Графиня на Новый год (СИ)

"Ну и дела! — Подумала Эжения. — Пожалуй, стоит поискать ключи."
Странно, что эта мысль раньше не пришла ей в голову. Впрочем, она-то думала, что её заперли специально, она и не предполагала, что это её дом. Ну, не её, всё же, а, видимо, той девушки, которой она почему-то стала.
Что же, значит, надо более тщательно обследовать доставшиеся ей апартаменты. Понятное дело, что эту маленькую квартирку так нельзя было назвать, так что мысленно Эжения произнесла это с изрядной долей сарказма. Учитывая, что та женщина, Тамара, говорила про работу, а квартира явно небольшая, хоть и опрятная, то, очевидно, что девушка, в чьём теле она оказалась — не аристократка. Скорее всего, она какой-то обслуживающий персонал, если исходить из слов Тамары о неких клиентах. На этой мысли Эжения замерла.
"Надеюсь, речь шла не о борделе, — мрачно подумала она. — Только болезней мне и не хватало в придачу к этому телу".
Эжения была практичной особой, а потому, как только осознала и приняла произошедшее с ней, то сразу же осознала и приняла тот факт, что она ничего не сможет сделать, чтобы вернуть себе прежнюю жизнь. По какой бы причине не произошло то, что произошло — это было не в её власти. Если на то будет воля божья, то всё само вернётся, как было, а если нет… Значит, она должна всё сделать, чтобы выжить в новых обстоятельствах. Хорошо, что у её предшественницы есть работа — не придётся думать, где найти средства на пропитание. И, кстати о пропитании: в этом месте есть хоть какая-нибудь еда?..
  
Глава 3.
 
Ключи отыскались довольно быстро: собственно, лежали они на виду, на тумбочке возле двери. Если бы Эжени с самого начала дала себе труд осмотреться более внимательно, она бы их сразу заметила. Поэкспериментировав с замком, молодая женщина сумела-таки открыть дверь. Порадовавшись вновь обретённой свободе, она выглянула за дверь, увидела небольшую площадку с ещё четырьмя дверями, а также лестницу, уходившую вверх и вниз. А потом вновь закрыла дверь — и снова заперла на замок, так, на всякий случай.
Не готова была пока Эжения к знакомству с внешним миром, да и не прилично женщине расхаживать в общественных местах в мужском спальном одеянии. Хотя на кофте и штанах были изображены какие-то цветочки, Эжения была уверена, что эта одежда — мужская. Ну не могут женщины брюки носить, даже во время сна.
План девушки был прост: дождаться прихода загадочной Тамары — и обо всём её расспросить. Шансов, что Эжения разберётся без подсказок и помощи, было мало. Она вот даже с техникой на кухне не смогла разобраться: догадалась только, что все эти ручки и кнопочки сделаны для того, чтобы их крутить и нажимать. Так что, если ей кто-то всё не покажет и не расскажет, она рискует элементарно от голода умереть.
Готовить, будучи графиней, Эжении приходилось мало, но кулинарному мастерству она, как и любая девочка, предназначенная стать женой и хозяйкой, обучалась. Так что несколько блюд она вполне в состоянии приготовить — было бы из чего. Инспекция кухонных шкафов привела к неплохому результату: в одном из шкафов каким-то образом сохранялась пониженная температура, и там в разных кастрюльках и судочках была уже готовая еда. Правда, пришлось её есть холодной, так как Эжения не смогла разобраться, как разогреть пищу. А точнее, ей было просто страшно что-то крутить и включать, не зная, как это правильно делать. Может, где-то в квартире есть инструкция? Но этим можно заняться позднее.
Эжения быстро сервировала себе стол на одну персону — хоть она и не занималась этим самостоятельно с тех пор, как сдала экзамен преподавателю этикета, она прекрасно помнила, как это делается. Затем девушка позавтракала — хотя по времени это был скорее полдник — а после убрала со стола. Тут её ждало неприятное открытие: похоже, мыть посуду и делать уборку ей теперь предстоит тоже самой. Как же неудобно без слуг!
После завтрака девушка продолжила исследовать доставшееся ей жилище. В комнате в платяном шкафу она обнаружила странную оджду, в которой ни одна приличная женщина, даже плебейка, на людях не покажется. Тут были брюки! И, если бесформенные пижамные штаны еще можно было принять за мужские — ну или детские, то облегающие брюки с высокой талией и контуром женских бёдер — однозначно мужчине не предназначались. Юбки тоже были форменным безобразием: даже строгие фасоны, напоминающие те, в которых ходили женщины-служащие, были слишком коротки. Неужели тут такое носят? Они же чуть прикрывают колени, оставляя на обозрение икры и щиколотки. А уж достав из шкафа коротенький летний сарафан, где подол едва доходил до середины бедра, Эжения и вовсе изумлённо пискнула. Женщины носят ТАКОЕ? Или её догадка по поводу борделя была верна, и все эти короткие юбки и облегающие блузки — её форма для работы?..
 
Следующий час Эжения просидела у окна, наблюдая за редкими пешеходами. И, если мужчины одевались почти привычно — некоторые их наряды походили на одежду аристократов, а некоторые — на рабочую форму, то женщины… Это был шок. Особенно, когда она увидела высокую длинноногую девушку в нижнем белье. На ней были миниатюрные черные шортики, едва прикрывающие ммм… место для сидения, а также на груди была полоска ткани на бретельках — тоже чёрного цвета. И, хотя остальные женщины и девушки были одеты более прилично, но тоже неприемлемо: обтягивающие брюки или короткие юбки, открытый живот — всё это было просто немыслимо. Но хотя бы Эжения успокоилась, что одежда в её шкафу — не для борделя. Если, конечно, все мимо проходившие женщины не являются его работницами.
Отыскав в шкафу наиболее длинное платье — летний сарафан с лёгкой юбкой до щиколотки и взяв комплект белья (при виде которого у графини, вдовы, имеющей любовника, покраснели щеки), Эжения направилась в купальню. Там она разобралась достаточно быстро, в отличие от кухни, потому как система с кранами была похожа на то, что было в её доме в родном мире. Правда, у неё текла только холодная вода, а тут была и горячая — что несказанно порадовало молодую женщину, ибо нагреть себе воды самостоятельно она по-прежнему не могла. Внимательно обследовав помещение, но так и не поняв, каким образом нагревается вода, Эжения набрала полную ванну и улеглась в неё, добавив туда пену и соль. Так как язык она понимала, хоть и не все слова, то прочитать надписи на флакончиках, ей труда не составило. Да и инструкции на оборотной стороне — тоже. Немного понежившись в ванне, она вымыла себе голову — чуть ли не впервые в жизни самостоятельно — а затем завернулась в большое пушистое полотенце, найденное в шкафу.
Вернувшись в спальню, Эжения набрала себе с полок журналов — и приступила к их изучению. Надо же понимать, что происходит в мире, в котором она оказалась.
Молодая женщина так увлеклась, что оторваться от чтения её смогло заставить только голодное бурчание в животе. Отложив журналы, Эжения скинула полотенце, надев бельё, показавшееся ей невероятно удобным, а поверх накинула выбранный сарафан. Затем, в прихожей перед большим зеркалом она рассчесла волосы и заплела их в простую косу — каждая леди должна знать несколько простых причёсок на случай непредвиденных обстоятельств. Своим видом графиня осталась довольна — хотя немного скинуть вес не помешает. Было некомфортно ощущать на себе лишние килограммы. Да и с волосами надо что-то делать. Но это всё потом, сначала — обед.
Да и надо сперва разобраться, что к чему в этом мире, а потом уже заниматься внешностью. Есть более важные задачи, а это пока терпит.
По вещам в квартире Эжения уже поняла, что девушка, в чьём теле она оказалась, живёт одна. Оно и понятно — квартирка-то крошечная, тут нет места для кого-то ещё. И это было для неё облегчением: молодая женщина не предполагала, как бы она стала строить отношения с близкими этой девушки. Тамара — совсем другое дело, она либо просто коллега по работе, либо подруга. А что бы Эжения делала, окажись у её нового тела, к примеру, муж и ребёнок?..