Виктория - значит Победа. Каждому по делам его (СИ)

— Да что я пообещаю, — Тереза уже почти что ревёт. — У меня и нет ничего.
— У тебя есть ты. Посули ему какое-нибудь… недоступное в чужом доме развлечение или удовольствие, — пожимаю плечами.
В своей спальне, как мне кажется, всяко лучше и удобнее, чем в чужом коридоре, разве не так?
— Ты о чём? — она смотрит сквозь слёзы.
— Ну подумай сама, разве можно где-то в чужом доме раздеться полностью? Попроси Берту или Камиллу, они нагреют вам воды. С розовым маслом. Отмоетесь в нашей ванне до скрипа, а потом пойдёте в твою спальню. Чем плохо? И всё это не торопясь, раздумчиво и с удовольствием.
  
— Думаешь? — Тереза, похоже, тоже задумалась. — Думаешь, он согласится?
— А ты не пиши прямо, набросай намёков. О небывалом удовольствии, возможности раскрыться полностью друг для друга и таких изысканных ласках, каких не позволишь себе где-то ещё, только на своей территории, — хмыкнула я.
— Как ты здорово придумала, — восхищается Тереза. — Да, я напишу, ты права. Прямо сейчас пойду и напишу!
В дверях возникают рожицы Камиллы и Шарло, они прислушиваются — что происходит-то?
— Сегодня вечером никто никуда не идёт, остаёмся дома! — сообщаю я.
— И что мы будем делать? — тут же интересуется Шарло.
— Будем сидеть у камина, есть пирожки, пить согретое с пряностями вино и рассказывать истории, — брякнула я первое, что пришло в голову.
— Это интересно? — хмурится Камилла.
Обычно вечерами дети предоставлены самим себе, у них там какие-то развлечения, таскание из кухни еды в комнаты наверх, обсуждения грандиозных планов и что-то ещё. А тут я останусь дома, такое нечасто случается. И я ни слова не сказала о том, с чего это вдруг.
Правда, господину Фабиану, господину Валерану и пришедшему позже господину графу я рассказала, как есть. Первые двое хмурились и говорили — вот, не было печали. А господин граф вздохнул, и спросил только:
— Как вы думаете, это идея госпожи Конти или герцог её прямо попросил?
— Отчего-то я думаю, что герцогу вряд ли есть дело до гостей госпожи Конти. Но если мы с ним не увидимся — то это и к лучшему. Мы не схлестнёмся снова.
— И то дело, — согласился граф.
Тереза писала письмо своему Орвилю и отправляла его с кем-то из слуг, господин граф увёл молодёжь заниматься, и некроманты к ним присоединились, а я поднялась в кабинет и вызвала Гвискара. Он, паршивец такой, ещё не вставал.
— Рад видеть вас, великолепная Виктория, — улыбнулся он первым делом.
— Я тоже рада, но не всему в этом лучшем из миров, — и я рассказала о наших новостях.
— И вы правы, что придумали себе дела на вечер, — кивает он. — Я непременно загляну к названной госпоже, но подчеркну, что ненадолго, и что меня ждут в другом доме. А отследить, в каком именно, не выйдет, понимаете, да? И мы с вами отлично посидим у камина. А после — и не только у камина.
— Мне нравится этот план, я готова его принять, — киваю я очень вежливо и очень важно.
И знаете, у нас выходит отличный вечер. Молодёжь Гвискара остаётся у нас после занятий и не идёт домой, и вместе с нашими создаёт какой-то шум в доме весь оставшийся день. К Терезе приходит её Орвиль. Гвискар появляется во всей красе и приводит с собой де Люса. И мы сидим у камина в гостиной, слушаем рассказы господина графа и Гвискара, гадаем по книге, после чего мне приходит в голову сделать целый гадательный вечер, пока святки, хоть и нет тут у них никаких святок, и мы договариваемся на завтра. Тереза и Орвиль в какой-то момент исчезают, и я надеюсь, что у них всё хорошо. Мы с Гвискаром тоже в конце концов остаёмся вдвоём.
— Виктория, вы отлично вышли из положения, — говорит он, и потом только целует меня.
— Мне нужно было утешить Терезу, — смеюсь. — Кажется, мне удалось.
— О да, — он тоже смеётся. — Моя Луиз сказала, что ещё хочет к вам сюда не на уроки, а в гости.
— Вот и славно, пускай приходит, — он в этот момент целует меня где-то за ухом и поглаживает сзади шею, и спину сверху под платьем, и мне не до вежливых ответов, откровенно говоря.
Поэтому я кладу указательный палец ему на губы — всё потом. Сейчас только он и я.
А на следующий день оказывается, что планы мои были совсем не лишними, потому что отказ от дома для нас с Терезой присылают ещё две местные дамы.
  
7. Не вешать нос!
 
Тереза в бешенстве — как это так, отчего и почему. А я внешне спокойна, вздыхаю и командую — что готовить на вечер, и соображаю, что я помню обо всяких традиционных домашних рождественских гаданиях, то есть — что нужно будет для них приготовить. Мешочек с крупой, и положить туда кольца? Кофейная, то есть арровая гуща? Зеркальный коридор? Гадания на картах?
В карты здесь играли с охотой и удовольствием, но я пока не удосужилась выучиться. Нужно наверстать. Внизу, в людской вечерами как раз играли и в карты, и в кости, мне случалось видеть. И на светских приёмах тоже играли. Ладно, я подумаю.
Мысль моя уже скакала дальше — я ж могу стать изобретателем настольных игр в этом мире, и тоже что-нибудь на этом заработать. Но мои мужчины правы — всё заработком не измерить, поэтому… увидим, в общем.
Кстати, вчера те мои гости, что побывали у госпожи де Конти, не встретили там герцога Фрейсине. Но позже мне донесли через тамошнюю прислугу и друзей Шарло — заглядывал, ненадолго, побеседовал с парой гостей и отбыл восвояси.
Так что я сказала Терезе — не вешать нос, сегодняшний вечер окажется ничуть не хуже вчерашнего. Более того, я решилась на довольно смелую идею.
Зеркало послушно приняло вызов, и через некоторое время я увидела госпожу графиню де Сегюр.
— Госпожа де ла Шуэтт, я рада видеть вас, — улыбнулась первая дама Массилии. — Всё ли с вами благополучно? Вчера у Конти говорили о вас.
— Уж наверное, сама госпожа де Конти и говорила, — пожала я плечами. — Наверное, ради такой возможности она и попросила меня не приходить.
— Вот как? — нахмурилась госпожа графиня. — И что же вы?
— Провели отменный вечер в отличной компании. И приглашаем вас с господином графом если не присоединиться, то заглянуть ненадолго. Мы решили устроить рождественские гадания. Знаете, в моих родных местах так делают — когда дни коротки, а ночи длинны, и когда только-только свершилось чудо, хочется и других чудес тоже, и заглянуть в свою судьбу, и потом ожидать — вдруг сбудется?
По лицу госпожи графини я видела, что она вполне так заинтересовалась приглашением.
— И в котором часу вы сегодня принимаете?
— С семи.
— Мой супруг до сих пор вспоминает ваши пирожки, — улыбнулась она.
— Сладкие или сытные?
— И те, и другие.
— Сделаем, — сверкнула я улыбкой.
— Отлично, мы заглянем к вам сегодня. Матильде де Конти не следовало думать, будто она что-то решает в этом городе, — усмехнулась госпожа графиня.
Я поклонилась — потому что была полностью согласна с госпожой графиней.
Гостиную приготовили, я припасла одну из магических книг, выданных мне для изучения господином графом, мешочек риса — сложим туда кольца, и два зеркала тоже заготовила. Колоду карт мне нашёл Шарло.
— Госпожа Викторьенн, вы будете играть в карты?
— Я подумаю. Сегодня мы будем гадать.
— Так вам надо позвать мамашу Колетту, она отменно гадает на картах, у неё всё всегда сбывается!
— Это кто такая? — не слышала ни о какой мамаше Колетте.
— У нас в Песчаном Конце живёт, за денежку гадает. Или за еду.
— Я подумаю, спасибо. А она ведь может не захотеть прийти сюда?
— Да вы умеете уговаривать, — отмахнулся Шарло. — Придумаете, чем её заманить.
— Я в самом деле подумаю, — сначала попробуем заманить сюда королевского наместника, а потом уже гадалку.
  
Терезе я ни слова о Сегюрах не сказала — пускай думает, что всё будет, как вчера, и зазывает своего Орвиля. Судя по всему, вчера у них с Орвилем всё сложилось хорошо, и сегодня она поднялась ещё более довольная и безмятежная, чем обычно, и разозлилась уже потом, когда мы получили письма от наших местных кумушек. Ну, кумушки получат то, что хотели, то есть вечер без меня и ещё без некоторых местных персон, ну да тут уж что вышло, то вышло.