Геном хищника. Книга шестая (СИ)

Подготовившись, мы подошли к первой башне. И практически сразу поняли, куда нужно идти. На уровне колена на камнях шли чёткие полосы от когтей. Видать, им либо лапы жмут, либо это фишка такая — территорию на ходу метить. Сколов и царапин, на самом деле, было много, но эти выделялись и глубиной, и свежестью. Царапали по накатанной, видимо, не один раз здесь прогуливаясь.
Мы двигались медленно. Я никак не мог отделаться от напряжения, что где-то здесь прячется их главный. Я просвечивал каждую нишу или трещину, подолгу замирая на поворотах и перепроверяя сканер. Но в тонкости местного интерьера не вникал. Видел и разный пыльный мусор, и снова старые гнёзда, и рисунки в стиле Птичьих на стенах, но не фиксировался.
  
— О! — прошептала Оса, подобрав что-то из пыльной кучи. — Я арбалетный болт нашла!
Она сдула пыль в сторону и продемонстрировала мне короткое древко с помятым наконечником. Я разглядел полустёртое «волчье» клеймо и кивнул. Через несколько метров мы нашли сломанное древко и несколько гильз. А повернув за угол, нашли и того, кому всё это предназначалось. Там лежал труп мутанта. Высохший до уровня костяной скорлупы. Труха вместо внутренних органов и чёрная пыль оттого, что не окостенело. В черепе, прямо будто мой метод пытались скопировать, было несколько пулевых отверстий, раскрошивших ноздри, и вдобавок оттуда торчал ещё один болт.
— Ну, по крайней мере, мы теперь знаем, что «Волки» всё-таки пытались сражаться, — прошептала Оса.
Она вынула неплохо сохранившийся болт, тоже продемонстрировав его мне. Наконечник не погнулся, но потемневший метал выглядел щербатым, будто его кислота подъела или яд, которым его смазали.
— И делали это довольно неплохо, — кивнул я, высвечивая впереди ещё один костяной каркас.
А сразу за ним ещё два. И в следующей комнате ещё несколько. Старые гильзы теперь уже были повсюду, они поскрипывали под ногами и звонко стукались друг о друга, отлетая от ботинок. Нашлось и оружие ближнего боя. Сломанная сабля, вторая часть которой застряла в плече костяного мутанта.
— На самом деле не так уж плохо они здесь шли, — сказала Оса, прикидывая по трупам, как могли развиваться события. — Слаженная зачистка, контроль всех коридоров, перекрёстный огонь с поддержкой и добиванием. Я бы сказала, что они как нож сквозь масло проскочили.
— И, похоже, без потерь, — согласился я. — Осталось понять, почему они теперь переметнулись на сторону монстров и нападают на нас.
Усеянная трупами дорога полностью повторяла путь царапин на стенах. «Волки» тоже по ним ориентировались. Мы прошли четыре пустых комнаты, и два коридора, ведущие нас к правым башням. По костям, по следам от пуль на камнях я практически видел картинку, как здесь всё происходило. Как кучковался отряд «Волков», огрызаясь на каждый проём. Как они разделились, пройдя параллельными коридорами, как догнали и добили мутанта с отрубленной ногой. Как соединились обратно и как встретили волну мутантов. Счёт по трупам уже вдвое превысил тех, что мы с Осой оставили на улице.
Потом картина поменялась. Явно произошла смена инициативы, и «Волки» решили отступить. Но им это никто не позволил. Если до этого и положение трупов, и следы на стенах указывали на то, что отряд давил вперёд. То теперь всё больше было следов, говоривших о суете, а отчасти и паники. Они торопились отстреливаясь. Стали чаще промахиваться, по возможности затыкая проёмы и перекрёстки трупами, количество которых удвоилось.
— Они бежали, — задумчиво произнесла Оса. — Но почему не пробивались назад?
— Что-то очень страшное перекрыло им дорогу? — предположил я. — Или, наоборот, что-то очень ценное увидели впереди? А, может, на них начала давить какая-то аура, которая сбила их с курса? Боюсь, что причину мы уже не узнаем.
Зато мы нашли место, куда они так торопились. Или, точнее, куда их это привело. Метров через пятьдесят блуждания по коридорам и костям мы забрели в большой зал с четырьмя проёмами в стене. Все они вели в одну комнату, где «Волки» приняли свой последний бой. Или, по крайней мере, собирались это сделать. Все проёмы были превращены в бойницы. По дороге сюда мы видели разломанную перегородку, и теперь стало понятно, куда ушли стройматериалы. Каменные обломки вперемежку с костями мутантов. Сейчас всё это выглядело косо и криво, часть укреплений рассыпалось, но в то время, тушки монстров должно быть сидели плотно. Особенно пострадал один проём, который явно вынесли, когда покидали комнату.
Я посветил фонарём поверх развалин, сразу же зацепив силуэты оружия возле бойниц. И кучи, в прямом смысле этого слова — кучи гильз, блестевших даже под слоем пыли. Внутри оружие и гильзы, снаружи кости нападавших.
— Неплохо они окопались, — хмыкнула Оса и первая полезла внутрь. — Только никого нет. О! Здесь… Короче, догоняй!
Анна отдалялась, и слова звучали всё тише. А ещё что-то начало шуметь. Или, скорее, журчать. И пахнуло свежестью. Относительно всем прошлым пыльно-трупным коридорам и комнатам.
— Здесь вода, — донеслось от Осы, а луч её фонаря заблестел в углу, высветив разлом в полу и блеск водной глади.
— Да здесь много чего, — кивнул я.
Достал трофейный «волчий» фонарь, раскочегарил его и поднял повыше, сразу освещая всё пространство.
«Волки» здесь не просто окопались, они здесь устроили полноценный лагерь. Вдоль левой стены лежали какие-то дырявые тряпки. Может, одеяла или какие-то аналоги спальных мешков. Я насчитал двенадцать штук. Большой отряд был, а ведь могли и в две смены спать.
В том состоянии, в которое тряпки пришли за несколько лет, сложно было разглядеть какие-то особенности и детали. Но на одном ещё сохранилась вышивка в виде волчьей пасти, а два других были заляпаны тёмными пятнами.
Видимо, без раненых не обошлось. Как и без погибших, которых я разглядел у другой стены. Уже знакомые мне холмики, прикрытые плащами и шляпами. Только эти были худые и низкие, будто плащи велики на десяток размеров.
— «Волки» своих не бросают, — сказала Оса, оказавшись рядом с холмиками. — Хоть в этом молодцы.
— Думаю, они просто не хотят быть добычей для падальщиков. Они охотники, а не добыча.
— Звучит, как девиз, — ответила Оса и приподняла ближайший плащ. — Фу-у-у, гадость. Эк его натянуло-то. Будешь смотреть?
— Не, — отмахнулся я, уже разглядывая дальнюю стену.
Там лежали сумки, припасы и проглядывались следы от небольшого костра. Дальше валялась посуда: котелок, чайник и ковшик, который лежал на краю пролома в полу.
— А мумии на Аркадии оживают? — спросила Оса.
— Не должны.
— А кости на курьих ножках с корнями из ушей должны бегать?
Оса усмехнулась, выхватила небольшой кинжал из ножен и пробила им плащ, в том месте, где примерно находилась голова. И повторила с остальными тремя.
Я же продолжил осмотр и переключился на главное — оружие! Пока вертел головой по помещению, чуть ли не на автомате фиксировал всё, что могло когда-нибудь стрелять. Даже если это палка. Характерные силуэты, изгибы и формы…
Оса меня и тут опередила, сразу же срисовав арбалет среди рюкзаков и сумок. Там была порвана не только тетива, но и сломана одна из дуг, в остальном он выглядел почти как близнец того, что уже у нас был. И обрадовалась Оса не ему, а двум коротким, но толстым кожаным колчанам, набитых болтами.
Рано говорить, что на нашей улице перевернулся грузовик с трофеями, но он, по крайней мере, здесь проезжал. Не сговариваясь с Осой, двинулись по залу, собирая и относя в центр всё, что могло быть полезным. Я прошёлся вдоль бойниц и рядом с каждой что-нибудь да нашёл. Ещё один арбалет у первой, потом укороченную горизонтальную двустволку с треснувшим прикладом и, неожиданно — револьвер системы Нагана, который единственный выглядел совершенно целым.
  
Судя по клейму и материалам, произвели его где-то на берегах Рекадии. Но почему-то за образец взяли так называемую солдатскую версию с одинарным действием. Он был заряжен, что делало всё ещё загадочней.