Одержимость. Девочка Сурового (СИ)

– Ваш ключ от президентского люкса, – улыбчиво произносит светловолосая хостес за стойкой регистрации. То и дело кидает на меня недвусмысленные взгляды, краснеет, как девчонка на первом свидании.
Я никак не реагирую на нее. Девушка симпатичная и ухоженная, спорить не стану. Но меня это не интересует. Мое сердце уже давно принадлежит одной единственной.
Что же, впереди у нас вся жизнь, Лина. И я сделаю все возможное, чтобы сделать тебя самой счастливой.
  
– Спасибо, – забираю ключ-карту и подхожу к лифту.
Двери закрываются, кабина уносит меня на последний этаж.
Уже в номере я падаю на диван и тянусь к телефону. Но не спешу набрать Владу. Мои пальцы сами собой тянутся к галерее, где я нахожу наши с Линой совместные фото и видео. За последние месяцы я уже сбился со счета, сколько раз просматривал фото своей любимой. В особенности те, которые я сделал на Алтае. На них Лина была в одном лишь нижнем белье или вовсе без него, смущенно прикрывая свои прелести.
Бедра мгновенно простреливает диким желанием. Кровь приливает к паху, член встает по стойке смирно.
Чёрт… Сжимаю подушечкой большого и указательного пальца переносицу. Плотно сжимаю челюсть. Вдох. Выдох.
С трудом сдерживаюсь, чтобы не пойти в душ и не спустись. Но, нет. Потерплю. Сегодня ночью Лина узнает, что бывает с мужчиной, если оставить его на сухом пайке. Затрахаю так, что ей сидеть будет больно.
Ну ничего, заслужила. Хотела свободы? Получила. Только никто не говорил, что я буду белым и пушистым, когда мы снова встретимся.
Если бы не мои люди, которые все это время присматривали за ней, я бы уже сдох от нервозности.
Набрав Владу, я узнаю, что Лины и Миши дома нет. Они уехали в собор на концерт органной музыки. Начало через час.
Собор как раз неподалеку от гостиницы. Решаю прогуляться до него пешком, заодно купить цветы по пути.
Я понимаю, что разговора с Мишей не избежать. И, возможно, нам придется пойти в бар, вместо того чтобы уединиться с Линой в номере.
Мне столько нужно ей рассказать… Особенно о беременности Оксаны. Мы сделали тест на отцовство.
Стоит мне выйти на улицу, как начинается настоящий снегопад.
Да мне везет!
Купив букет красных роз в ближайшей цветочной лавке, я повыше задираю воротник пальто и бегу к собору.
Отлично решил прогуляться. На улице уже вечер, пушистые хлопья снега кружат в свете фонарей. По воздуху разносится аромат сладкой сдобы с корицей, горячего вина и специй.
Может, задержаться здесь на пару дней? До Нового Года еще шесть дней. В Москву всегда успеем вернуться.
Видя впереди огни собора и стекающихся ко входу посетителей, я ускоряю шаг. Вбегаю внутрь и сразу же стряхиваю пушистые хлопья с ворота.
В соборе многолюдно, почти все места уже заняты. Оглядываюсь в поисках Лины. Ее рыжую головку я замечаю быстро. Лисенок сидит в трех рядах от меня. В компании Миши. Они о чем-то переговариваются и тихо посмеиваются.
Внутри все сжимается. Сердце бешено колотится в груди, пульс набатом отдается в висках. Желание обнять становится просто невыносимым. Раздирает изнутри, рвет в клочья.
– Простите, – сквозь пелену доносится до меня женский голос. Я не сразу понимаю, что обращаются ко мне. – Молодой человек, вы…
– Да, конечно, – я пропускаю женщину с ребенком на их места. И уже решаюсь подойти к Лине, как замираю.
Какой-то блондинистый хер подрезает меня и садится рядом с моей малышкой. Высокий, с широким разворотом плеч и стильно одетый. Его рожа кажется мне знакомой.
– Стефан, – улыбается Лина и тянется обнять мужчину в ответ.
Кровь превращается в раскаленную лаву, меня начинает разрывать от жгучей ревности.
Стефан Костич. Сын влиятельного фармацевтического предпринимателя. Как-то натыкался на статью о нем. Кажется, там говорилось, что Стефан вошел в состав правления корпорацией.
Стефан наклоняется к уху Лины и что-то шепчет. Я вижу, как краснеют ее щеки, как она нервно кусает губу.
Да что за херня?!
Если бы не начавшийся концерт, то драки было бы не избежать. Давно я не разминал кулаки.
По залу разносится будоражащий тело и душу звук органа. А у меня внутри все кипит от сдерживаемой ярости и ревности.
Стефан 
  
Глава 51. Признание
 
– В трех рядах от нас сидит мужчина, глаз от тебя не может оторвать, – произносит Стефан, садясь рядом, – пока не оборачивайся.
– Ты же знаешь, что мне нет де…
– Он точная копия твоего Даниила.
Я замираю. Щеки мгновенно вспыхивают румянцем. Посмотреть пока не решаюсь. Биение сердце отдается в висках, тело бросает в дрожь.
С того дня, как приехала к брату, я порой замечала, как за мной следят. Поначалу думала, что мне кажется. Но когда увидела парня, как две капли воды похожего на Влада, то все поняла.
Я предполагала, что люди Даниила быстро меня найдут. Особенно после того, как любимый узнал, что я не у родителей. Я не стала ничего ему говорить, просить прекратить слежку. Знала, что так Даниилу будет спокойнее.
Честно говоря, несколько раз я была на грани. Хотела купить билет и вернуться. Сказать любимому, что буду с ним до конца, приму любую правду. Хотела попросить у него прощения за то, как вела себя. Какой эгоисткой была!
Но каждый раз Миша останавливал меня, просил еще немного погостить у него.
И вот сейчас, сидя в соборе и слушая рождественский концерт, я с трудом сдерживалась, чтобы не кинуться Даниилу в объятия. И все равно, что обо мне подумают окружающие.
Чувствуя, как к горлу подступает ком и еще немного, и я разревусь, не выдержала.
– Стефан, можешь меня выпустить, – я наклоняюсь к его уху, стараясь говорить как можно тише.
Спустя несколько секунд я уже иду по коридору. На Даниила намерено не смотрю. Знаю, что он последует за мной.
Укутавшись в шарф, я выхожу на улицу. Вдыхаю полной грудью, подставляю лицо под падающие снежинки.
– Лина, – низкий, бархатистый шепот проникает в самое сердце. Заставляет все внутри меня сжаться.
Даниил осторожно, словно боясь спугнуть, обнимает меня за талию. Я вжимаюсь спиной в его грудь, откидываю голову на его плечо.
– Даня, – срывается с моих губ едва слышно.
В объятиях друг друга, в тишине падающего снега, мы стоим у входа в собор. Слова не нужны. Лишь близость, лишь осознание, что мы есть друг у друга.
– Даня, – я все-таки оборачиваюсь и тону в его синих, полных любви и нежности, омутах. Бабочки в животе расправляют крылья после спячки, начинают кружить. Затягивать в вихрь переполняющих меня эмоций.
Я кусаю губу, чувствуя, что еще немного и расплачусь. Как же я скучала по нему.
Да, мне нужно было время чтобы во всем разобраться, успокоиться. Но только сейчас, когда любимый рядом, я поняла одно. Все это я должна была делать не в одиночестве, а рядом с ним. Своим отъездом я причинила боль не только себе, но и Дане. Мужчине, которого люблю всем сердцем и с которым мечтаю прожить всю жизнь.
Мы снова молчим, не в силах оторваться друг от друга. Даниил собирается что-то сказать, но я прижимаю палец к его губам.
– Тшш, – млею, когда его горячее дыхание касается кожи. Когда он игриво покусывает ребро моего пальца. – Даня, я хочу кое в чем признаться.
Нежный взгляд тут же становится колючим, я ощущаю, как Даниил напрягается.
Ох, кажется, он что-то не так понял. Нужно срочно исправлять ситуацию.
– Семь лет назад, когда я узнала, что…
И я рассказываю ему. Всё. О своих чувствах, о том, что все эти годы любила его, ревновала. Что еще когда была маленькой, то мечтала стать его женой. О том, что хочу прожить с ним всю жизнь и хочу принимать участие в воспитании его ребенка.
  
Даниил слушает меня, не перебивая. Я вижу, как меняется его выражение лица, его взгляд. Кажется, что все то время, пока я рассказываю, то вижу всю гамму его чувств.
– Так что, – я пожимаю плечами, – теперь ты знаешь правду. И я наде…