Одержимость. Девочка Сурового (СИ)
Мне становится настолько обидно, что я не выдерживаю и возвращаюсь обратно на территорию университета. Достаю телефон, набираю Даниилу и решаю высказать ему все, что у меня накопилось.
Да как он смеет так себя вести?!
Но он не отвечает. Тогда я отправляю сообщение ему в мессенджере. Он в сети, но мои сообщения не читает.
Вот же… агрх.
Записываю ему голосовое. Пусть знает всё!
Я прочищаю горло и меня уже не остановить: «Я устала от этих игр, Даниил. Я устала от тебя. Лучше бы я тебя не встречала. Лучше бы ты остался воспоминанием! Я ненавижу тебя, слышишь! Ненавижу! Ненавижу! Я больше не желаю видеть тебя! Никогда!»
Свои крики, вперемешку со всхлипами я подкрепляю фото его невесты с букетом.
Отправляю и уже через минуту вижу, что Даниил прочитал мое сообщение. Телефон в руке тут же начинает вибрировать, но я не решаюсь ответить. Мне страшно. Я боюсь услышать холодный, отрешенный голос.
Я трусливо выключаю телефон и захожу в свободную аудиторию. Сажусь на ближайший стул и пряча лицо в ладонях, даю волю чувствам.
Плачу навзрыд.
Не знаю, сколько проходит времени. Но когда в кабинет входит перепуганный охранник, а за ним бледный, как мел, Влад, сердце разбивается вдребезги.
Глава 30. Алтай
Влад ничего не объясняет, только просит поехать с ним. На нем лица нет, я еще не видела его таким разбитым.
– Что случилось? – протираю глаза от слез, – с Даниилом что-то?
– Алина, нам надо ехать. Срочно.
Хватаю с парты сумку и иду за Владом. Не понимаю, что происходит. На все мои вопросы он отвечает молчанием. Идет в своих мыслях.
В машине я включаю телефон, на экране уведомления о пропущенных от Даниила и Пети. Дане боюсь перезванивать, открываю непрочитанное от него сообщение в мессенджере.
«Лисенок, я давно хотел тебе сказать. Я тебя».
Я тебя что? Что?!
Перезваниваю. Телефон недоступен. Сердце болезненно сжимается. Подсказывает, что что-то случилось. Что-то нехорошее. То, что снова заставит его кровоточить от осколков.
– Скажи мне что с Даниилом! – уже не спрашиваю, а требую я.
Чувствую как подступает истерика. Слезы накатывают на глаза. Влад лишь бросает короткий взгляд в зеркало заднего вида и продолжает вести машину.
– С ним же все хорошо, да?! – я уже не в силах сдерживать эмоции. Слезы градом обрушиваются из глаз.
– Все потом, – буркает он, – паспорт у тебя с собой?
– Угу, – киваю.
А дальше все как в плохом кино. Дорога в аэропорт. Влад, который ведет меня к терминалу, откуда вылетают частные борта.
Я иду на ватных ногах, тело меня не слушается, ничего не соображаю.
Как куклу меня сажаю в самолет.
– Телефон не выключай, тебя там встретят.
– А разве ты не… Где? Зачем мне куда - то лететь? – я нервно перебираю ткань юбки.
– Алина, не сейчас. Просто сделай, что я говорю. Тебе нужно улететь.
– Это Даниил так хочет? Он не хочет меня видеть, да? – слезы текут по щекам.
Влад протяжно выдыхает, трет пальцами переносицу.
– Он хочет чтобы ты была в безопасности! Раз не хочешь слушать меня, то послушай его, – и неожиданно добавляет, – пожалуйста, Алина. Мне нужно ехать. Я буду на связи, если что-то понадобится.
Влад уходит, оставляет меня одну на борту самолета. Стюардесса, милая девушка, невольная свидетельница драмы, подает мне стакан воды и упаковку салфеток.
– Я могу что-то для вас сделать? – мягким голосом спрашивает меня.
– Нет, – отрицательно качаю головой. Эмоции накрывают меня с новой силой.
Стюардесса просит меня пристегнуть ремень, я не в состоянии. У меня самая настоящая истерика: я рыдаю навзрыд, меня трясет. Закрываю лицо руками.
– Я вам помогу, – слышу ее голос, но как будто где-то вдалеке. Она пристегивает меня сама.
Через несколько минут самолет взмывает в небо. Я не знаю сколько продлилась моя истерика, я даже успела отключиться.
Рука ложится мне на плечо, и я вздрагиваю.
– Даня, – чуть не вскрикиваю я. Распахиваю глаза. Нет, это все та же стюардесса.
Милая блондинка с бейджем Марина.
– Мы прилетели, – услужливо сообщает она.
– Куда? – во рту пересохло, я еле шевелю губами.
– В Барнаул.
В Барнаул?! Но зачем… Алтай?!
Я распахиваю глаза от недоумения. Зачем Даня отправил меня на Алтай?
Встаю из кресла, Марина мне помогает. Меня шатает из стороны в сторону. Выхожу из самолета у трапа стоят двое мужчин. Чем-то напоминают Влада, но старше. Им, наверно, около сорока обоим. Высокие, накаченные, коротко стрижены. Один брюнет с щетиной, второй гладковыбритый блондин.
– Алина, добрый день, – басит тот, что с щетиной, – меня зовут Андрей, моего коллегу Дмитрий, мы работаем на Даниила Максимовича. Нам поручено доставить вас в его дом.
– Вы можете мне объяснить, что происходит? – я сглатываю нервный комок, кажется, истерика снова подступает.
– Пройдемте в машину, по дороге все вам объясним.
Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю.
Мне нужно держаться, нужно узнать, что с Даней. Смотрю на телефон. Новых сообщений нет.
Черный внедорожник, тонированные стекла. Мне открывают заднюю дверь. Сажусь.
Мужчины занимаю места впереди, трогаемся.
– Поживете там какое-то время в доме Даниила Максимовича, – сухо говорит Андрей.
– А что с ним? Я хочу с ним поговорить.
Тишина.
– С ним что-то случилось? Почему мне никто ничего не объясняет? – голос дрожит, вот-вот сорвусь.
– Алина, успокойтесь. Сейчас мы вам ничего не можем сказать.
Дальше, как в тумане.
Я смотрела на телефон каждые пять минут, пыталась дозвониться до Дани. Звоню Владу, он поднимает трубку, выслушивает мою истерику и просит взять себя в руки и подождать. Потом я звоню еще и еще, но в трубке лишь короткие гудки.
С Даней точно что-то случилось, но мне никто ничего не говорит. Залезаю в интернет, просматриваю новости. Ничего. Просматриваю страницу фиктивной невесты, тоже ничего нового.
Полная неизвестность, которая снова доводит меня до истерики.
Мы подъезжаем к высокому забору. Автоматические ворота отъезжают, пропуская нас на территорию.
Последнее что помню - машина остановилась. Дмитрий открыл мне дверь, и я рухнула. Рухнула во тьму.
Прихожу в себя. Я в спальне. Из окон падает мягкий свет. Вокруг все в светлых тонах. Стены, мебель. Я вся в той же одежде. Мне так плохо, болит голова, во рту все пересохло, желудок скрутило узлом.
Медленно поднимаюсь с кровати. Встаю, меня немного шатает. Голова кружится.
Где мой телефон? Сумка? Оглядываюсь по сторонам. Нахожу свои вещи в кресле у окна. На телефоне почти села зарядка, всего несколько процентов.
От Дани по-прежнему нет сообщений. Набираю его номер - недоступен. Набираю Владу, сбрасывает, но следом присылает сообщение:
«Я занят. Если что - то нужно, обратись к Андрею или Дмитрию, они все сделают».
Мне нужны ответы, а их никто дать не может! Бесит.
Падаю в кресло, прикрываю глаза. Ресницы дрожат.
«Только бы с ним все было в порядке», – мысленно повторяю, как мантру.
Телефон в руке вибрирует…
Глава 31. Месяц
Я распахиваю глаза в надежде. Даня, Данечка!
Но нет, на экране высветился номер мамы. Понимаю, что сейчас не смогу с ней разговаривать и сбрасываю вызов. Набираю сообщение, что перезвоню позже.
Неизвестность. Какое же это ужасное чувство. Я не знаю, что случилось, не знаю, что с Даней. Но, понимаю, что все очень серьезно, раз меня отправили так далеко от Москвы. На Алтай.
Медленно поднимаюсь из кресла. Во рту пересохло, мне необходим глоток воды, чтобы не лишиться чувств.
Бросаю взгляд в сторону окна, за легкой колышущейся на ветру бежевой занавеской потрясающий вид на горы.
Возможно, при других обстоятельствах я бы его оценила по достоинству, но не сейчас.
Слезы снова подкатывают к глазам, из-за кома в горле перехватывает дыхание. Не могу себя сдержать. Очередной поток слез и истерики вырываются наружу. Падаю на пол и закрываю лицо руками. Не замечаю, как в комнату вошли.