Виктория - значит Победа. Каждому по делам его (СИ)

В прошлой жизни я любила мужчин. И замуж вышла только после того, как выбрала, как мне показалось, того, с кем смогу дружить в жизни и смело экспериментировать в постели. Правда, чем всё оно закончилось — понятно, но здесь-то всё иначе, да? У меня совсем другой организм и другой бэкграунд. Викторьенн вовсе не знала своего тела и его возможностей, господин Гаспар был совсем не о том. Я тоже не знала особенностей тела Викторьенн и с удовольствием изучала их с помощью внимательного партнёра. Партнёра от этого тоже пёрло и таращило, как бы я сказала дома, и в итоге всё, что пока у нас вышло, выглядело преотлично, и очень хотелось повторить.
  
Я дотянулась до зеркала… о, ура, есть вызов!
Мой великолепный любовник что-то мурлыкал мне про любовные письма, но я только посмеялась. Маги мы с тобой, милый друг, или кто? Вот, к чёрту письма. Мало ли, в какие руки они попадут? А так — только вы и я, и никого более. Я даже изумилась, почему у него нет рефлекса на магическую связь, но потом поняла — если маги редки, то каков процент его женщин были магами? Наверное, не все?
И поэтому я очень попросила его давать знать о всяком и разном магической связью. И вот — я проснулась, вызов был. Чудненько. Вызываю в ответ.
Отвечает мгновенно. И тоже — в постели.
— Дорогая Виктория, я очень рад вас видеть и слышать.
— Представьте, и я рада вас видеть и слышать, Эмиль, — улыбаюсь. — Вы спали? Вам удалось?
— Да, вполне. Но сейчас я больше всего на свете желаю оказаться рядом с вами. Взять вас за руку… а потом и не за руку.
— И я бы не отказалась. Так, сначала взять за руку, а дальше что делаем? — спрашиваю серьёзнейшим тоном, но потом хохочу.
Он подхватывает.
— А дальше я коснусь вашей ключицы, потом другой, а потом палец мой как бы случайно соскользнёт в ложбинку меж грудей, обведёт одну, потом вторую, а потом…
Секс по магическому зеркалу? Ну-ну. Не знаю, каков у него опыт в такого рода развлечениях, но даже если и никакой, то он учился на лету.
— Кто надоумил вас, прекрасная Виктория? Как вам в голову такое пришло? — смеётся изумлённо, когда я не только не смущаюсь его слов, но подхватываю с полувздоха и тоже веду нашу… беседу дальше.
И тоже жадно скольжу взглядом по его коже в зеркале — вспоминая, какова она на ощупь, и запах его тоже вспоминая — а это неповторимая смесь запаха тела с какими-то местными парфюмерными изысками, и мне от одного воспоминания сносит голову напрочь, и я уже только вздыхаю и урчу, как кошка. Да и он не отстаёт — тоже доволен и тоже счастлив.
— Виктория, я ваш должник. Придумаю для вас что-нибудь необыкновенное.
— Запомнила, такие долги мне весьма приятны.
— Говорят, вы не стесняетесь взыскивать с должников.
— Не стесняюсь совершенно. А чего стесняться — у меня тут люди. Ладно была бы я одна, так нет же. И тут, и ещё в поместье, и в столице, туда тоже нужно будет съездить. Потом подумаю, пока не хочу.
— Я помогу вам добраться до столицы без происшествий.
— Буду весьма благодарна за помощь.
— Как именно будете благодарны? — хохочет, подмигивает.
Пошли на второй круг? О, я готова тут же измыслить миллион видов благодарностей, и даже начинаю это делать, но меня прерывает стук в дверь. Да-да, стук в дверь, просто стук в дверь.
— Госпожа Викторьенн, — говорит Жанна, — там пришёл господин граф и очень-очень просит вас спуститься! Сказал, у него очень важные новости!
Ну что, раз у господина графа очень важные новости — нужно возвращаться в реал.
— Эмиль, у меня тут что-то разразилось опять.
— Вам уже сказали, что именно? — он подобрался и сел на постели.
— Нет пока. Можете для начала одеться, — подмигиваю. — Пришёл господин граф, хоть у него сегодня и нет занятий с нашими юными дарованиями, мои радостно бездельничают. Ваши, наверное, тоже.
— Мои уже скреблись, — закивал он. — Сейчас спрошу, чего им с утра понадобилось. А потом к вам.
— Отлично, приглашаю вас на завтрак и арро, — важно кивнула я.
Мы наконец расстались, я сняла с периметра спальни разного рода запирающие заклятья и крикнула Жанне, что встаю. Она тотчас появилась, принесла умывание, в процессе бросила быстрый взгляд на постель — ну да, если ты просто спишь в той постели в одиночку и если ты там не одна и вовсе даже не спишь, то по состоянию это будут две разные постели. Опять же, вчера все, кто не спал, могли наблюдать явление Гвискара вместе со мной в неурочный час. И некоторые потом ещё подавали нам в кабинет вино, сыр и фрукты в меду. Так что наверняка уже всё обсудили и перетёрли — ну, кто вообще обсуждает и перетирает.
В этом свете мне невероятно интересно, как неведомая маменька Викторьенн вообще смогла в тайне родить ребёнка? Если она занимала высокое положение, то ни на мгновение же не оставалась одна! И в любом адюльтере нужны какие-то поверенные, которые будут помогать хранить тайну и облегчать влюблённым свидания. А потом что — заколдовывать их, чтобы не болтали лишнего? Или то, что заколдовал один маг, может расколдовать другой? Как всё сложно-то, божечки.
Ладно, пока не сказано иного — я до жути добродетельная вдова, которая, тем не менее, любит движ и активность, и эпатировать местное общество, и привлекать внимание к себе и к тому, что я делаю. И до последних нескольких дней я вела именно что добродетельный образ жизни, ну, за одним-единственным исключением, о котором помолчим. И как я понимаю, общество снисходительно к любовным приключениям — если эти приключения не задевают никого за живое. Скажем, Тереза моя приключается, и никто ей ничего не говорит, пальцем не грозит и от дома не отказывает. При том, что она успевает проворачивать свои дела во время всяческих публичных мероприятий… или не только? Вообще в доме несколько входов-выходов, а Франсин, камеристка Терезы, девица не промах, может отпереть дверь тихонечко и провести хоть Орвиля, хоть ещё кого.
Мне прямо стало любопытно — а если я запру двери магически, и сигнализация сработает при попытке попасть внутрь, то что и о ком я узнаю? Я прямо рассмеялась, представив всякое, и подумала — надо попробовать, ой, надо.
И спасибо всем высшим силам, что мой нынешний мужчина обладает невероятной способностью пройти своими тайными тропами и появиться в нужном месте! А то и сначала послушать, о чём разговор, услышать нужное и появиться в самый подходящий для того момент.
Что же, враг, кажется, силён, и поглядим, как именно он будет применять силу. И подумаем, что мы сможем противопоставить ему.
В столовой меня уже поджидал господин граф. Вокруг него чинно сидели Шарло и компания, и расспрашивали о магических действиях — что-то вроде «скоро ли мы пойдём тренировать боевую магию и где мы будем это делать». Тереза, как сообщили, ещё не вставала, ну да она вернулась домой сильно позднее меня.
Вопрос о боевой магии, конечно же, был интересен. Но для этого нужно освободить подвал и качественно его заклясть, если я что-то понимаю. Что ж, отчего бы не заняться? Точнее, вот сейчас поедим, поговорим, и я пойду и обрисую госпоже Сандрин фронт работ, а она уже пускай раздаёт дальше задания.
— Доброе утро, господин граф, доброе утро всем остальным, — пропела я, входя в столовую и усаживаясь.
— Обед скоро, дорогая Викторьенн, — усмехнулся граф.
— Когда встал — тогда и утро, — поделилась я с ним домашним присловьем. — Особенно если с вечера ни о чём ни с кем не договорился.
— Так вот, Викторьенн, и я ни с кем ни о чём не договаривался, а дела сами пришли, — покачал головой граф.
— Расскажете?
— Чуть позже, — кивнул он.
  
Значит, что-то такое, о чём нашей одарённой молодёжи знать не следует. Значит, намазываем маслом булочку, запиваем арро и улыбаемся всем. А дела — чуть позже.
Следующий гость явился, как только мне налили арро. Появился в дверях и раскланялся.
— Госпожа де ла Шуэтт, вы прекрасны этим утром. Господин граф, я рад вас видеть.
— Ещё у одного когда встал — тогда и утро, — заметил господин граф.