Я убил Бессмертного (СИ)

— Но вопрос в том, что дальше. И как быстро кто-нибудь задастся вопросом, кто ты такой и что здесь делаешь, — сообщил Алекс. — То, что тебя никто не знает… это и плюс, и минус.
Он помотал головой.
— Нам нужно продумать тебе легенду. Кто ты такой, зачем пришёл…
— Если бы всё ограничивалось этим, — усмехнулся я. — Ты ни про кого не забыл? Меня, может, не знает никто, зато её знает каждая собака в этом городе, в чём мы оба сегодня уже убедились.
Герда на заднем сидении подняла на меня изумлённо-возмущённые глаза. А сейчас-то её что не устраивает? Или это её обычное выражение лица?
Алекс тоже повернулся к ней и с полминуты молча её разглядывал, как будто впервые увидел — а затем поглядел на меня.
— Вообще-то я думал увезти её подальше отсюда и не вмешивать во все эти события. Но если уж так… то у меня возникла одна идея, как ответить разом на оба вопроса.
Он потянулся за пазуху и вынул телефон. Я, не отрываясь, следил за ним.
— Алло, — спустя три гудка трубку взяли, и Алекс откинулся на спинку. — Майкл. У меня отличные новости.
Я услышал я голос Крейна по ту сторону, но не смог внятно разобрать слова. «Слушаю» — и дальше неразборчиво.
— Я нашёл вашу дочь.
Признаюсь честно, в первую секунду я вытаращился на Алекса не меньше, чем Герда. К счастью, я почти сразу же сообразил, к чему тот клонит, а вот сама девушка… кажется, она буквально онемела от шока и такой «подставы».
— Нашёл, — казалось, Крейн не спрашивает, а констатирует. И снова неразборчиво.
Алекс внимательно поглядел на меня, затем на неё, делая жест молчать.
— Со мной. Её вытащил один Плутающий.
Крейн молчал, видимо, ожидая, что же скажет Алекс дальше.
— Не из «Гризли». Этот вольный… и он хочет награду. Он тоже сейчас со мной, я веду их двоих к вам…
Звонок оборвался. Алекс выдохнул и положил трубку на бардачок.
— Обычно это значит «да», — сообщил он мне.
— С чего ты взял, что на этот раз оно значит то же, что и всегда? — заметил я. — Вроде как, твой босс воспринял новость без восторга.
— Да брось, — покачал Алекс головой. — Крейн никогда не откажется от лишней возможности сделать красивый жест на камеру. Пожать тебе руку на глазах у журналистов, например. Идём.
Хм. У охраны полностью отпадают любые вопросы — но и в случае моего провала у Алекса будет что сказать в своё оправдание, мол, он не знал, кто я такой. С другой же стороны, кто мне тоже не будут докапываться, воспринимая как героя и спасителя дочери босса.
И даже в самом худшем сценарии, Алекс может выставить непробиваемый железобетонный довод. Дочь Крейна он нашёл? Нашёл. Так и какие могут быть вопросы?.. В общем, манёвров, чтобы выкрутиться из ситуации, у него будет много.
Неплохое решение, Алекс. На этот раз — плюс балл тебе за находчивость.
— Че… Чего?! — вдруг прорвало Герду. — Куда идём? Вы что, вы…
Её буквально колотило; кажется, ещё немного — и она выскажет нам всё, что думает. Мне отчаянно захотелось отвесить ей подзатыльник, но сделать это с переднего сидения было почти нереально.
— А ну заткнулась! — рявкнул я.
А? Тёмное щупальце Сената ловко протянулось назад и смачно врезало Герде по затылку — не травмоопасно, но достаточно сильно, чтобы она действительно заткнулась. То ли Сенат угадывает мои мысли, то ли… я уже управляю им на уровне рефлексов. Неплохо.
— Сейчас ты пойдёшь туда и сделаешь то, что нужно, сообщил я ошарашенной девушке, хлопающей глазами и потирающей затылок.
— Я… мне не нужны его деньги, и это всё! — попыталась снова встрять она. — Я не собираюсь с ним общаться ещё хотя бы минуту, и я думала, ты…
— Думала, я всё сделаю за тебя? — я уставился на неё. — Нет уж, дорогуша. Отбрось свою наивность и делай, как говорят. Это хорошая возможность. Других нет.
Кажется, до неё только начало доходить, в чём суть плана. Туговато соображает, что сказать.
— Ну… ладно… — сморщилась она. — Но это точно должно выстрелить, иначе…
— Выстрелит, — успокоил я её. — Вылезай из машины.
***
Что ж, по крайней мере, в одном Алекс точно не обманул — вся охрана действительно смотрела на него как на большого босса и даже не думала останавливать, проверять или спрашивать наши документы. А, возможно, сыграло свою роль ещё и то, что за нами плелась и Герда с недовольным видом — ей охрана так и вовсе чуть ли не кланялась.
 
Я в этой компании смотрелся максимально чужим, и на меня, разумеется, косились. Но всё же слово Алекса было законом — раз я «с ним», то и вопросов ко мне нет.
Осознание того, на чём построено всё это уважение, клевало мне мозг, как досужая ворона. Я всегда знал, что власть и влияние проще всего выстроить на чужих страданиях, но сейчас это всё показывалось мне… слишком наглядно. Каждый вышколенный лакей, каждый уважительно вытягивающийся охранник, каждое «Здравствуйте, госпожа Крейн» — всё это вызывало у меня в голове картины того, что сталось с моими отцом и сестрой.
Да и в целом… всё шло слишком гладко, чтобы я мог расслабиться. Как будто я был мышью в мышеловке, наслаждающейся вкусом дорогого сыра.
— Отлично, — сообщил мне Алекс, когда мы миновали уже третий пост охраны. — Теперь всё просто: осталось добраться до Крейна и…
— Нет уж, — оборвал его я.
— Что? — не понял он.
— То, — я не собирался долго с ним рассусоливать. — Я уверен, ты найдёшь, что сказать Крейну. Выдумай причину, по которой я встречусь с ним уже после мероприятия, а не сейчас.
Алекс на секунду задумался.
— И куда ты собираешься? — в его голосе чувствовалась осторожность; он пытался просчитать меня, и у него это, разумеется, не выходило.
— Так, — я пожал плечами. — Прогуляюсь. Осмотрюсь. Есть пара мыслей.
Если честно, пара моих мыслей заключалась лишь в том, чтобы остаться одному и изучить всё изнутри, не отвлекаясь на лишние помехи. Я уже почти настроился на серьёзный спор — и почти удивился, когда Алекс лишь кивнул — и, приобняв Герду сзади за спину, зашагал с ней дальше по коридору. Девушка кинула на меня сердитый взгляд, но тоже ничего не сказала.
А затем я остался один.
***
…что ж, я был прав — так и дышалось, и думалось легче. Два часа разглядывания планов Университета Плутающих хоть немного, да помогли — конечно, ориентироваться здесь бегло я ещё не мог, но хотя бы не выглядел сельским дурачком на экскурсии в музей современного искусства.
Сам университет был отстроен недавно — и по последним технологиям. Он действительно походил скорее на некий научный центр, но с тренировочными полигонами. Необычно.
Итак, если здесь будет такая важная презентация — то и аудиторию под неё выберут не из обычных. Для публичной части, скорее всего, будет использован какой-то главный зал, а вот для пререлиза — могут выбрать место и попроще. А ведь это наше место действия.
Конечно, там уже собираются люди. Но меня никто не знает, и не обратит внимания, если я тихо посижу в уголочке и посмотрю по сторонам, готовясь в предстоящему. Даже легче — можно не тыкаться во все попадающиеся по пути двери, а просто проследить, куда идут люди.
Вот как эти. Мимо меня бодро прошагал низенький японец в очках с седоватыми висками; за ним вышагивали двое телохранителей. Неужели тот самый Широ Ханагава, изобретатель Интерфейcа? Или просто другой азиат?
Неважно. Я пристроился в пяти метрах от них и зашагал следом. Ага, вот и дверь аудитории, и вышколенный швейцар перед ней…
Вопреки моим опасениям, швейцар не стал ни о чём меня спрашивать: предполагалось, что если кто миновал три поста охраны, то он имеет полное право здесь находиться, а швейцар… он просто лакей, открывающий и запирающий дверь. Итак, вот она — аудитория, а шагнул внутрь…
 
Что-то не так? Лица сидящих медленно поворачивались ко мне, и на них возникало странное, подозрительно оценивающее выражение. Неужели я в чём-то прокололся и со мной что-то не так?
Или… с ними. Мне понадобилось пять секунд неловкого молчания на пороге, чтобы осознать простую и невероятную истину.