Виктория - значит Победа. Каждому по делам его (СИ)

Вот она, Агнесс. Из ничего придумает что-то. Но не всегда оказывается права.
— О нет, всё было совсем не так, поверьте. Вдова — молодая особа, она была четвёртой женой этого не самого приятного человека, он относился к ней вовсе не как должно относиться к супруге.
— А вы достоверно узнали? — улыбается Агнесс.
— Я гм, имел посмертную беседу с ним, и это весьма неприятный субъект, что в жизни, что после. Но его ожидает столь же неприятное посмертие.
  
— Ах, расскажите же! Раз вы никогда не вняли моей просьбе и не показали мне ни единого посмертного допроса, то хоть расскажите!
— Уверяю вас, Агнесс, там нечего рассказывать. Покойный был на редкость гадким человеком. Он отлично разбирался в делах, и совсем не понимал в людях. И в итоге даже завещание не смог составить так, чтобы не вызывать вопросов и сложностей.
— Обычно деловые люди отлично составляют бумаги, нет?
— Обычно да, но тут что-то пошло не так. И наследнице пришлось отбиваться от родственников, но я этого не застал, ей помог Монтадор.
— Что? Наш безупречный кузен Анри не смог пройти мимо несправедливости? — живо заинтересовалась Агнесс.
— Именно так, я полагаю. Справедливость была восстановлена, все получили, что им причиталось, и далее, думаю, всё будет в порядке.
— И это правильно. А вы, Эмиль? Что получили вы? — и смотрит хитро.
— А я, Агнесс, получил будущую супругу. Я женюсь в самом скором времени.
Агнесс так изумилась, что даже схватила лежащий рядом веер и прикрыла полуоткрывшиеся губы. К слову, по-прежнему прелестные… но уже не действовавшие на него так, как… другие губы. Память тут же подсунула пару моментов из недавнего, пришлось отогнать их усилием воли.
— Вы, Эмиль? Вы женитесь?
— Именно так, ваше высочество, — он снова склонил голову.
Всё равно узнает, и пусть лучше от него самого, чем от кого-то ещё.
— Вам наконец-то сосватали подходящую девицу с нужной направленностью магической силы? Где отыскали?
— О нет, Агнесс, это не девица, это вдова. И силы у неё предостаточно.
— Вдова? Простойте… неужто та самая вдова, которую вы спасали от разбойников? Какая романтичная история, право слово, — смеётся, но в глазах-то беспокойство.
— Та самая, да. Госпожа де ла Шуэтт, вдова богатого человека в годах.
— Так она неплохо устроилась, эта ваша вдова? Сменить старого, но богатого мужа на одного из первых придворных кавалеров — ей, можно сказать, повезло, так ведь?
— В первую голову — мне повезло. Она, понимаете, отлично справляется сама. И далеко не сразу согласилась повторно выйти замуж.
— Как и вы, друг мой, как и вы. Но чем же она вас так очаровала, что вы не просто не забыли её через несколько дней, но готовы дать ей своё имя и титул?
Здесь нужно быть очень, очень осторожным. Агнесс — неплохая менталистка, она не зря из Роганов, совсем не зря. И там, где её сила не одолеет некроманта, поможет обычная человеческая проницательность. Поэтому… нужно выдать часть правды, но ту часть, которая, с одной стороны, убедит, а с другой — не вызовет подозрений. Потому что Агнесс никак нельзя превращать во врага.
— Она некромант.
Глаза Агнесс расширились — на мгновение, больше она ничем не выдала своего удивления.
— Что? Маг-некромант в жёнах… в четвёртых жёнах у богатого безродного дворянчика… чего только не бывает на свете! Он потому и умер, да, этот де ла Шуэтт? Потому что с некромантом нельзя обращаться неподобающим образом?
— Нет, всё не так, — покачал головой Эмиль. — И её история может быть рассказана только с её согласия.
— Понимаю. Вы уже готовы хранить тайны будущей супруги, это похвально. А она столь же щепетильна в отношении вас? — Агнесс улыбается хитро.
— Думаю, да. Впрочем, у меня нет таких тайн, раскрытие которых угрожало бы мне… неприятностями.
— А тайны вашей наречённой?
— А их нужно сначала узнать, — качает головой Эмиль.
Сначала завтрашний разговор с королём и объявление об их браке, а потом уже — всё остальное. Там и поглядим, что можно сказать, а что — не следует. Агнесс не станет рассказывать то, что узнала сама, просто так и всем подряд, а только там и так, где это сможет принести ей какую-то пользу. Но какую пользу ей могут принести сведения о том, что вдова де ла Шуэтта — вдруг некромант? От некромантов не зря в лучшем случае держатся подальше, а то и вовсе обходят десятой дорогой. Агнесс же хоть и образованный маг, и готова иметь некроманта в любовниках — тут он усмехнулся про себя — но всё же в достаточной степени обычная женщина.
И она знает его историю и знает, что женщина-некромант для Эмиля — первейшая кандидатка в супруги. Значит…
— Что же, я буду рада познакомиться с вашей невестой, — кивает Агнесс. — Приходите вместе с ней. Она уже в столице? Где будет венчание?
— Венчание будет достаточно скоро, вот и всё, что я пока могу сказать.
— Вот и славно. Женитесь, поезжайте с ней в ваш замок, проведите там пару сладких месяцев… а потом возвращайтесь. И вдруг вам захочется добавить перчинки в пресную семейную жизнь?
Агнесс смеялась, но за смехом этим чудилось Эмилю что-то нехорошее. Но с другой стороны — никто же не рискнёт воевать с некромантом, будучи при том универсалом или вовсе простецом? Только если глупец, а Агнесс глупой не была никогда. Поэтому есть шанс, что она не станет ничего предпринимать против Виктории. Впрочем, может и впрямь представить дам друг другу? И две выдающиеся особы найдут общий язык?
— Только смотрите, виконт, оденьте её хорошенько. Я думаю, что провинциальная вдовушка, будь она хоть три раза богата, не сможет одеться так, чтобы на неё не показывали пальцем при дворе.
Эмиль отлично всё это понимал, но также и понимал, что первую встречу с королем придётся провести… в чём есть. Но ему помнились в гардеробе Викторьенн какие-то приметные варианты… нужно посмотреть, в общем. Прийти домой и посмотреть.
— Благодарю за совет, ваше высочество, — кланяться и благодарить, что ещё делать с принцессами?
— И ступайте уже к ней. Думаю, вам не терпится, да? — она снова взглянула хитро.
Конечно, Эмиль хотел к Виктории. В идеале — прямо под тёплый бок. Доспать для начала, а потом… Или сразу, не досыпая.
— Благодарю, ваше высочество. Вы не только прекрасны, но и великодушны.
— Полно вам, все эти словеса мне говорят по нескольку раз в день. Скажите что-нибудь… что можете сказать только вы.
— Вы неповторимы и неподражаемы, Агнесс. Никак нельзя подумать, что золотоволосая богиня может быть и стратегом, и тактиком, а вы всё это, и ещё чуть-чуть. И я горд, что вы дозволили мне это узнать, — он поклонился совершенно искренне.
И она ответила столь же искренним поклоном.
— Благодарю и я вас, Эмиль. И… будьте осторожны. И вы, и ваша невеста. Что-то носится в воздухе.
— Что вы знаете? Скажите, умоляю вас, — он и впрямь посмотрел… посмотрел.
— Так вот ничего, — покачала она головой, и показавшаяся было человечность снова спряталась за маской принцессы. — Благодарю вас, виконт, вы умеете развлечь, как никто.
Он поднялся и поклонился, и вышел, не забыв снять с дверей своё плетение. А уже за дверями покоев Агнесс достал зеркало — вызвать Викторию. И увидел, что она уже пыталась вызвать его — несколько раз. Не преодолела заклятье, лежащее на покоях принцессы?
А на его вызов она не отозвалась. И ещё несколько раз не отозвалась.
  
39. На улице святой Анны и дальше
 
Я проснулась в доме Эмиля, и пробуждение вышло приятным. Сухо и тепло, плотные портьеры закрывают окна, за которыми, впрочем, белый день. Но если мы почти всю ночь колобродили — то вовсе и неудивительно, что дело к обеду.
  
Впрочем, стоило мне зашевелиться, как тут же появились Жанна и Мари, мне подали сначала умывание и одежду, а потом и завтрак. И сообщили, что его милость виконт пока не давал о себе знать, дом стоит на ушах — но тихо, потому что я, видите ли, ещё не вставала, и что здешний управляющий просил принять его, как только я смогу.