Одержимость. Девочка Сурового (СИ)

– Устал? – спрашиваю я, осторожно садясь рядом.
Я замираю, почти не дышу. Жду. В воздухе витает напряжение. Я боюсь коснуться Даниила. Мне кажется, если сделаю это, то точно заискрит.
– Нет, – его хриплый голос разрезает тишину. – Но на галстук сил нет.
Я усмехаюсь и уже тянусь к шее Даниила, как он резко утягивает меня на себя. Усаживает верхом к себе на колени, отчего мы оказываемся лицом к лицу. Я невольно упираюсь коленями в мягкую обивку и краснею.
  
Хорошо, что в гостиной не включен свет. Так бы моё смущение не осталось без внимания.
– Голоден? – я сминаю пальцами ткань галстука и начинаю развязывать.
– Очень, – тихо отвечает Даниил, скользя взглядом по моему лицу. Его ладони сжимаются на моей талии, отчего по телу бегут искры. Кровь превращается в лаву и обжигающей волной разливается по венам.
– Я как раз приготовила ужин, – я стягиваю галстук. – Сейчас накрою.
Я пытаюсь сползти с коленей Даниила, но он не даёт. Держит крепко. Сильнее прижимает меня к себе, отчего наши лица оказываются в опасной близости друг от друга. Я жадно вдыхаю аромат его дорогого парфюма. Чувствую, как низ живота стягивает тугим узлом, а между ног проступает влага.
– Останемся здесь, – шепчет Даниил. Его горячее дыхание касается моих губ, отчего голова идёт кругом. – Совместим приятное с полезным.
Я цепенею. Что значит приятное с полезным?
Даниил чувствует моё напряжение, и тут же добавляет:
– Устроим совместный просмотр фильма с закусками.
Я удивлённо выгибаю бровь. Неожиданно.
– А я думала, такие как ты, едят только за столом, – усмехаюсь.
Ладонь Даниила перемещается на моё оголённое бедро. Обжигает. Я закусываю нижнюю губу. Пытаюсь подавить рвущийся наружу стон.
– Это какие «такие»? – лукаво ухмыляется Даниил. – В детстве мы часто любили есть вредную еду, сидя перед телевизором. Помнишь?
Ого! Он помнит и это.
– Значит, продолжим традицию. Ты выбираешь фильм, я готовлю закуски.
Даниил кивает и уходит принять душ. Я же убегаю на кухню и достаю из холодильника всё, что попадается под руку.
Маслины, хамон, сыр, орехи и фрукты. Красиво выкладываю продукты на доску с загнутыми бортами и возвращаюсь в гостиную.
Даниил уже сидит на диване и выбирает фильм. Из одежды на нём лишь пижамные штаны, торс оголён.
Я громко сглатываю и отвожу взгляд. Готова смотреть куда угодно, но только не на его рельефную грудь. Не на его бицепсы, не на бугрящиеся под кожей мышцы. А от вида кубиков пресса, хочется убежать к себе в спальню. Закрыться и утихомирить взбунтовавшееся тело.
Зачем он так со мной?! Провоцирует? Издевается или… Хотя, о чём это я. Он же у себя дома. Может ходить в чём вздумается.
Я неуверенно кладу доску на стеклянный столик и сажусь на краю дивана. Как можно дальше.
– Спасибо, – ухмыляется Даниил, и откупоривает бутылку вина. На столе два бокала. – Выпьешь со мной?
Я киваю. При этом прошу, чтобы налил совсем чуть-чуть. А то я знаю свой организм. Пьянею с одного бокала.
Даниил включает фильм и неожиданно выдаёт:
– Как же так, Лина, – он склоняется над закусками. – Волос.
– Волос! – я тут же подскакиваю к столику. – Прости, я не понимаю, как он…
Не договариваю. Слышу за спиной смех Даниила и в следующий миг он утягивает меня к себе под бок. Обнимает меня за талию и произносит:
– Так лучше. А то отсела от меня, будто я тебя съем.
Даниил протягивает мне бокал вина.
Я тут же делаю глоток, чувствуя, как подрагивают пальцы. Я так нервничаю, что не отдаю отчёт своим действиям. Близость Даниила сводит с ума. Мозг словно желе, отказывается здраво мыслить.
И вместо того, чтобы сосредоточиться на фильме и расслабиться, я сижу натянутая, как струна.
Судя по тому, как быстро бьётся сердце Даниила, он волнуется не меньше меня. Хотя делает вид, словно увлечён фильмом. Его пальцы нежно поглаживают мой живот, бёдра.
Я же с трудом сдерживаюсь, чтобы не коснуться его губ. Все те чувства, от которых я пыталась избавиться, рвутся наружу. И сейчас это не та невинная влюблённость. Это нечто большее. То, в чём я могу сгореть.
Алкоголь ударяет в голову, и я не замечаю, как прижимаюсь к объекту своей агонии. Я кладу ладонь на его горячую грудь и тут же отдёргиваю, понимая, что так нельзя.
Но Даниил перехватывает мою запястье и кладёт ладонь обратно. Его пальцы проскальзывают мне в волосы и освобождают от резинки.
В следующий миг я оказываюсь в горизонтальном положении. Лежу на диване. Даниил нависает надо мной.
  
Глава 24. Фикция
 
– Всё, я больше не могу, Лина, – хрипло выдыхает Даниил и жадно накрывает мои губы своими губами. Жадно, властно, оставляя за собой безоговорочное доминирование.
Я плавлюсь в его объятиях, в его страсти. Низ живота стягивает от напряжение, между ног проступает влага и я отдаюсь ощущениям. Зарываюсь пальцами в его жесткие волосы, обхватываю его талию ногами.
Алкоголь в крови раскрепощает, дурманит разум.
Даниил властно проникает языком в мой рот, углубляет поцелуй. Подминает меня под себя, дышит тяжело и хрипло.
Наши языки встречаются, ласкают друг друга. Голова идёт кругом, разум уходит на задний план. Остаются только чувства.
Столько лет я мечтала об этом. Видела во снах и не хотела просыпаться. И сейчас…
– Хочу тебя, – шепчет Даниил, отрываясь от моих губ. В его синих глазах бушует пламя, готовое сжечь меня дотла. Кровь кипятком разливается по телу, дыхание учащается, меня бьёт, как в лихорадке. – Всю тебя, Лина.
Его пальцы нежно касаются моих волос, а губы впиваются в мою шею. Я тут же выгибаюсь, закидываю голову назад и приоткрываю рот. Пожар охватывает меня, я сгораю в нём. Наслаждаюсь.
Даниил скрещивает мои запястья над головой и вжимает их в мягкую ткань. Губы и язык продолжают ласкать мою шею, захватывая каждый сантиметр.
Я закрываю глаза, тону в удовольствии.
Даниил упирается твёрдым бугром между моих ног и начинает поступательно двигать бедрами мне встречу.
Я закусываю нижнюю губу, чувствуя, как внизу уже болезненно сводит от желания. Даниил оставляет обжигающую дорожку на моих ключицах, ложбинке и задирает мою футболку.
Сминает мои полушария и игриво прикусывает напряженный сосок сквозь ткань кружевного бюстгальтера.
Из моего горла вырывается стон удовольствия, по телу бегут мурашки.
– Лина, – шепчет Даниил, и прикусывает второй сосок. Меня простреливает новой вспышкой удовольствия. – Моя Лина.
Даниил скрывает бюстгальтер вниз и тут же накидывается на мою грудь жадным поцелуем. Сминает ее ладонями, с наслаждением облизывает ареолы, по очереди покусывает и посасывает соски.
– Даня, – стону я его имя, больше не в силах терпеть эти мучения. – Я…
И тут, меня словно ледяной водой окатывает! Его невеста!
Я резко напрягаюсь, и Даниил это чувствует. Поднимает на меня хмурый взгляд и спрашивает:
– Что такое, малышка?
– Это неправильно, – я тут же тянусь прикрыть свою грудь футболкой. – Всё это… Ошибка!
Даниил мгновенно мрачнеет. Слегка отстраняется, я же спешу выскользнуть из-под него.
– Ошибка? – сдержанно цедит он сквозь стиснутые зубы. – В чём именно?
– Даниил, это… это неважно, – я снова предпринимаю попытку вырваться, но он подминает меня под себя и утыкается лбом в шею. От его горячего, влажного дыхания тело снова покрывается мурашками.
– Не отпущу, – его губы касаются моей шеи, а у меня в груди болезненно сжимается. На глазах наворачиваются слёзы, но я держусь. – Столько лет, Лина, – его хриплый голос ласкает слух. – Все эти годы, я не переставал…
  
– Твоя невеста, – наконец произношу я, и закусываю щеку изнутри. Еще немного и разревусь. – Нам нельзя и…
Даниил напрягается, и я ощущаю, как начинает подрагивать его тело. Я слегка отстраняюсь, боясь, что у него мог случиться припадок или еще что-то. И не ошибаюсь. Ну, почти.
У Даниила действительно случился припадок. Только не тот, которого я опасалась.