Доктор Лапа для властного папы (СИ)

— Я попросила повара приготовить несколько альтернативных десертов на пробу твоему папе, вместо чизкейка, эклеров, торта-Наполеона и прочих калорийных вкусностей, которые на ночь есть не следует.
— Следует не следует... Кто ты вообще такая, чтобы мне указывать?! — ворчит Роман, но беззлобно, да и на десерты смотрит с интересом. Пододвигает к себе мусс из тёмного шоколада, пробует. Нарочно сохраняет нейтральное выражение лица, чтобы я мучилась вопросом, понравилось ему или нет. Если судить по тому, что он доедает всё без остатка, то отзыв клиента положительный.
  
— А мы с тобой, Лиза, попробуем черничное желе. В нём всего тридцать калорий, и мы их быстро сбросим после еды.
— Правда сбросим? — Смотрит на меня сияющими глазами.
Кажется от неприязни и недоверия мы перешли к почти приятельским отношениям.
Низкокалорийные десерты творят чудеса.
— конечно! Сразу же и сбросим, вот увидишь.
— Вы с папой всегда после ужина сбрасываете калории?
Чего это Роман закашлялся? И давится к тому же... Это же мусс, в нём нет никаких комков.
Он что, покраснел? И... плачет от смеха?
Называет меня странной, а сам при этом что вытворяет... Лиза задала вполне логичный вопрос, сбрасываем ли мы с ним калории после ужина. Что в этом смешного?
— Нет мы раньше не сбрасывали, но теперь начинаем новую жизнь.
Роман продолжает смеяться, с чего, спрашивается?
Лиза принюхивается к желе, потом осторожно подносит ложечку ко рту.
— Ты не обманываешь, что в нём всего тридцать калорий?
— Лапонька не умеет врать, — отвечает её отец.
— Правда, что ли?
— Чистая правда. — Киваю в знак подтверждения. — У меня язык как помело, все мысли вылетают наружу без таможенного досмотра.
Лиза съедает десерт с таким удовольствием, что приятно смотреть. Потом отодвигает от себя тарелочку и с вызовом смотрит на меня.
— Всё, я съела. Как будем сбрасывать калории?
— Очень просто. Сто приседаний.
— Сто? — Лиза выглядит озадаченной. То ли не ожидала настолько срочной отработки калорий, то ли не верит моим расчётам.
— Не сомневайся, Лапонька никогда не ошибается, — говорит Роман, доедая второй мусс. Если он собирается слопать все десерты, то никакой диеты не получится.
Однако я решаю оставить этот спор до завтра. Сегодня главное — найти контакт с Лизой.
— Я всё рассчитала до последней калории. Хочешь, пересчитаем вместе?
— Нет я тебе верю. Вот так просто... встать и приседать? — Лиза явно принимает мои слова за шутку.
А что? Упражнения только полезны, а если делать аккуратные и неглубокие приседания, то можно и после еды.
Поднимаюсь и даю знак следовать моему примеру. Лиза встаёт напротив меня.
Не сговариваясь, мы поворачиваемся к Роману.
Делаю быстрые подсчёты в уме и говорю.
— Два шоколадных мусса... Если учитывать твой вес, то тебе надо сделать тысячу приседаний, чтобы отработать калории. На твоём месте я бы приступила как можно скорее, а то до утра не успеешь, а нам утром бегать.
— вы утром вместе бегаете? — удивляется Лиза.
— Да. Говорю же, я работаю на твоего папу, поэтому приходится бегать за ним и записывать его распоряжения на ходу. Он очень... властный.
Я шучу, конечно, но это срабатывает. Кажется, Лизе нравится, когда я подшучиваю над её отцом, а он ругается на меня, а не на неё.
Роман окидывает нас мрачным взглядом и берёт с подноса фруктовый салат.
— Тридцать две калории, — сообщаю ему жизнерадостно.
Он демонстративно ставит салат обратно и берёт земляничный мусс.
И тут же предупреждающе поднимает руку, чтобы я не сообщала ему калорийность.
Ну, как хочет Его бока — его богатство.
— Лапонька, слушай... а можно я съем ещё одно желе? — спрашивает Лиза.
— конечно, можно. Ты знаешь ему цену.
— Еще сто приседаний?
— Совершенно верно!
  
18.
 
Выходить с Романом на пробежку каждое утро становится для меня привычкой. И для здоровья хорошо, и... приятно, но не потому что мы обсуждаем что-то важное, нет. Между нами комфортное молчание.
Не сговариваясь, мы заходим в ту часть парка, дге видели рыжего кота, однако сегодня он не появляется.
— Ты кому-нибудь сообщил о нарушении правил? Кота забрали?
— Нет я никому не сообщал. А ты?
Я? Серьёзно? Я вообще не понимаю, как можно запрещать животных.
— Нет я никому не говорила. Это хорошее нарушение.
Странно, но Роман со мной не спорит.
Пока мы завтракаем на кухне, он сообщает, что сегодня мне предстоит поехать с ним на деловую встречу. Его знакомый предложил вложить деньги в строительство медицинского центра, и Роман хочет, чтобы я присутствовала при встрече и высказала моё мнение насчёт предложения.
Смотрю на него, удивлённо моргая.
— Спасибо за доверие, конечно, но я только что закончила обучение. Никогда даже практику не проходила в частных клиниках, и в частных больницах тоже.
— Мне нужны не твои знания, а твоя способность замечать мелочи и интуиция. Так что... не напрягайся. Если не сможешь сделать никаких выводов — без проблем. А если что-то заметишь, скажешь мне на обратном пути.
Я киваю, пытаясь скрыть лёгкое волнение. С одной стороны, приятно, что он доверяет моему мнению. С другой — мне как-то боязно. Всё-таки решение касается крупных инвестиций.
В обед мы едем на встречу, она происходит в ресторане. В целом, ощущение необычное, почти как перед экзаменом, но с добавкой взрослого мира финансов и деловых договорённостей.
Роман словно ощущает моё волнение. Ловит мой взгляд и кивает. Не знаю, что именно он имеет в виду, но от этого мне почему-то становится легче.
Ходить в ресторан с Романом Ахтаровым весьма забавно. Мы с ним общаемся так просто и непринужденно, что я порой забываю, что на самом деле он человек с высоким статусом и немалым влиянием, а не простой смертный. То, как окружающие заискивают и расстилаются перед ним, застает меня врасплох.
Нас проводят внутрь через специальный вход, минуя основную часть ресторана.
Кто бы знал, что в таких местах есть скрытые проходы и закрытые комнаты, где можно разговаривать без лишних глаз и ушей? Рядом с нашей комнатой несколько помещений закрыты, чтобы наш разговор оставался полностью приватным.
Встречающий нас менеджер ощутимо нервничает: то поправит галстук, то чуть поклонится, то поспешно отходит в сторону. Кажется, что он готов в любой момент упасть ниц.
Роман вообще этого не замечает. Он привык, что к нему всегда так относятся. А я смотрю по сторонам с искренним изумлением, отмечая каждую деталь, каждый жест окружающих, как будто передо мной разыгрывается неожиданный и любопытный спектакль.
Через несколько минут появляется его знакомый, Марат. По тому, как они здороваются, очевидно, что они хорошо знакомы. Улыбки, смех, похлопывания по плечу — всё это говорит о давней дружбе, о доверии, о привычных ритуалах товарищества.
Роман нас знакомит, и я с интересом жду того, как он меня назовёт. Однако он произносит «Лапонька» без гримас и шуток. Похоже, наконец, привык. Да и его друг явно слышал моё имя раньше, потому что не удивляется.
— Ага, значит, вы и есть та самая знаменитая Лапонька! — Улыбка Марата тёплая, чуть ироничная, и я невольно краснею. Меня немного смущает такое прицельное внимание, наверное, из-за статуса и власти этих мужчин.
Я тушуюсь. Стараюсь выглядеть спокойно, но внутри ощущаю странное сочетание приятного волнения и лёгкой тревоги.
— Не уверена, насколько я знаменита.
— Не прибедняйтесь! За короткий срок вы стали любимицей всей компании. Роман рассказывает о ваших нововведениях, и я ему даже завидую. Мне бы такую Лапоньку!
  
— Спасибо, но... это явное преувеличение.
— Нет я так не думаю. Разве это не вы изменили меню в столовой для сотрудников?
Не вы забраковали старые кофемашины в зданиях, потому что они не соответствуют правилам гигиены, и заставили Романа сделать кухни на каждом этаже? Вас теперь за это обожают! Знаете, что мне понравилось больше всего? Что вы пересадили все кактусы на территории Романа в более здоровый грунт. Роман сказал вам, что я коллекционирую кактусы?