Ведьма Андроса (СИ)
— Но он же не успеет высохнуть, — возразила я.
— А ты собралась стирать в ручную, ведьма? Хочешь чистую постель — учи заклинание стирки и сушки, раз до сих пор их не знаешь.
Я пулей вернулась в комнату. Руки дрожали. Я же появилась в школе всего пару часов назад. Я буквально ничего не знаю! Почему нельзя мне помочь? Просто направить, отнестись с пониманием? Но даже Гриффин ничего не спросила.
Впрочем, ей наверняка все равно на мою сопливую историю.
— Ты не могла бы помочь? — спросила я.
Мариша отвлеклась от мобильника и злобно засмеялась.
— Не-а, дорогуша. Каждый сам за себя.
***
«Каждый сам за себя» — странное понятие, по крайней мере в стенах Облачной башни. Здесь училось не так много ведьм, но их всех можно было поделить на три категории.
Первая не вмешивалась. Эти ведьмы продолжали лениво перебирать обед, несмотря на драку за соседний столик. Они делали маленькие, изящные глотки травяного чая, читая новый выпуск журнала «Сплетни Магикса и Магического измерения». Одевались в мрачные, но все же спокойные тона.
Вторая группа была меньше и состояла из роковых красоток в мини-юбках или ультра-коротких шортах. Их каблуки стучали по каменному холодному полу, поскрипывая по шершавым вкраплениям. Под глазами многие из них рисовали крупные треугольники: у кого-то темно-синие, у кого-то красные, у кого-то почти черные. Неизменным оставалось одно: они издевались над третьей группой ведьм.
Те сидели чаще всего по одиночке. Их головы были опущены, плечи поникшие. Распущенные волосы пологом закрывали бледные лица, но не скрывали их обладательниц от других студенток.
Мариша принадлежала ко второй группе. А я, судя по пустому столику, оказалась в третьей.
Суп был ледяной. В сероватом бульоне плавали неровно нарезанные овощи и странные куски мяса. Когда на поверхность выплыл круглый глаз, я не выдержала и вырвала на пол рядом с собой.
Девушки за соседними столиками усмехнулись, но сказать ничего не успели. Стены затряслись от жуткого гула, от которого мое сердце панически сжалось. Но ведьмы спокойно встали и, оставив тарелки и кружки на столах, покинули столовую.
На часах пробило шесть часов вечера.
Я едва успела догнать Маришу, однако та отшатнулась и прошипела:
— Я второй курс, дубина.
Растерянно посмотрев ей вслед, я побежала искать нужную аудиторию самостоятельно.
Первым занятием была «Философия Темных искусств», которую вела директриса Гриффин. Пожалуй, я даже завидовала ее стальной хватке, мертвецки спокойному взгляду и голосу, от звучания которого по спине пробегали мурашки.
— Преужасного вечера, дамы. Сегодня мы продолжим разбирать один из самых главных вопросов всего обучения.
Мел за ее спиной взлетел и резкими движениями высек на доске слова:
Ведьмы за добро или зло?
Конечно, зло. Разве могут быть сомнения?
— Роксалана, расскажи вкратце материал прошлого занятия.
Рыжая девушка подскочила из-за первой парты и протараторила:
— Свет не может существовать без тени, как тень не может существовать без света. Однако тень не является абсолютным злом. Несмотря на предвзятое отношение общества, магия ведьм более универсальная и, в отличие от фейской, не зависит от трансформации.
То-то и оно. Феи могут совершенствоваться стремиться к более высоким результатам и умениям.
— Сносно, но пойдет, — ответила Гриффин и дала разрешение сесть. — Многие из вас слышали, что вы бездарны.
Я удивленно посмотрела на директрису, а потом на студенток.
— И сейчас это правда, но в ваших силах все изменить. Феям нужна поддержка, конвергенция, превращения, пикси, волшебные компаньоны и… — Гриффин усмехнулась. — Друзья, семья, любовь. Вам же не нужен никто, чтобы достичь своего максимума. Вся ваша сила сосредоточена здесь.
Ведьма приложила руку к сердцу.
— Многие отрицают силу негативных эмоций, но именно злость, обида, ненависть, ярость и зависть становятся острее и крепче самого искусного клинка.
Я поежилась. Я всегда пыталась быть лучше, чем есть. Давила в себе негативные чувства, потому что фея не должна злиться или завидовать. Разве это неправильно?
Студентки речь директрисы оценили. Многие кивали, другие молча слушали, поджав тонкие губы. Но в глазах у всех — одобрение, понимание и облегчение.
Нет, я не могу! Это легкий путь, который приведет меня ко злу. Я останусь в Облачной башне на время, пока не буду уверена, что родители меня не ищут, а потом уйду.
***
После занятий я вернулась в комнату и упала без сил на кровать. Все вокруг пропиталось злом, и это не могло не давить.
— Че разлеглась? Готовиться к полетам не собираешься?
Мариша ответа не ждала. Она заглянула в мой шкафчик и, не дожидаясь возмущений, кинула в меня книжку.
У меня нет было сил ругаться. Я лишь приподнялась, чтобы разглядеть обложку.
САМОУЧИТЕЛЬ ДЛЯ ЮНОЙ ВЕДЬМЫ
Бытовые заклинания, простые проклятия и инструкция о том, как сотворить гадость и не попасться.
— Третий раздел, — бросила Мариша и села за стол.
Она достала из сумки тетрадку, включила музыку и начала что-то писать.
Третий раздел — создание защитного костюма. Я и не знала, что обтягивающий кожаный костюм, в котором часто изображали ведьм, был не для темного образа. Он создавался магией против непогоды, холода, ран от немагического оружия. При некоторых условиях мог спасти от перепадов давления под водой.
Я же не смогу сотворить такой. Смешно думать иначе.
Мариша словно прочитала мои мысли.
— Не сделаешь — полетишь голышом. Не сомневайся, молния ударит в первые минуты.
Я сглотнула. Кажется, придется постараться.
За десять минут до начала занятий у меня на руках был костюм тёмно-синего цвета с зеленым подтоном, как будто ткань поглотила ночной океан. Но он оказался не по размеру — в талии слишком широк, а рукава и вовсе болтались.
Но я радовалась, что у меня вообще что-то вышло.
— Поправь, это убожество, — закатила глаза Мариша.
Полеты велись для всех курсов в одно и то же время. И ее костюм сидел идеально, как вторая кожа.
Я закрыла лицо руками. Почему так сложно? Я так надеялась, что когда приеду к стенам Алфеи, все несчастья кончатся. А они только начались…
— Ты чего разнылась? Фейка что ли?
Мариша громко хмыкнула и вышла из комнаты, хлопнув дверью. Я поспешила за ней. Хотя бы не потеряюсь и не опоздаю в первый же день.
Уроки по полетам напомнили мне о том, как я училась плавать. Тогда преподаватель, крепкий мужчина лет сорока, держал меня под животом и указывал, как и с какой скоростью двигать ногами и руками.
Я повторяла, старалась и учила свое тело действовать на автомате. Чувствовать потоки воды.
Так же, как сейчас: воздушная подушка поддерживала меня, а я повторяла за девушками и неловко двигалась вместе со всеми под грозовым небом. Хлестал дождь — я плохо слышала преподавателя и врезалась в студенток, как и они врезались в меня. Буйный ветер сносил в сторону, но стоило понять его, как движение далось легче.
Рядом блеснула молния — я вскрикнула от неожиданности, яркий белый свет обнажил прозрачный защитный купол.
Я почувствовала себе увереннее.
Вспомнился дом. Сита любила штиль, а я — шторм. Ей казалось, что спокойная вода оберегает. Я же думала, что это безразличная маска, а жгучий шторм — настоящее лицо Океана, которое он не всякому покажет. И не всякий его переживет.
Но я переживала много раз — меня любил Океан, и я любила его в ответ. И сейчас, в пучине дождевой воды и ветра, я взлетела выше всех и раскинула руки.
Мое сердце трепетало от наслаждения и одновременно заныло от тоски. Гроза напоминала воду, но не была ей.
***
Дни неспешно следовали один за другим, а я никак не могла свыкнуться с учебой в Облачной башне.
С одной стороны — я уже вполне сносно освоила несколько заклинаний: сушку, глажку и создание защитного костюма. С другой я все меньше и меньше понимала кто я.