов сейчас я даже на нее не имею права.
Нужно как-то выкрутиться: спасти водителей от тюремного срока, остальных работников — от сокращения, а меня саму — от позора перед бывшим мужем.
Ничего связанного с женским счастьем, молодостью и любовью. Какой-то бизнес-план для ломовой лошади. Чуждый для меня прежней — выходя замуж, я хотела детей и семью — и обыденный для настоящей Дианы Шаталовой.
Судьба как-то незаметно свернула не туда. Когда я только успела так измениться? В голове десятки вопросов. Однако Николай останавливает джип возле ресторана, и резко становится не до размышлений.
Как и следовало ожидать, Пекарский уже ждет за столиком. Стоит подойти поближе, он встает и галантно отодвигает стул. Здоровается:
— Приветствую, Диана. Вы сегодня особенно хороши.
Холодная мужская ладонь словно случайно скользит по моей спине от лопаток до бедер.
— Здравствуйте. — Вздрагиваю.
— Такая красивая и умная женщина. Редкое сочетание, — рассматривая меня, довольно цокает языком Альберт Борисович.
— Умная, потому что согласилась встретиться?
Все, что мне нужно, — это информация. Ее легче обменивать на откровенность.
— Прямота — редкое качество для женщины, — кивает Пекарский и наконец возвращается на свое место.
— Очень надеюсь, что она будет взаимной.
— Я уже говорил вам, Дианочка, ваш муж идиот, раз упустил такую женщину. Вас нужно лелеять, баловать и оберегать от любых проблем.
— И как угроза собранием связана с вашей потребностью оберегать меня от проблем? — Несмотря на острое желание вылить на Пекарского содержимое вазы вместе с розами, я растягиваю губы в улыбке и беру из рук официанта папку с меню.
— Ну что вы, дорогая моя, разве я угрожал?
Удивление на оплывшем лице настолько фальшивое, что даже смотреть противно.
— Проблемы на таможне тоже ваших рук дело? Особая разновидность заботы? — Опускаю взгляд на меню.
— Что вы, мои руки не такие длинные!
— Мне кажется, вы скромничаете.
— Увы! Это скорее дело рук Марка Юрьевича. Он разозлил не тех людей, и сейчас всем приходится пожинать плоды его решений.
— Но как удачно все совпало! Заказчики в любой момент могут подать иски. Фирма на грани разорения из-за ареста на границе. И тут появляетесь вы с гениальной идеей о проведении собрания. Прямо сейчас! Пока Марк в реанимации и не в состоянии принимать участие в деятельности компании.
— Да, вы правы. Удивительное совпадение. — Пекарский больше не улыбается. Блестящие мясистые губы плотно сжаты. Водянистые глаза смотрят будто сквозь меня.