Муха, ко мне! Пособие по воспитанию дракона (СИ)

Посреди комнаты нагромождение в виде сцены. Посреди кучи перевернутый огромный цветочный керамический горшок, в котором еще совсем недавно сидел карликовый лимон. Рядом восседает Муха, держа в руках две ложки. В какой момент он их спер из кухни, ума не приложу, но именно ими он отбивает барабанную дробь по дну пустого горшка, при этом размахивает головой в такт и пытается переделать классический вальс в ремикс с элементами рока.
  
Рок в данном случае прорывается из его хриплого горла жутким вяканьем. Серый подыгрывает и раскачивается из стороны в сторону на передних лапах.
И я, глядя на все это, понимаю, что детям категорически нельзя включать взрослые фильмы. Двадцати секундного эпизода из вчерашнего боевика было достаточно, чтобы Муха обрел себе нового кумира. И слава богу, что у меня на балконе не стоит мотоцикл.
В общем еще немного и на этот концерт начнут покупать билеты соседи. А мне еще лишних свидетелей не хватало. Здесь бы от Костылецкого отделаться.
— Отставить экзекуцию! - ору что есть мочи.
Теперь мне точно без клининговой службы не обойтись. Но скажите, пожалуйста , куда спрятать на время двух ящеров. Прости, великих артистов. Ибо они уж слишком вошли в образ. Может у кого-то арендовать гараж?
На мой ор, кстати, среагировали только уличные воробьи под окном. Искоса посмотрел в мою сторону Серый. Муха продолжал колбаситься, мотать головой и испоганивать классическую музыку.
— Бабушки на тебя нет! — шиплю, высматривая мухобойку.
А она перегрызена и слегка подпалена, лежит в той же кучке, где и бывший карликовый лимон. Ну ладно. Мирно я тоже воевать умею.
Хлопаю в ладоши. Кричу:
— Браво-о-о! Браво!
Муха замирает и косится. Вниманием завладела, а дальше атакую.
— Уважаемые артисты! Прошу понять и простить. Обеда и ужина сегодня не будет. Но вы держитесь! Ваш подвиг неоценим!
Челюсть у Мухи отпала. Он повел носом, потом рыкнул. Потом выдавил нормальное:
— Врешь?
Я немножечко прифигела, пардон за мой французский. Хлопаю глазками, и подбоченившись, спрашиваю:
— Берега не попутал?
— Неси еду! — нагло бросает он, и я чувствую, как у меня начинается зуд. Хочется треснуть промеж глаз, ей богу.
— Эй, дорогой, ты точно ничего не перепутал?
Мое обращение лишь на секунду включает разум в этом монстренке. А потом снова отключение драконьим ЖЭКом на неизвестный период.
— Я перепутал? — вполне членораздельно шипит он. — Наворотила дел, а я виноват. Еду неси!
Мои глаза уже почти на затылке. Признаться честно, я сама ждала этого момента, когда он заговорит. Просто не подумала, что вякать мы все начинаем именно в переходном возрасте.
— Чего я наворотила? — оседаю в ближайшее кресло в кучку земли.Собственно уже пофиг.
— Не буду!
— Чего не буду?
— Ррр-разговаривать.
Смотрю скептически. Надеясь на ментальную связь, вспоминаю, что у меня кроме мухобойки выбивалка для ковров есть. Как раз для особей с толстой шкурой.
— С чего это вдруг?
— Меня здесь не кормят!
— А где-то кормят?
Муха нахмурился и фыркнув, пустив очередную порцию дыма. Я помахала рукой, разгоняя воздух и пошла открывать форточку. Несмотря на рост, пришлось подтянуться, оборачиваюсь, чувствую взгляд на своей пятой точке. Злюсь, неконтролируемо так. Ибо понимаю, что не от голода он на меня опять так смотрит.
— Дома, — мрачно отвечает Муха.
— А дом у нас где? — тут же цепляюсь.
— Теперь здесь, — совсем раскисает он, еще секунда – и он в полной депрессии.
— А-а, вон оно что. Только я тебя сюда не приглашала, милок. И не просила громить мою квартиру. Но и при этом всем, понимая, что, возможно, не всё в вашей ящерской тушке поддается самоконтролю, попросила прибрать за собой. И…
— Так ты сама виновата! — гаркнул хорошеньким таким басом Муха, но вот на последнем слоге сорвался на альт. Истерично так получилось. И добавил совсем уж пискляво: — Активировала заклятие возрождения.
— Чего я активировала? — нахмурилась и шагнула вперёд.
— О, звезды, за что мне это! Ты чё, глухая совсем? Заклятие возрождения!
— Я тебе похамлю сейчас, — снова осела теперь уже на стул, жалея что выхлобучку для ковров не приготовила заранее. — Сопляк! Ты объясняться совсем нормально не умеешь? Словечек понабрался черти где…
— Кто из нас еще сопляк, — огрызнулось пучеглазое недоразумение, то ли покашливая, то ли уже давясь от смеха. Искры из пасти полетели в разные стороны.
— Квартиру мне не сожги, пожарник! — рявкнула я, видя, как из его ноздрястого широкого носа активненько повалили клубочки дыма. Потом глубоко вздохнула и на мгновение прикрыла глаза.
Терпение, Нина, только терпение!
  
22
 
Казалось, что время идет на минуты. Я видела трансформацию психики Мухи от малыша до подростка, но мне отчего-то думалось, что и взрослое сознание присутствует где-то рядом, практически параллельно . Оно иногда прорывалось, но потом опять по какой-то причине блокировалось. А мне бы именно до него достучаться.
Сейчас же передо мной снова сидел напыщенный малолетний наглец. Врезать так ему хотелось, аж жуть, но знала, что все равно не поможет. Да и потом, моя бабуля никогда не позволяла себе опускаться до драк. По мягкому месту пару раз прилетало ладошкой за вычурный макияж и слишком короткую юбку в тридцатиградусный мороз. Но все это было не так строго, почти что в шутку. Боялась я, на самом деле ее взгляда, а еще больше боялась увидеть разочарование в ее глазах.
Вот и я теперь перед той же дилеммой. Рядом подросток, а достучаться мне нужно до взрослой особи, которая в принципе есть в каждом ребенке. В Мухе уж тем более. Вздыхаю, подпираю подбородок рукой и грущу.
— Жаль. Ничего я в этом не понимаю. И вообще мне кажется, что это все просто дурной сон. Вот проснусь, а рядом Костылецкий, просит прощения. Дома порядок. Нет никаких динозавров и прочих ящеров. Грипп какой-то в этот раз видимо ядреный. Сплошные галлюцинации и дурацкие сны. .
— Сны? — моментально среагировал на мои слова рассвирепевший Муха и выпустил несколько искорок вместо дыма. Но я только лениво помахала рукой и сладко зевнула.
— Да сны, конечно. Всего этого нет. И тебя нет, и Серого. А Костылецкий есть. Он приедет завтра и спасёт меня от этого кошмара. Кстати, если захочешь поесть, пельмени я сварила. Но не вытащила. Теперь они типа супчик. Хотя, все равно, правда? Ты всего лишь сон.
Я лениво потянулась и направилась в свою комнату. Муха резво преградил мне путь, уперев руки в бока.
— Он же врет! Ты ему вообще не нужна! Не понимаешь?
Я аж глаза выпучила от удивления. Какая проницательность!
— Не ревнуй, Муха. Ты вообще слишком мал. Твое мнение ничего не значит. Тебя все равно нет.
Иду напролом. Муха в истерике.
— Нина! Он плохой! Он хочет меня забрать!
Вот это я понимаю, начало конструктивного диалога.
— Тебя? Да зачем ты ему? Костылецкий зверюшек не любит. Он любит меня. Ты же слышал! Ему я нужна, а не бестолковый ящерец.
— Не любит, — упрямо стоит на своем Муха, напирая на меня.
— Любит, любит. Вот придет, выкинет весь хлам, животинок разбесившихся. А потом стану ему женой.
— Женой? — шипит от гнева мелкое недоразумение. Ну как мелкое? В холке уже почти мне по пояс. — Не отдам!
— Кого не отдашь?
— Нина моя! — прям того и гляди превратится в быка драконище огнедышащее. Но главное не это, главное, что мозг наконец-то включился. Мне-то только это и нужно, поэтому ерничаю дальше :
— С чего это вдруг твоя? Обойдёшься.
— Так в предсказании было сказано!
— В предсказании? Не, не слышала даже.
  
— Из мира призовет зло, спасет добро. Заклинание возрождения активирует только светлое сердце, способное полюбить.
— Ой, последнее прям про меня.
— Да, Нина! — почти мурлычет Муха и хлопает глазками мартовского кота.
— Вот Костылецкого и полюблю. Ничего мужик, нормальный. Третий сорт не брак. Сейчас вообще разбрасываться не приходится. Проморгаешь, и он уже занят.