За гранью возможного (СИ)

Коля кивнул, но прежде чем он успел что-то сказать, дверь сзади нас приоткрылась. В щель просунулась голова Георгия, его глаза были круглыми от страха.
– Коля, там… там что-то происходит, – выдохнул он. – Серверы пищат, как сумасшедшие. Кажется, кто-то пытается взломать внешний периметр!
Коля выругался, рванул к двери и выскочил в коридор, жестом приказав нам следовать. Мы бросились за ним, оставив Дегера одного. Мои ноги заплетались, но адреналин гнал вперёд. Мы добежали до серверной – огромного зала, где ряды машин гудели, мигая красными огнями. Техники метались, кто-то орал в гарнитуру, а на главном экране мелькали строки кода, которые я не успевал разобрать.
  
– Что за хрень? – рявкнул Коля, подбегая к главному пульту.
Один из техников, парень с бледным лицом и тёмными кругами под глазами, повернулся к нам.
– Кто-то ломится через брандмауэр! – крикнул он, тыча пальцем в экран. – Атака распределённая, с десятков IP. Но… чёрт, похоже, они используют наш же код!
– Дегер, – процедил Стас, сжимая кулаки. – Этот гад встроил черный ход, пока возился с чипом.
Коля стукнул по пульту, и звук эхом разнёсся по залу.
– Проверьте всё! – приказал он. – Если они в системе, нам конец. Юра, ты с Марией – бегом к камерам. Там ещё двое сидят, похитители и этот их учёный. Может, они знают, что "Вороны" затеяли.
Я кивнул, хотя внутри всё сжалось. Камеры? Какие ещё камеры? Но спорить было некогда. Мы с Марией рванули обратно, Стас остался помогать Коле. Пульс стучал в висках, и я чувствовал, как нейрочип снова вибрирует, слабо, но настойчиво. Кира молчала, но я знал – её видение было не просто сном.
Мы спустились ещё ниже, в подвал башни. Воздух стал влажным, пахло ржавчиной и плесенью. Мария вела меня по узкому коридору, освещённому редкими лампами, пока мы не остановились у очередной металлической двери. Она набрала код, и дверь со скрипом отворилась.
За решёткой сидели двое. Один – лысый тип, которого я узнал как одного из похитителей, что избивал меня в подвале. Другой – тощий мужик в очках, с лицом, будто он неделю не ел. Учёный, судя по всему. Они подняли головы, когда мы вошли, и лысый ухмыльнулся, показав щербатый зуб.
– О, вернулся, герой? – хрипло сказал он. – Пришёл нас добить?
Я шагнул вперёд, игнорируя укол боли в рёбрах.
– Говорите, что знаете про Вискорнатор, – потребовал я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. – И почему вы меня похитили.
Лысый только хохотнул, откинувшись на стену, но учёный кашлянул, поправил очки и посмотрел на меня с холодным интересом.
– Вискорнатор… – начал он медленно, словно взвешивая каждое слово. – Это портал. Древняя технология, связанная с Атлантидой. Мы искали его координаты, а ты был ключом. Твой чип… он реагирует на что-то в городе. Но "Вороны" ещё не нашли точный адрес. Они знают, что он существует, но как его активировать – понятия не имеют.
Лысый сплюнул на пол, его ухмылка стала злее.
– Да, мы пытались вытрясти из тебя что-нибудь, – прорычал он. – Но ты оказался крепким орешком. А теперь твои дружки нас тут держат, как собак!
Мария вцепилась в решётку, её голос задрожал от гнева.
– Что значит "адрес"? Где портал? И что вам нужно от него?
Учёный наклонился вперёд, его очки блеснули в тусклом свете.
– Атлантида – не просто игра, парень, – сказал он тихо, с ноткой презрения. – Это нечто большее, и твой чип, точнее ты – часть этого. Нам нужен был доступ к городу, но ты ничего не сказал. А без точных данных "Вороны" топчутся на месте. Пока.
В этот момент нейрочип взорвался вибрацией, и я снова провалился в короткое видение. Девушка стояла передо мной, её образ всё ещё размытый, с сияющим платьем и голубыми глазами, пронзающими душу. Она не двигалась, но её посыл был ясен:
– …они близко… ключ… берегись…
Я моргнул, возвращаясь в реальность, и почувствовал, как холод пробежал по спине. "Вороны" ищут адрес. И я – ключ к этому всему, поскольку только у меня был адрес Атлантиды.
А еще он мелькал в моей записи, которую я очень давно отдавал Николаю. В эту секунду мне поплохело..
Я окликнул Машу, мы заперли камеру и бегом направились к Николаю. Она не понимала, что происходит, но не сопротивлялась. На ее лице была смесь страха и ужаса.
Как только я увидел Николая на горизонте, я тут его окликнул. Он кинул на меня взгляд, понял, что мы выяснили что-то, и рванул навстречу.
– Что вы узнали? – спросил он.
– Им нужен адрес Атлантиды. Вот зачем они похитили меня. Вот зачем они взламывают нашу систему, - еле дыша произнес я. Боль в ребрах сковывала все тело, но адреналин в крови не давал мне корчиться от боли.
– Не поняла, – воскликнула Маша. – Ты все время знал адрес?
– Знал, но не мог его применить, позже объясню.
– А причем тут наша система? – удивленно спросил Коля.
– Потому что адрес знал только я. И ты.
– Николай? – обратилась к нему Маша.
Он вопросительно посмотрел на меня.
– Я тебе передавал свои видеозаписи, помнишь? Абсолютно все.
Не успел я закончить фразу, Коля все понял. Он тут же побледнел. Николай обернулся и крикнул:
– Отключаемся от Сети! Живо!
– Мы смогли остановить атаку, но теперь нам нужно понять, смогли ли они вытащить то, за чем пришли, – мрачно сказал Коля.
– Вы меня извините конечно, но я требую объяснений, – заявила Мария, всем видом показывая, что она не понимает, какого хрена только что произошло.
– Да, я все понимаю, сейчас мы поднимемся в главный зал и Юра постарается все объяснить. Но прежде...
Николай шагнул к двери камеры, где держали Дегера, его шаги гулко отдавались в узком коридоре подвала. Мария следовала за ним, её лицо всё ещё хранило смесь недоумения и страха, а я ковылял позади, борясь с болью в рёбрах. Адреналин держал меня на ногах, но каждый вдох отдавался резкой колючей болью в груди. Мысли путались – адрес Атлантиды в моих записях, которые я отдал Коле, мог стать их билетом в игру. И если "Вороны" уже близко, Дегер мог знать больше, чем сказал.
Дверь камеры скрипнула, открываясь, и мы снова оказались в той же мрачной комнате. Тусклая лампа над столом мигала, отбрасывая резкие тени на бетонные стены. Дегер сидел всё так же – сгорбившись, с наушниками на шее, цепи наручников звякали, когда он нервно дёргал руками. Его лицо было мокрым от пота и слёз, глаза покраснели, но при нашем появлении он вскинул голову, и в его взгляде мелькнуло что-то вроде отчаянной надежды.
Коля подошёл к столу, его фигура возвышалась над Дегером, как туча перед грозой. Он упёрся руками в край стола и наклонился так низко, что их лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга.
– Слушай меня внимательно, Дегер, – прорычал он, голос дрожал от сдерживаемой ярости. – Ты только что подписал себе смертный приговор, но у тебя есть шанс выкрутиться. Говори всё, что знаешь. Кто ещё с тобой? У тебя есть подельники?
Дегер задрожал, его губы задвигались, но из горла вырвался только хриплый звук. Он попытался отодвинуться, но стул скрипнул, и цепи натянулись, звякнув громче.
– Н-нет… нет подельников! – выдавил он наконец, голос сорвался на визг. – Я один, клянусь! Они… они меня заставили!
Я шагнул вперёд, не в силах сдержаться. Мои пальцы сжали край стола, и я почувствовал, как ногти впились в ладони.
– Один? – прорычал я, наклоняясь к нему. – Ты хочешь сказать, что сам придумал, как влезть в систему? Сам перепрограммировал чип? Сам передал "Воронам" мои координаты? Не ври, Дегер, я знаю, что у тебя есть кто-то ещё! Кто тянул за ниточки, кроме Грогуса?
  
Его глаза расширились, и он замотал головой так яростно, что капли пота брызнули на стол.
– Нет! Никого нет! – закричал он, слёзы снова хлынули из глаз. – Я сам всё делал! Знал систему, писал код, подправил чип… Они только сказали, что убьют мою сестру, если я не помогу! Грогус – он один со мной говорил, через шифрованный канал! Никого больше!