Виктория - значит Победа. Каждому по делам его (СИ)

— Ладно, только надо знать, какие данные ему нужны, я подготовлюсь. Что там — каков оборот? Сколько выращиваем, сколько добываем? Сколько с моих земель платится налогов?
— О высокоумная Виктория, я поражён и склоняюсь перед тобой, — он и впрямь поклонился преувеличенно вежливо, я расхохоталась.
— А я не умею искать преступников, а ты умеешь. Так что каждый из нас на своём месте, пускай так и остаётся.
  
Мы как раз подумывали, что на следующий день нужно будет доставить в замок Луи и Луиз, когда в ночи Эмиля вызвал Саваж. Эмиль даже убрал с поверхности зеркала изображение — потому что являл собой нечто, что никак нельзя показывать посторонним.
— Какие новости? — спросил он Саважа.
— Такие себе, — усмехнулся тот, и я очень живо представила себе эту его усмешку. — Его величество ожидает тебя на доклад завтра утром. Желает послушать из первых уст об убийстве де ла Шуэтта.
  
37. На доклад к королю
 
Эмиль изрядно досадовал на его величество — потому что пока он ждал и надеялся, тот и не подумал призвать его, Эмиля, ко двору. А как только у него тут образовалось столько дел, что вот никак не до королевских прихотей — приходится подскакивать и собираться.
Виктория смотрела заинтересованно, ему даже показалось, что о чём-то там думает и просчитывает.
— Ты собраться-то успеешь до завтра? — смеётся.
— Должен. Саваж откроет портал. Только нужно собрать всё придворное обмундирование, а оно у меня в городском доме.
— Значит, возвращаемся в Массилию. Как ты думаешь, Саваж пропустит в портал меня с несколькими людьми?
— Что ты намереваешься делать в столице? — нахмурился Эмиль.
— Как минимум — у меня там дом, даже два, нужно проверить, как оно там вообще. А как максимум — быть рядом с тобой, вдруг понадобится? Сколько у меня времени на сборы?
— Немного, — вздохнул Эмиль. — Кого ты берёшь с собой?
— Камеристок, господина Фабиана, Шарло и Камиллу. Дом там не пустой, в нём люди. Вот и погляжу, что и как. Понимаешь, я — именно я — там не бывала ни разу. Поэтому осмотреть нужно. Мне присылают отчёты, но если я до посевной успею там побывать, то и хорошо. А сократить дорогу — чего ж лучше?
Смотрит, улыбается. Потом подходит, кладёт руки на плечи.
— Хорошо, только мне нужно успеть к десяти утра во дворец, — Эмиль уже понял, что согласился без возражений. — Я думаю, поступим так — прибудем в мой столичный дом, а оттуда уже ты позже доберёшься к себе.
Виктория согласилась с таким решением, и остаток ночи прошёл в сборах и суете. Сначала собраться и покинуть замок, потом поставить на уши городской дом, и ещё дом Виктории — Эмиль отвёл её на Морскую улицу, хоть она и рвалась попробовать сама. Ничего, успеет ещё сама.
Детей Эмиль оставлял в Массилии, кроме, пожалуй, Раймона — он вполне может сопровождать его во дворец, да и в поимке преступников тоже участвовал. Так что — может и дополнить что-нибудь, пускай приучается докладывать королю.
Что до Виктории, то её ко двору никто не приглашал. Поэтому… она дождётся в его доме, узнает новости, и уже в зависимости от тех новостей будем думать, что дальше.
Дети услышали о том, что он отправляется в столицу, приуныли.
— Можно, мы тоже отправимся с тобой в столицу? — Луиз смотрела умильно.
— Пока нет. Я думаю, господин граф не даст вам скучать.
— Конечно, не даст, но мы с Луи дано не были в нашем столичном доме!
— Ничего страшного, ещё побываете. Вот случатся у вас каникулы — и побываете.
— А когда у нас каникулы?
— Когда господин граф назначит.
— Эх.
В итоге всё же вещи собрали, детей отправили спать, Раймон и камердинер Трокар были готовы отправляться. Они и отправились — в дом на Морской, прямо с парой сундуков вещей. И там тоже стоял дым коромыслом — как же, госпожа Викторьенн не успела вернуться, и куда-то исчезает снова.
Впрочем, её управляющий, железный человек, уже был готов — вместе с небольшим сундучком. Шарло и Камилла поклонились, как увидели Эмиля — тоже готовы отправляться.
Тем временем сверху тащили сундук Виктории — немалый, ну да и правильно, вдруг ей придётся предстать перед королём и тоже рассказывать о том, что она знает? Что-то спешно тащили камеристки, обе — правильно, пускай при ней будет побольше людей, и хорошо, что есть маги.
А дальше — связаться с Саважем, тот поджидал их в своём доме на улице Сент-Антуан. И удивился, увидев, что Эмиль не один, а за его спиной целая команда.
— Госпожа Викторьенн? — улыбается, кланяется, но в глазах вопрос.
— Благодарю вас за помощь, господин герцог, — Виктория учтиво кланяется в ответ. — Я не могла не воспользоваться такой замечательной возможностью попасть в столицу.
— И куда же вы сейчас?
— Сначала в дом виконта, он приютит нас на остаток ночи. А потом к себе, мне совершенно необходимо наведаться в мой столичный дом и проверить, всё ли там в порядке.
Саваж лишь усмехнулся, но дальше открыли портал в дом Эмиля на улице Сент-Женевьев, и слуги принялись таскать сундуки.
— Встретимся утром во дворце, — сказал Саваж на прощанье.
Эмиль запоздало подумал, что мог и предупредить о нашествии — маги в доме есть. И сейчас нужно было задавить панику в зародыше — отчего это хозяин валится на голову среди ночи, да не один, а с какими-то непонятными гостями. Управляющий столичным домом Андре Лавинь скатился по лестнице сверху, спешно застёгивая пуговицы, и воздвигся перед Эмилем во весь свой немалый рост.
— Господин Эмиль, отчего же вы не известили! Мы бы ждали!
— Ничего страшного, — отмахнулся Эмиль. — Андре, нужны комнаты… несколько, для моей невесты — госпожи де ла Шуэтт, и её людей. Займись. Саму госпожу де ла Шуэтт разместить в комнате рядом с моей спальней, а её людей — поблизости. Её приказы исполнять — как мои.
И дальше, слава всевышнему, всё пошло, как надо — сундуки таскали, комнаты находили, людей уводили и устраивали.
— Виктория, сейчас я могу предложить только согретого вина с пряностями, а разное другое — уже завтра.
— Эмиль, всё хорошо. Сейчас самое главное — лечь спать, я так думаю. И в первую очередь — как раз тебе, мне-то не нужно утром на доклад к королю.
— Тогда я очень попрошу тебя не исчезать отсюда, пока я не появлюсь или не свяжусь. А потом мы вместе выясним, что там у тебя в доме, и наведаемся туда.
— Да, согласна. Буду ждать или тебя самого, или вызова.
— Вот и славно.
Постели были готовы мгновенно. Людей Виктории разместили, её саму тоже… впрочем, Эмиль не удержался и заглянул к ней.
— Всё ли хорошо?
— Да, у тебя отличный дом и отличные люди. Насколько я успела понять.
— Вот и славно.
— И здешняя кровать вместит нас обоих. Но мы будем спать, только спать. Сколько осталось? Часа четыре? Вот, ложимся и спим.
Это было совершенно разумно — и очень хорошо. И когда её рука обхватила его под одеялом, он подумал — да, чего-то такого ему и недоставало раньше в его размеренной и устроенной жизни.
А наутро он осторожно выбрался из постели, оставив Викторию спать дальше, в своей спальне принял умывание и одежду, и ровно в назначенное время шагнул из теней в приёмную.
Саваж, де ла Мотт, кардинал Фету, пара персон поменьше… так, а Фрейсине что тут делает?
Впрочем, выяснить не удалось, потому что объявили о выходе его величества.
— Гвискар, — его величество сразу же вычленил Эмиля из прочих.
— Ваше величество, — очень хочется подсмотреть, что там у короля на лице, но лучше не рисковать.
Или наоборот, сделать что-нибудь такое, чтобы услали ещё на полгода? Наверное, можно придумать…
  
— Я слышал, вы смогли с пользой применить то время, что нашлось у вас в Массилии.
— Я старался.
— Отлично. Поднимитесь, и я желаю знать, что там случилось, в этой Массилии, что за рассадник разбойников и что за артефакты против магов вы обнаружили.
— Безусловно. Разбойники — самые обычные. История со смертью де ла Шуэтта тоже прояснилась, причиной оказалась человеческая алчность и глупость, и неумение покойного договариваться с окружающими его людьми. А что до артефактов, то о них больше знают герцог Саваж и дознаватель де Ренель, который несёт в Массилии службу от вашего имени.